Убить Кукловода - Домовец Александр - Страница 9

2

Три дня назад Лаврентьев встречал экспедицию в небольшом аэропорту Катманду. Рейс из Дели задерживался, но, в общем, долетели без приключений. Правда, Саша Аликов всю дорогу пытался кадрить хорошенькую стюардессу-индуску. («Отстань от неё. Человек при исполнении», – ворчал Колесников. «Зато я холостой», – находчиво ответствовал Саша, лаская взглядом стройную фигурку цвета шоколада. Напоследок он выпросил у девушки визитку с номером телефона, который оказался автоответчиком авиакомпании «Хинди эрлайнз».)

Визы оформили прямо в аэропорту, у пограничной стройки, заплатив по тридцать долларов с носа. Лаврентьев повёз их в гостиницу. По дороге обменивались дежурными фразами, присматривались друг к другу. Советник по культуре Дмитрий Лаврентьев, Сергею в первом приближении понравился. Брюнет годков тридцати двух-трёх с пижонскими полубачками и располагающей улыбкой; рука твёрдая, с набитыми костяшками (рукопашник?); массивную «хонду» по узким улицам Катманду вёл плавно и непринуждённо, одновременно успевая курить, оглядываться на гостей и отвечать на вопросы. На «ты» перешли сразу.

– Где устроишь, Дима? – спросил Сергей, любуясь проплывающей за окном буддистской пагодой.

– Плохого не предложу, – заверил Лаврентьев. – Центр города, отель «Краун-Плаза». Не роскошный, но хороший, недешёвый.

– Сколько звёзд? – спросил Макеев.

– Четыре. Я забронировал два номера – двух– и трёхместный. По восемьдесят девять евро в сутки с человека. Потянете?

Сергей только усмехнулся. На кредитных карточках у каждого из них лежало по десять тысяч «евриков». Это не считая возможности пополнить счёт одним звонком по мобильнику.

Отель и в самом деле был хорош – светлое пятиэтажное здание в окружении обширного парка, в глубине которого блестело чистое зеркало бассейна.

– А жильцов, похоже, немного, – заметил Колесников, оглядывая холл, пока менеджер – парень вполне туземного вида, но в европейском костюме – оформлял документы.

– Не сезон, – пояснил Лаврентьев. – Осень, вот-вот начнутся дожди.

Разбились по номерам. Они, по просьбе Лаврентьева, были смежные. Сергей поселился вместе с Аликовым. Просторная комната с удобной мебелью и большой лоджией понравилась безоговорочно. В ванной, сверкающей белизной и зеркалами, просто хотелось жить. Впервые попавший за границу (Украина не в счёт) и в отель международного класса, Аликов задумчиво смотрел на приземистое сооружение из фаянса.

– Так вот ты какое, биде… – обронил он.

– Оно самое, капитан, привыкай к буржуазной красивой жизни, – откликнулся более опытный Сергей, раскладывая вещи.

Саша ткнул пальцем в широченную двуспальную кровать.

– Спать-то вместе придётся, – с некоторым сомнением в голосе сообщил он.

– Нормально для духовных людей, – успокоил Авилов. – Мои помыслы чисты, ориентация традиционна… Тебя, собственно, что смущает?

– Ничего не смущает, – буркнул Саша. – Лишь бы не храпел, противный…

Через полчаса Сергей созвал экспедицию в полном составе, включая Лаврентьева. План действий был выработан ещё в Москве, уточнялись только детали. Решили два дня, как полагается настоящим туристам, посвятить красотам Катманду, осмотреться и освоиться, затем взять напрокат джип и выехать на место проведения операции. Лаврентьев сообщил, что с местом он уже разобрался, добираться туда примерно три часа, оружие и амуниция второго дня поступили с дипломатической почтой. («Нам пишут», – хмыкнул Сеньшин.) Слово взял Сергей.

– Хочу ещё раз напомнить: необходима осторожность, – негромко сказал он, обращаясь ко всем. – Не исключаю, что ещё до спуска в пещеру против нас могут предпринять какие-то меры. Бог знает, что у Кукловода на уме. Поэтому держимся вместе, контакты в гостинице и в городе по минимуму. Конфликтных ситуаций избегать, с девушками, – он внушительно посмотрел на Аликова, – не заигрывать. Разговоры с Москвой только по спецсвязи, только с Брагиным и только через меня. Вопросы есть?

Вопросов не было. Сергей достал мобильник и набрал номер Брагина.

– Аркадий Витальевич? Добрый вечер… ах да, у вас же ещё день… Докладываю: долетели и разместились нормально, Лаврентьев встретил и всё организовал. Действуем по плану… Да, спасибо. Обязательно передам. До связи.

Пряча трубку в карман, Сергей сказал:

– Всем привет от Брагина. Просил передать, что президент внимательно следит за ходом экспедиции и желает успеха. С домашними всё в порядке.

Ужинать отправились в ресторан этажом ниже.

– Заказывать лучше что-нибудь европейское, – предупредил по пути Лаврентьев. – Местная кухня для нетренированного желудка… м-да… лучше не рисковать.

– Что, есть опыт? – с любопытством спросил Саша.

– Есть, – скупо ответил Лаврентьев.

В ресторане было немноголюдно. Из невидимых динамиков струилась тихая восточная музыка. Сели за большой стол, накрытый скатертью цвета индиго; такие же салфетки лежали на больших блюдах. Официант с широкой улыбкой и полупоклоном вручил каждому по меню в кожаном переплёте.

– Гляди-ка, на русском тоже есть, – заметил Колесников.

– Учитывают конъюнктуру. Наших тут год от года всё больше, – объяснил Лаврентьев. – Экстрим ловят.

– В горы лезут, что ли?

– Почти. Водку пьют… с видом на Гималаи.

Словно в подтверждение его слов с другого конца зала неверной походкой направился к ним какой-то субъект помятого вида с взъерошенной шевелюрой. Костюмчик на нём, правда, был нерядовой, да и ботинки под стать. По пути он зацепил несколько стульев.

– Землякам привет! – провозгласил он, кое-как добравшись до стола, занятого командой Авилова. – До чего же приятно слышать родную речь в этой дыре! Ничего, если я к вам подсяду? Выпьем, поговорим…

Лаврентьев широко улыбнулся, но взгляд его, как заметил Сергей, мгновенно стал холодным и цепким.

– Предложение интересное, спасибо, – сказал он. – Только у нас тут с коллегами деловой разговор. Так что, извините, насчёт выпить и поболтать – это как-нибудь в другой раз.

Незваный гость удивлённо развёл руками и поник растрёпанной головой.

– Ты не понял, земляк, – печально сказал он, часто моргая покрасневшими глазами. – Я не халявщик. Я ставлю. – Он достал из кармана лохматую пачку рупий и долларов вперемешку. – Деловой ужин – это святое. Сам деловой… Но, понимаешь, беда у меня. Сижу в однова, горе заливаю, чего, думаю, на край света занесло… И вдруг слышу – свои, русские… Так обрадовался… Может, всё-таки выпьем, пообщаемся? Недолго, а?

Лаврентьев поднялся и стал между столом и назойливым типом.

– Вы вот что, – сказал он, заботливо беря его под руку. – Ступайте к себе в номер, отдохните. Знаете такое выражение «С бедой надо переспать»? Мы вам сочувствуем, но сейчас очень заняты, очень, вы не обижайтесь…

С каждым словом он потихоньку уводил человека в сторону входа (тот пытался ему что-то рассказывать), пока вовсе не вывел из ресторана. Через несколько минут вернулся и сел за стол, как ни в чём не бывало.

– Где только не встретишь российскую пьянь, – насмешливо сказал Сеньшин.

Лаврентьев покачал головой.

– Может, и пьянь, но если ему верить, родную речь он распознал с другого конца зала. А говорили мы тихо. Опять же музыка, звон вилок и ножей, людские разговоры… Это какой же слух надо иметь?

Макеев кивнул.

– Я тоже подумал. А что он там тебе по пути толковал?

– Да так… ерунду всякую. В общем, странный тип. – Лаврентьев понизил голос. – Я хотел проводить его до номера, но он вырвался, дескать, сам дойду, и пошёл наверх. Я заглянул в службу размещения, спросил, нет ли сейчас в отеле российских постояльцев. Оказалось, что, кроме вас, никого нет. Такие дела.

– Очень интересно, – сказал Сеньшин, откидываясь на высокую спинку стула. – Агент Кукловода?.. А чего хотел? Сесть рядом и что-нибудь подсыпать в еду? Ерунда. Перестрелять или кинуть гранату можно без всякого спектакля… Что ещё? Установить ментальный контроль? Сразу над шестерыми – нереально. Так что же?