Какую дверь открыть? (СИ) - Соловей Дмитрий "Dmitr_Nightingale" - Страница 30

— Давайте с родителями ребят закончим, — предложил Неон.

— Иванову дозвониться не получилось, — напомнил я.

— По адресу съездим, на работу слетаем, — решил Протон и, вопросительно посмотрев на меня, уточнил: — А сейчас к Шишкиной?

С мамой Марсианы мне встречаться не особо хотелось. Её переполняли такие эмоции, что мне физически тяжело было находиться рядом. По какой-то причине женщина винила меня в смерти дочери, и исходящий негатив буквально зашкаливал.

— Будет предъявлять претензии, мы её приструним, — правильно распознал мою нерешительность брат. — Звоним, договариваемся?

— Давай, — не стал я отказываться.

Лучше закрыть этот вопрос и больше к нему не возвращаться. Горе матери я понимал, но ничего поделать с этим не мог. Неон договорился о встрече вечером. И чем заняться в этот период, не придумал. Но нужно же изображать бурную деятельность.

— Может, доедем до клуба, где получали электромопеды? — предложил я.

— Интуиция? — разом взбодрился Протон.

— Просто заполняю паузу и прибавляю пункт к отчёту, — честно ответил я.

Как потом оказалось, идея с клубом была не самая удачная. В нас видели именно представителей правопорядка, и кладовщик потребовал найти взятые напрокат мопеды. Отказа он не принимал и возмущался халатностью тех самых правоохранительных органов.

— Из десяти мопедов вернули один! Безобразие! — возмущался мужчина. — У меня, между прочим, ремонтная мастерская, а я должен тратить время на прокат техники. И зачем мне это?

Далее мы услышали историю, как навязали этому бедолаге такую общественно-полезную работу, приманив ежемесячными социальными баллами в десять единиц. Со стороны выглядело всё «красиво». Работая рядом в мастерской мужчина совмещал ремонтную деятельность с прокатом малой техники. Заодно её обслуживал, но и нёс материальную ответственность. И на данный момент у него недостача, девять мопедов, затерявшихся где-то у СБ.

Брат только начал названивать нашим коллегам в Тулу, а я уже сообразил, что меня смутило.

— Почему девять, а не восемь? — спросил, сообразив, что Антонов с нами не летал и нужды получать электромобиль у него не было.

— Вас же в группе стандартное число, десять человек, на каждого по мопеду. Один вернули, — как для ребёнка, «разжевал» кладовщик.

— Интересно как, — встрепенулся Протон. — Для чего Антонов получал мопед?

— Чтобы следов не оставить, — задумался брат.

— У него алиби, — напомнил я. — Но позвонить и узнать по этому поводу нужно. Кстати, — обратился к кладовщику, — вы сами почему не позвонили?

— Не один раз пытался связаться с вашим куратором, — раздражённо посмотрел на меня мужчина. — Никто так и не ответил.

— Мопеды на куратора оформляли? — спросил Неон и получил утвердительный кивок.

— Мог и он сам взять девятый, — начал рассуждать вслух Протон, но тут ему ответили из Тулы.

Несколько минут переговоров, отсылки на других людей, и наконец напарнику брата удалось выяснить, где мопеды, и даже договориться об отправке их грузовым поездом до Москвы. Пообещали вернуть восемь.

Парни попытались узнать у меня, где девятый мопед. Предложил им погадать по звёздам. Когда-то в старые времена был такой обычай. Я им что, маг из фэнтезийных рассказов? Оно, конечно, приятно, что они верят в мои возможности и умственные способности, но всему есть предел. Григорьева вообще могли использовать втёмную, не выдавая истинных причин.

Эта мысль посетила меня, когда мы с женой куратора беседовали. Молодая женщина пришла в управление с ребёнком. Оставлять малыша одного она категорически отказалась. Нервничала сильно, держалась на грани истерики, но добросовестно отвечала на все вопросы. Про смерть мужа в СБ ей не сообщили, ну и мы говорить не стали.

Неон спрашивал, напарник следил за выражением лица женщины, я прислушивался к эмоциям. Ничего не разобрал в том месиве страха, паники и волнения.

— А я говорила Илье, что не нужны нам эти баллы. Столько хлопот, — возмущалась супруга куратора. — Пусть я не работаю, но мне же считают баллы за материнство, ничего не снимают. Мы ведь на хорошем счету. Правда же? — с надеждой посмотрела она на Неона.

— Куратор лично не проследил за подопечными, группа погибла. Идёт расследование, — деликатно ответил брат.

Допрос-беседа прекратился, когда малыш раскапризничался. Ему не то спать, не то кушать потребовалось. Я жестом показал, что больше ничего полезного не узнаем, и женщину проводили до рельсовика.

Вообще-то мы готовы были на вертолёте её отвезти. Нам примерно в тот район к Шишкиной лететь, но Григорьева категорично отказалась.

— Она могла и не знать ничего о делах мужа, — резюмировал Протон.

— И были ли те дела? — заметил я.

— Жека, ты же сам заявил, что куратор виновен, — удивился брат.

— Сочувствовать паранормалам мысленно не является преступлением. Если он не стрелял в ребят, то формально ему нечего предъявить. Всё зыбко и на грани ощущений.

— Нужны доказательства, — согласился Протон, запрыгивая в кресло пилота. — Пристёгивайтесь, полетели.

— Ты опять забыл поставить вчера вертолёт на зарядку, — попенял Неон напарнику, мельком глянув на дисплей.

— И где я его у дома поставлю? — начал оправдываться Протон. — У нас площадки на маленькие вертолёты рассчитаны, а не на служебные.

— Ехал бы домой на мобиле, — предложил брат. — С такой зарядкой придётся думать, куда лететь после Шишкиных. Так застрянем где-нибудь, вот стыдоба будет!

— Женьку пошлём, привезёт нам аккумулятор.

— «Привезёт аккумулятор», — механически повторил я. — А ведь знакомство Антоновых с малой группой началось с того, что Кирилл и Павел выручили их вертолёт.

— Там зима была, мороз, не наш случай, — поспешил ответить брат, закрывая двери вертолёта.

— Зима, мороз. Что они делали в Сером секторе? Искали или прятали? — задался я вопросом.

Протона и брата так поразил мой вопрос, что они передумали взлетать и с удивлением уставились на меня.

— И какие в таком случае могут быть выводы? — осторожно поинтересовался Неон.

— Убрали свидетелей — Кирилла и Павла, — предположил я. — Но это приблизительно. Не настаиваю на такой версии событий. Давайте поспешим, а то неудобно перед мамой Марсианы получится.

На самом деле я действительно спешил разобраться с вопросами к этой женщине. Об одной мысли, что придётся окунуться в её эмоции, ломило зубы.

Реально всё оказалось ещё хуже. Даму не смутили ни мой значок правоохранителя, ни брат с Протоном. Схватив меня за грудки, она самым натуральным образом решила вытрясти душу.

— Ты подонок! Марсианочка так и предполагала, что ты зажравшийся выродок уцелевших убийц!

— Гражданка Шишкина, — попытался Неон вырвать меня, — это оскорбление.

— И ты заткнись! Девочек убили из-за того, что этот трус отказался ехать.

— Почему их убили, мы и пытаемся выяснить, а вы мешаете следствию, — пришёл на помощь Протон и оторвал мою тушку от разъярённой женщины.

Мне к тому моменту слегка поплохело. Слишком близко я стоял к ней, слишком яркие и агрессивные эмоции впитывались в мой мозг.

— Я жалобу напишу, я найду на вас управу! — продолжала кричать вслед нам Шишкина.

Парни же, подхватив меня под руки, очень быстро тащили в сторону вертолёта, решив, что со свидетельницей мы уже побеседовали. И мы после двинулись не домой, а куда-то на запад.

Только когда приземлились на одной из полян в лесу, я сообразил, что они таким образом обеспечивают мне покой. Даже отошли подальше.

— Жека, позвонишь, как очухаешься! — крикнул брат.

Я угукнул и откинулся на спинку кресла. Эк меня пришибло! Или действительно я совершенствуюсь в навыках эмпатии?

Примерно через полчаса пришёл в себя окончательно. Послушал щебет птиц, вяло подумал, что на эмоции пернатых и животных я не реагирую, и набрал на браслете брата.

— Для полноты картины нам должно не хватить заряда аккумулятора, — с ворчанием занял своё место брат.