"!Фантастика 2023-109". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 561

— Причин несколько, — охотно ответил ректор.

Он подошел ближе, я сделала шаг назад, но уперлась филейной частью в стол. Арион нависал надо мной, словно скала, а в черных глазах снова бушевало пламя. Он был красив, но какой-то особой красотой. Резкие черты лица, крупный нос и насмешливая улыбка. От его тела исходил жар, я хотела ускользнуть, но не могла. Ректор поставил руки на столешницу, почти заключив меня в объятия и тем самым отрезав мне путь к отступлению.

— И какие причины? — Я постаралась, чтобы голос звучал ровно.

— Во-первых, мне скучно, а во-вторых… — Он сделал многозначительную паузу. — Всю жизнь мечтал о романе с секретаршей. Но попадались либо дуры, либо стервы, либо страшные, как наш профессор Сазейр. Была одна симпатичная, но я ее выгнал в первый день — слишком напоминала мою бывшую жену. Какая из причин вам нравится больше, а, Мира?

— Ни одна… — пискнула я, наблюдая за тем, как ректор медленно наклоняется к моим губам. Сбежать возможности не было. Я уперлась руками ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, но он только усилил натиск, сопротивляться которому было мучительно сложно.

Я почти смирилась и чуть приоткрыла губы. Сердце стучало как бешеное, в голове билась одна мысль — нельзя, но тело хотело прижаться сильнее и растаять.

Вопль ректора над ухом заставил очнуться. Арион фон Расс отскочил в сторону, почему-то ухватившись рукой за свой зад. Выругался неприлично и громко, а я только сейчас заметила у него за спиной Васика, дожевывающего кусок ткани, до боли напоминающий ректорские штаны.

Цветочек стоял от нас достаточно далеко, но, видимо почувствовав, что хозяйке угрожает опасность, вытянулся, удлинив стебель, и тяпнул обидчика за зад. Не засмеяться я не смогла. Даже перспектива быть уволенной меня не остановила.

Я согнулась пополам и, утирая слезы, под неприличные вопли ректора ретировалась из кабинета, лишь на пол пути вспомнив, что Васика спасти забыла. Впрочем, сколь бы ни был страшен в гневе ректор, все же он, кажется, питал к цветуечку некую слабость. Поэтому естьшанс, что ничего Васусу не будет. Только вот насколько этот шанс велик?

Я остановилась в коридоре, несчастно посмотрела через плечо, но малодушно решила, что, если придется выбирать между своей жизнью и жизнью Васика, моя мне все же дороже, и припустила к себе в комнату.

— Опять безобразничает? — поинтересовалась Тьена — наша кухарка, которую я едва не сбила с ног.

— Да как вам сказать… — Я сделала несчастное лицо и под причитания помчалась дальше.

Персонал меня здесь любил и жалел. Большие порции в столовой и идеально чистая комната мне были обеспечены. Все возможное для того, чтобы я не сбежала. Это было приятно, поэтому я и сама прониклась ко всем в академии любовью и уважением.

Пока переодевалась в комнате, все еще хихикала. Веселье даже страх заглушило на какое-то время. Вообще платье, которое я надела на работу, вполне подходило для выхода в город, но я радовалась возможности причесаться, которой с утра не было. Да и на улице стояла жара. Это в стенах замка она не ощущалась.

Я достала свое любимое летнее платье из тонкой и очень легкой голубой ткани. Под него полагалось надевать узкий льняной футляр до колена. В целом получалось дорого, красиво и нежарко. А длинные полупрозрачные рукава закрывали плечи — у меня была слишком светлая кожа, которая на солнце очень сильно обгорала. Я старалась не носить открытые наряды на солнцепеке.

Волосы я распустила по плечам, убрала только несколько прядей от лица и скрепила их на затылке серебряной заколкой с голубыми топазами. Подарок отца на совершеннолетие.

Из зеркала на меня смотрела юная и очень свежая девушка, выглядящая намного моложе своих двадцати четырех лет. Почему-то меня это позабавило. Наверное, мне снова хотелось побесить ректора, подчеркнув разницу в возрасте. Сказал бы кто еще, почему меня это вдруг начало заботить.

Озорное и хорошее настроение померкло, едва я вспомнила, что ректору по моей вине сегодня пришлось два раза менять штаны. Вряд ли Арион фон Расс — сильный, уверенный харизматичный забудет унижение. Он ведь почти соблазнил меня, я почти потеряла голову, если бы не Васик. А теперь каждый раз, как только ректор решит ко мне приблизиться, я буду совершенно неприлично ржать. Думаю, он это понимает, и вряд ли данное обстоятельство ему нравится.

В итоге я погрустнела, впала в меланхолию и, естественно, не спустилась вниз вовремя. Ректор явился сам, как всегда без стука, проигнорировав засов. Почему-то все замки в академии считали своим долгом открыться при его появлении.

— А Васик где? — пискнула я испуганно и попятилась, так ректор все еще был зол. Может, и не стоило так вот сразу спрашивать, но меня волновало местонахождение цветуечка.

— Отдал кухаркиной козе! — рыкнул он, а у меня сердце ушло в пятки. Не сомневалась в правдивости слов ни секунды. Рванула к выходу, на глаза навернулись слезы, но ректор поймал меня за локоть.

— Эй, Мира? Вы что, поверили? — изумился он.

Я всхлипнула и кивнула. Мало кто относился к цветку серьезно, все считали его чем-то неодушевленным.

— Вы меня убили своим отношением прямо в сердце, — признался он. — Скажите, может быть, вы еще считаете, будто я кушаю младенцев на завтрак?

— Не-э-эт, — пробормотала я. — На завтрак вы кушаете три тоста, два яйца всмятку, клубничный джем и иногда манную кашу.

— Тьфу ты! — выругался он. — Лучше мои повадки знает только мама. Точнее, знала, сейчас мы, слава демонам, не каждый день встречаемся.

— А вы на нее похожи? — с ужасом уточнила я.

— Слишком, я бы сказал. А вы что, уже к знакомству готовитесь?

— Упаси боги! — вырвалось у меня, и испуг на лице мелькнул настолько отчетливо, что ректор поморщился.

— Удивительная девушка вы, Мира. Первая на моем пути, которая не просто красуется, а действительно боится замужества как огня.

— Я вообще не в этом смысле! — Щеки вспыхнули. — Я просто представила вас в женском обличье, и мне стало плохо. Академия не выстоит.

— Да, это точно. Пойдемте уже, раз разговор у нас с вами не складывается. Может быть, хоть прогулка совместная удастся?

— Не думаю. — Я невесело усмехнулась, но позволила вывести себя из комнаты. — Магазины — это место, где можно много всего разбить и уронить. Не люблю их с некоторых пор.

— Я буду за вами следить. Можете на меня положиться.

От низкого хрипловатого голоса по спине побежали мурашки, а взгляд из-под опущенных ресниц опалил. Стало не по себе, и я поинтересовалась:

— И все же? Где Васик?

— Шушель его чует, — охотно пояснил ректор. — Не видит, но знает, что он поблизости. Будет искать и пакостить вокруг, пока не наткнется, поэтому я сдал Васика профессору Сазейру. У лича и шушеля сложные отношения. Твареныш его боится.

— А Васику там будет хорошо? — не удержалась и спросила я.

— Ну, думаю, уж как-нибудь выдержит один-то вечер.

Спорить я не стала — бессмысленно, но все равно переживала. Правда, даже для себя не могла решить, за кого больше — за своего кровожадного питомца в горшке или за лича?

В город нам предстояло отправиться на личном транспортном средстве ректора. Я не представляла, как устроены самодвижущиеся повозки и как они едут — благодаря магии или технике, — но они мне не нравились заранее, а уж когда ректор приблизился к одной из них, в нетерпении потирая руки, я вообще поняла, что предпочла бы остаться дома.

— Прошу вас, Мира! — Он галантно открыл дверь, и я, простонав про себя, заняла удобное переднее сиденье. Повозка мало чем отличалась от обычной прогулочной кареты с открытым верхом, только отсутствовало место для кучера и передний ряд сидений был повернут в сторону движения.

На сиденье рядом со мной с левой стороны уселся ректор и дернул за какой-то рычаг. Повозка затряслась, завибрировала, и я вцепилась в поручень. Ну за что мне все это? Или это продолжает действовать проклятие?

Впрочем, у тарахтящей повозки оказались в наличие и плюсы. Она ехала быстро, и на отвратительной дороге почти не трясло. Но все же было страшно. Знал бы довольный и счастливый ректор, который, не стесняясь, красовался передо мной, каких усилий мне стоило сохранить невозмутимое выражение лица и не орать.