Король Яков II Стюарт и становление движения якобитов (1685–1701) - Станков Кирилл Николаевич - Страница 100

После смерти отца он возглавил московскую католическую общину. В 1701 г. за заслуги отца был возведен в графы Римской Империи — первым из русских подданных. В 1706 г. опять-таки первым из уроженцев России был прият в Орден Св. Иоанна Иерусалимского[1996].

Другим видным соратником Патрика Гордона был генерал-лейтенант Дэвид Уильям, граф Грэм (ок. 1639–1693)[1997]. Он был первым британцем со столь высоким титулом (происхождение которого, правда, неясно), принятым на русскую службу. Граф также принадлежал к шотландскому клану, известному своими роялистскими традициями, и был одним из лидеров католической общины в России[1998]. Вместе с Патриком Гордоном Д.У. Грэм в 1684 г. подписал челобитную об открытии в России первого костела[1999]. Граф Грэм был профессиональным «солдатом удачи» и до поступления на службу русскому царю в 1682 г. служил наемником в армиях германского императора, шведского, испанского и польского королей. Основным его местопребыванием в Московии в рассматриваемый период был белгородский гарнизон[2000]. Особенно интенсивной переписка между П. Гордоном и Д. У. Грэмом стала в октябре 1688 — апреле 1689 гг. — в период наиболее важных событий «Славной революции» в Британии[2001]. В 1690 г., немедленно после того, как русское правительство вторично отказалось принять грамоту Вильгельма III, Патрик Гордон «написал к генерал-лейтенанту] Грэму в Белгород»[2002]. В марте 1691 г. Патрик Гордон с негодованием писал графу Грэму, что «п[ретендент] в к[ороли] У[ильям] с его сообщниками пируют и совещаются в Гааге». В том же письме глава якобитской партии в России выражал надежду, что «король Франции готовит давно задуманную кампанию, которую стоит ожидать в ближайшее время» и которая разрушит все планы «Голландского Зверя»[2003].

Согласно косвенным данным, к якобитской партии принадлежали друзья и давние сослуживцы П. Гордона — шотландцы генерал-майор Пол Мензис (1637–1694), прибывший в Россию вместе с Патриком Гордоном в 1661 г., и полковник Александер Ливингстон (ум. 1696)[2004]. Оба отличились в военных кампаниях России против Оттоманской Порты: участвовали в Чигиринских и Крымских походах. А. Ливингстон погиб во время второго Азовского похода. П. Мензис известен тем, что пользовался особым доверием при русском дворе, важнейшим свидетельством чего стало то, что в 1672–1674 гг. именно ему царь Алексей Михайлович доверил важную дипломатическую миссию в Рим, Венецию и германские земли с целью создания военного союза против Османской империи[2005]. В декабре 1694 г. царь Петр I не только лично присутствовал на католическом отпевании генерал-майора П. Мензиса, что прежде было не мыслимо для православного государя, но и почтил его небывало торжественным погребением.

Сопоставительный анализ писем Патрика Гордона, хранящихся в РГВИА, с документами из городского архива Таллина, опубликованными шотландским историком П. Дьюксом, позволяет предположить принадлежность к якобитской парии любопытной фигуры — капитана царской службы Уильяма Гордона (ум. 1692). У. Гордон был связан тесными родственными узами со всеми ведущими якобитами в России: Уильям приходился родственником П. Гордону, а П. Мензис называл его «своим племянником»[2006]. Капитан У. Гордон обладал широкими связями и в Шотландии. В частности, в «Дневнике» П. Гордона упоминается, что он состоял в переписке с главой их клана — герцогом Гордоном. У. Гордон выполнял функцию курьера и умер при исполнении очередного задания: Уильям скончался от болезни в Прибалтике на пути в Шотландию, где он должен был по указу своих старших товарищей встретиться с видными представителями якобитского движения — графами Эбердином и Нетемюром[2007].

Ближайшее окружение П. Гордона постоянно расширялось в результате его активной деятельности по приглашению в Россию военных специалистов из Европы, в первую очередь, со своей родины, среди которых было немало членов его собственного клана[2008]. В 1691–1695 гг. в Россию прибыли родственники Патрика: Фрэнсис, Джордж, Хэрри и Александер Гордоны[2009]. Сведения ряда архивных и опубликованных источников позволяют предположить, что, по крайней мере, последние двое принадлежали к якобитской партии[2010].

Капитан Хэрри Гордон был офицером гарнизона Эдинбургского замка во время его обороны от оранжистов и по рекомендации герцога Гордона Патрику Гордону был принят на царскую службу. В русских источниках упоминается под именем «Андрей». Будучи подполковником попал в плен под Нарвой, но через 10 лет обрел свободу вместе с другими русскими пленными, захватившими шведский фрегат, на котором их перевозили из Столкольма в Гётеборг.

Александер Гордон оф Охинтул (1669–1751) был видным деятелем якобитского движения. Александер Гордон прибыл в Россию в 1695 г. стал зятем Патрика Гордона и дослужился до генерал-майора. Чтобы принять участие в политической борьбе якобитов в 1711 г. покинул Россию и прибыл на родину. В 1715 г. в Хайленде он собрал отряд в 4 тыс. человек и с ними двинулся на соединение с главой якобитской партии в Шотландии графом Маром. Александер Гордон командовал центром первой линии якобитской армии (которой принадлежит заслуга в победе над неприятелем) в самом масштабном сражении во время второго якобитского восстания 1715–1716 гг. — битве при Шеррамюре[2011]. В марте 1716 г. Александер Гордон получил от монарха-изгоя Джеймса Фрэнсиса Эдуарда Стюарта («Якова III») пост главнокомандующего его войсками в Шотландии и небольшую сумму денег на ее содержание. После окончательного поражения восстания Александер бежал во Францию, где жил в Париже. Затем принял участие в неудачном якобитском мятеже под предводительством маршала Кита, надеявшегося использовать шведские войска в Шотландии в 1719 г. Помимо военных и политических трудов Александер Гордон пробовал себя на поприще историка: его перу принадлежит знаменитая «История Петра Великого»[2012].

Обширная корреспонденция генерала П. Гордона позволяет выявить еще несколько лиц, находившихся в 1690-е гг. на русской службе и оставшихся верными Якову II. Так, в письме архиепископу Глазго «московитский шотландец» отмечает, что его нарочный (имя и фамилия которого, как и во всех подобных случаях, Патриком Гордоном, опасавшимся, что послания могут быть перехвачены правительственными агентами, не упоминается), прибывший в Шотландию из России, «разделяет Вашу скорбь» о низложенном короле[2013]. В письмах П. Гордон несколько раз упоминает о том, как помог устроиться на службу в России родственникам якобитов или лицам, рекомендованным ему видными сторонниками Якова II в Шотландии — герцогом Гордоном и архиепископом Глазго[2014]. Учитывая клановую солидарность шотландцев, а также тот факт, что и шотландские патроны этих лиц, и их московский ходатай были ярыми якобитами, можно предположить, что и сами протеже являлись сторонниками Якова II.