Книжные люди. Кто создает, продает, продвигает книги в России? - Зорина Светлана - Страница 57

Архипова много работала над иллюстрациями к произведениям XIX века. Ее любимые авторы – Андерсен, братья Гримм, Диккенс. Она всегда досконально погружается в эпоху, изучает все, что связано с книгой: время, обстановку, костюмы. Ей важно сделать все максимально достоверно, не только эмоционально, но и документально. Анастасия Ивановна – художник с яркой творческой индивидуальностью, ее иллюстрации существуют наравне с литературным произведением. Уже в 1980-е годы ее работы получили высокую международную оценку и директор немецкого издательства Schreiber-Verlag Герхард Шрайбер заказал у нее иллюстрации к сказке братьев Гримм «Счастливый Ганс». После успешного выпуска книги был заключен долгосрочный контракт, и в Германии вышли книги «Сказки братьев Гримм» и «Сказки Андерсена». Через издательство Schreiber-Verlag права на издание книг А. И. Архиповой были приобретены в Бразилии, США, Южной Корее, Китае и странах Европы.

У Анастасии Архиповой много авторитетных титулов и званий: она заслуженный художник РФ, председатель секции «Книжная графика» Московского союза художников, доцент кафедры «Искусство графики» МГХПА им. С.Г. Строганова. Анастасия Ивановна работает в жюри международных и российских конкурсов, является участником международных конгрессов, организатором проведения Международного конкурса «Образ книги», входит в состав исполнительного комитета Международного совета по детской книге (IBBY). И несмотря на свою невероятную занятость, она всегда находит время для общения. Это невероятно добрый, отзывчивый и открытый миру человек.

Как рождался художник?

Анастасия, какие у вас сохранились самые первые, самые яркие воспоминания детства? Как рождался художник?

Мое детство можно назвать счастливым, я росла в любви моих родственников. Со мной очень много занимались, вкладывали в мое воспитание массу сил, энергии, любви и своих собственных знаний. Помимо родителей моим воспитанием занималась любящая и активная бабушка. Еще с нами жили дед, бабушкин брат, прабабушка… И от каждого я получала порцию чего-нибудь интересного, стóящего, того, что запомнилось мне на всю жизнь. Я родилась в Москве. Сначала мы всей нашей большой семьей жили в коммунальной квартире, которую я, конечно, не помню. Но что интересно: именно в этом доме в Черкасском переулке впоследствии располагалось издательство «Детская литература». Там были коммунальные квартиры с длинными коридорами, с огромной кухней; эти коридоры потом стали частью издательства «Детская литература». Так что можно сказать, что я родилась в издательстве «Детская литература». Там как раз была комната, где впоследствии располагалась дошкольная редакция, и мне потом говорили, когда я приходила по делам: «Вот, это та самая комната!»

Когда мне исполнилось два года, мы переехали в кооператив художников и музыкантов на Беговую улицу. Спустя годы на чердаке построили мастерские для художников, и там получили мастерские мои дед и отец.

Вы получили хорошее классическое образование. Из чего оно складывалось?

Да, я росла в окружении огромного количества книг, в том числе книг по искусству. Все мои родственники были приверженцами классики и классического искусства. Мой дед, Б. А. Дехтерёв, народный художник РСФСР, тоже придерживался классического стиля в рисовании. Он вел мастерскую книжной графики в Суриковском институте и всячески прививал любовь к этому искусству и мне. С детства я впитывала всю эту атмосферу любви к книгам, музыке. С пяти лет меня начали учить игре на фортепиано. Моя первая учительница – Лидия Давыдова, впоследствии известная певица, – руководила ансамблем старинной музыки «Мадригал». И если я хорошо занималась, она исполняла для меня какой-нибудь романс и аккомпанировала себе на пианино. Мне стремились дать хорошее классическое образование. И, конечно, иностранные языки. Моя бабушка была переводчиком и преподавателем английского языка, много переводила английскую литературу, книги Конан Дойля, О. Генри, Марка Твена. Она была очень хорошим литературным переводчиком, и многие издательства до сих пор переиздают книги в ее переводах. Мама тоже преподавала английский в институте иностранных языков имени Мориса Тореза, сама читала на семи языках. Не могу сказать, что меня начали рано учить рисованию, потому что в семье считалось, что маленького ребенка не стоит этому учить слишком рано. Нужно, чтобы ребенок сначала просто впитывал в себя все, и рисовал, что хочет. Что я и делала.

А профессионально когда начали учиться рисованию?

Профессионально – уже после двенадцати лет. И правильно: к этому времени уже можно сделать выбор, понять, чего хочешь, к чему стремишься. Я училась дома, это была классическая школа. В первую очередь учили традиционному академическому рисунку карандашом на белой бумаге, а также акварельной и масляной живописи. Со мной занимался мой дядя. И к подростковому возрасту, когда стала задумываться, кем действительно хочу быть, я путем исключения решила все-таки, что буду художником, потому что никем другим я быть не хотела. Вся моя семья настолько серьезно к этому относилась, так много это обсуждалось, издавались книжки, что казалось, это самое важное дело в жизни, самое ответственное и самое интересное. Вот по этой дороге я и пошла дальше.

С чего начиналась ваша профессиональная деятельность? Какие были первые работы?

Профессионально я начала работать еще во время учебы в Московском государственном институте им. В.И. Сурикова. Дебютировала книгой «Тропинка в горы» Гургена Габриэляна для издательства «Детская литература», тогда же вышла книга-малютка «Принцесса на горошине» тиражом в 5 000 000 экземпляров. Иллюстрировала маленькие книжечки (тогда издавались такие тетрадочки для детской литературы). Это были сказки Андерсена. Издатель видит, что художник иллюстрирует Андерсена, он ему Андерсена и предлагает. За разные периоды у меня оказалось проиллюстрировано довольно много сказок этого замечательного писателя. Сказки братьев Гримм тоже много иллюстрировала. Мне очень хотелось сделать, и я сделала работу к Чарльзу Диккенсу. Некоторые сказки Андерсена как раз соприкасаются с этим автором. Там, где Андерсен не слишком сказочен, а Диккенс, наоборот, сказочен. Скажем, «Рождественская песня» и «Девочка со спичками». Эти произведения созданы в одном ключе.

Вы всегда хотели быть книжным иллюстратором?

В последние годы учебы в институте я из чувства юношеского протеста пошла в мастерскую плаката. Тогда это была самая современная, прогрессивная мастерская. И я до сих пор благодарна своим преподавателям и этой школе: это мне многое дало в профессиональном плане.

Я прочитала, что вы любите рисовать мелкой кисточкой маленькими мазками. Как вырабатывалась и менялась техника рисунка?

Все постепенно вырабатывалось. Я и сейчас продолжаю учиться, что-то менять. Ничто не застывает на месте. Художник не должен придерживаться какого-то штампа, работать в определенной технике по инерции…

О миссии художника-иллюстратора

В чем миссия, на ваш взгляд, предназначение книжного художника-иллюстратора?

Иллюстрации преобладают в основном в детских книгах. Поэтому основная задача художника-иллюстратора в детской книге – привлечь ребенка к чтению. Как можно заставить ребенка читать? Заставить можно, только сделав книгу привлекательной, чтобы хотелось взять ее в руки, открыть. Чтобы те образы, которые создал художник, «зацепили». Заставить посмотреть – гораздо легче, чем заставить прочесть. Поэтому первая задача – сделать книгу для ребенка привлекательной в сфере иллюстрации. Ну а по большому счету, конечно, создать образ, параллельный литературе. Он, естественно, не должен дублировать произведение, но он может помочь проникнуть в литературный образ, который дает писатель, и создать свой мир, не противоречащий тексту, а дополняющий его.