( Не) моя малышка (СИ) - Элиме Валентина - Страница 17

− Нужно сделать тест. Хочу быть уверен, что он имеет отношение к нашей семье. Не хочу раньше времени говорить матери. Иначе наша ошибка будет летальной, − она до сих пор не отошла от потери, хоть и времени прошло немало. – И продолжить наблюдение. Если что вмешаемся.

− Не веришь, что ваш? – голос крестного дрогнул.

В своё время он потерял всю семью. Жену и ребенка. В них врезалась встречная машина, выехав со своей полосы. Спасти никого не удалось. После уже он остался верен своей жене и ребенку. Отношений не заводил, насчет второго ребенка и речи не было. Со временем его боль притупилась и Ефим Петрович всей душой прикипел ко мне и Олегу. Мы не были против, так как своего отца не знали. Каждый искал необходимые ему чувства друг в друге.

− Убедиться всё равно надо. Я же не благотворительная организация, чтобы взвалить на себя чужого ребенка, − на такое я ещё пока не готов. Ребенок Олега совсем другое.

− Хорошо, сделаем, − уже уставим голосом ответил мужчина, после послышались отдаляющиеся шаги.

Я остался один. Задумался.

Этот ребенок мог бы решить все наши проблемы, не только мои. Мне важно было знать, что он от Олега. На все сто. Я поверил ему тогда, когда он счастливый позвонил мне и поделился своей радостью. Обещал, что скоро познакомит со своей девушкой, которая во всём его поддерживала. Говорил, что она должна мне понравится. Я остро чувствовал тогда, как он был счастлив тогда даже сквозь телефонный разговор. Мы не так часто общались, но Олег всё равно позвонил мне, что не могло не радовать меня. Мы выбрали разные пути. Его притягивала музыка, я же искал такую профессию, где мог заработать. Для него в том числе. На одной музыке далеко не уедешь, а кушать хочется всегда. Да и крестный помог во многом, чтобы встать на ноги и стать тем человеком, которым я был сейчас. Сам же он постепенно ушел в тень, выполняя ту работу, которую я мог доверить только ему. «Главное, что я рядом с вами, остальное неважно», − повторял он каждый раз, стоило мне заикнуться о месте в компании. Теперь же остается заботиться об этом ребенке.

Отошёл от окна и заново достал папку. Повторно ознакомился с информацией о девушках и снова взглянул на фотографии. Лица ребенка нигде не было видно, но он от этого не стал менее притягательным.

− Жаль, что ты не моя малышка, − проводя пальцем по розовому пятну на фотографии, проговорил я.

Слова «не моя» полоснули по сердцу, затрагивая старую рану. Словно я получил удар и весь воздух выбили из моей груди. Стиснул зубы и затолкал старые раны глубоко в себя. Сейчас не время их вспоминать.

«Не моя, но ненадолго», − обещал я самому себе убирая папку, а перед глазами застыла улыбка девушки, что держала в руках малышку.

Глава 14

Глава 14

Пришла беда откуда не ждали…

Самые первые предатели

– это родные тебе люди.

Слова автора.

Анна Владимировна

Закрыла за ребятами дверь своего кабинета, отрезая себя от шума в коридоре, и выдохнула. Шесть уроков без свободного окошка и плюс дополнительное занятие отняло все мои силы. Высосало, словно на меня напал энергетический вампир. Хотела хоть немного побыть в тишине, но не тут-то было. Расслабиться я не успела даже на пару секунд. Дверь снова раскрылась, да так неожиданно, что я чуть ли не вылетела в коридор, забыв выпустить ручку и едва ли не сталкиваясь с Варварой лбами.

− Ты чего это? – удивилась она, удерживая меня.

− Хочу покоя и тишины-ы-ы-ы! – чуть ли не завыла я, затем развернулась и вошла в кабинет обратно. – Закрой дверь и желательно на ключ.

Варвара Игнатьевна тут же исполнила мою просьбу и только после приблизилась к моему столу. В её глазах так и стоял немой вопрос.

− У Леруськи колики. Уже неделю не спим с Раей, носим её на руках по очереди. Там не только мы, но и все соседи не спят, − тут же пожаловалась я. – И мне хочется тишины и покоя, а не во это всё, − уронив голову на руки, чуть ли не заголосила я. В ушах до сих пор стояло ночное вытье Валерии, словно она была девушкой на выданье и плач невесты был обязательным ритуалом.

На пару минут в моём кабинете был слышен лишь гул старого системного блока, который мне всё обещали поменять. Он словно гудел в унисон моим причитаниям. В поддержку, так сказать.

− Ну что тут сказать, − Варя присела. – Помочь ничем особо не смогу, а вам остается только переждать и перетерпеть. К врачу обращались?

− Конечно. Я за этим строго слежу после ситуации с гинекологом, − Рая каждый месяц исправно ходила к педиатру с малышкой. Правда, самый первый поход в поликлинику сопровождала я их сама. Видимо, всё ещё не доверяла я Рае. Да и с маленьким ребенком управиться одной ей было пока тяжеловато. Надеялась, что приноровится со временем, но… − Капли прописала. Мы их уже раз десять меняли, ни одно так и не помогло.

И мне так жалко стало малышку, что у меня невольно выступили слезы. Она по вечерам как начинала свою симфонию, даже беруши не спасали. Но жаль было и себя заодно. Дело ли это, не спать неделями по ночам, а днём еще и на работе вкалывать. Придешь домой уставшая, а там всё по новому кругу повторяется. И Рая, которая сразу сунет малышку мне в руки, стоит мне переступить за порог.

− Я больше так не могу. – с этими словами она убегала на кухню, а в последние дни так вообще из дома начала уходить.

И я один на один оставалась с малышкой, которая при виде меня уже начала проявлять свои эмоции, что могло не радовать меня, как и расстраивать. Нет, вы не подумайте ничего такого. Леруську (мне так нравилось её так называть) я любила всем сердцем, обожала всей душой, но… Но всё же её матерью была не я, а Рая. И мне хотелось, чтобы родная мать души не чаяла в своём ребенке, только вот это было не про мою сестренку, как и не в моих силах. Она вела себя со своей дочерью холодно, отстраненно, словно была не матерью, а просто няней или кормилицей, которую против её воли приставили к младенцу. Рая ухаживала за ребенком, но всё делала это словно из-под палки или после моих слов. Если же я была дома, то все заботы о девочке ложились на мои плечи. Сестренка нисколько не задумываясь всё перекладывала на меня.

− Я устаю с ней за целый день одна. Помощи-то нет. Хоть ты пойми меня, − и уходила на кухню в одиночестве пить чай.

Я же голодная и холодная быстрее переодевалась, мыла руки и брала на руки Валерию. Смотря ей в глаза в те короткие периоды, когда она не спала, я терялась. Усталость снимало за секунду, как по мановению волшебной палочки, если бы она существовала в нашем мире. Я разговаривала с ней, выплескивая ей всё, а она была благодарным слушателем, хватая мой палец. Она была словно лучиком тепла, который превращался нечто в большее, стоило ей оказаться рядом.

− Со временем это пройдет. Перетерпите. Вам просто «повезло» с коликами, − Варя сделала нам чай и поставила кружку передо мной. – Бери шоколадку, говорят, она улучшает настроение.

− Ты хотя бы не издевайся надо мной, − отломив кусочек, я тут же отправила его в рот.

За целый день ни крошки не было во рту. В столовую не успевала сходить, окошек в моём сегодняшнем расписании не было, да и за детьми на перемене стоило следить. Утром дома не успела позавтракать. Рая всё нежилась в постели, а я кормила Валерию и носила её на руках. Да, да, кормила её я из бутылочки. Буквально через месяц Рая наотрез отказалась кормить грудью, заявив, что не хочет «ушек спаниеля». Никакие мои доводы и уговоры не могли пронять сестрёнку и поменять её решение. И кроме всего прочего мне приходилось ещё тратиться и на смесь. Теперь львиная доля нашего бюджета уходила на дорогое питание. Хорошо, что хоть на одежду для племянницы тратиться не приходилось. Кроме небольшой финансовой помощи, учителя приносили одежду своих детей, что давно выросли. «Дети так быстро растут. Мы накупили, а вот одеть не получилось. Будет хорошо, если вы успеете поносить», − тронув меня за плечо, проговорила коллега, видя мой недоумевающий взгляд, стоило мне увидеть почти целый пакет вещей с бирками.