"!Фантастика 2023-109". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 258

– Так начинай, – кивнул Грег.

– Думаю, будет правильно, если я буду вести его сразу на двух языках…

После этих слов второй Лабастьер вспорхнул Грегу на плечо и, усевшись там, весь последующий разговор переводил ему прямо в ухо.

– Все вы, конечно, знаете, что моя неверная жена Наан бежала с одним из моих, насильно отторгнутых от меня воплощений…

– Так ты все-таки признаешь, что это правда? – воскликнула одна из самок.

– А я никогда и не отрицал этот факт, – заявил Лабастьер.

– Но буквально вчера, на празднике, ты заставил бескрылого сказать, что следов Наан в космосе нет!..

– А разве это не так? – глянул Лабастьер на Грега. Тот лишь кивнул, подтверждая сказанное, и маака продолжил: – Сбежать-то они сбежали, но вот то, что нашли пригодный для жизни мир, – крайне сомнительно. Не о том ли писал аноним в Книге Стабильности:

И не потому ли эта строфа столь популярна в последние годы?

Самки промолчали. Видимо, так оно и было, хотя Грег никакой связи между эти шестистишием и побегом Наан не прочувствовал.

– Однако у меня были некоторые косвенные подтверждения тому, что Наан и предавшее меня воплощение все-таки выжили. Я не хочу останавливаться на этом подробнее, так как сейчас у меня появились более точные сведения. Об этом и расскажу…

– Другой мир бабочек существует?! – воскликнула Миам.

– Да, – лаконично отозвался Лабастьер.

Грег тем временем тихонько спросил у того воплощения, что сидело у него на плече:

– Но почему ты называешь Наан «неверной», а Миам и остальные тебя, вроде, не возмущают? Они ведь тоже пытались бежать и, кстати, боялись твоего гнева…

Тот так же тихо ответил:

– Пытались, но не сбежали. Нужно быть великодушным. Кроме того, я лояльно отношусь к их политическим играм, они меня забавляют… А Наан изменила мне с другим самцом, ведь отделенное от меня воплощение – это не я. Эти же девять жен верны мне.

– А со мной не считается? – поинтересовался Грег.

– Нет, конечно, – подтвердил Лабастьер. – Ты не бабочка, и тебя они развлекали по моему повелению… Но хватит об этом… Я уже рассказал самкам, что планету, на которой устроили колонию Наан и воплощение-предатель, они назвали Безмятежной. Но, как я и опасался с самого начала, правители колонии не могли терпеть даже мысли о том, что на Земле остался я. Они так боялись меня и так дорожили благоденствием своей колонии, что дабы исключить возможность моего вмешательста в их дела, решили вместе со мной уничтожить всю Землю.

– Как?! – воскликнула одна из самок, а другая – та, которую Миам называла Дипт-Дейен – подхватила: – Ты лжешь!

– Нет, милая Дейен, я не лгу. Подумайте сами, стал бы я в каком-то ином случае сокращать количество своих воплощений с десятков тысяч до жалких двенадцати? Земля обречена, и я покидаю ее.

Впервые подала голос Лиит:

– Возлюбленный наш супруг, пожалуйста, расскажи нам подробнее о планете Безмятежной и той опасности, которая грозит Земле.

С удивлением ощущая самую настоящую ревность Грег тоже задал вопрос:

– И еще. Если даже так, то зачем было убивать свои воплощения, раз они и так погибли бы вместе с Землей? И потом, почему мы никуда не спешим? Неужели спасти Землю нет возможности?

– Не надо заваливать меня вопросами. Я все последовательно расскажу вам и так. Возможности спасти Землю я не вижу. И не только Землю, но и всю Солнечную систему. К Солнцу сейчас мчится тот самый звездолет, который когда-то украла у меня Наан. А в нем – обширные запасы полония. Взрыв превратит Солнце в сверхновую. Скорость звездолета такова, что изменить его курс уже невозможно.

– Кто им управляет? – не удержался Грег.

– Прекрати суетиться, бескрылый, я еще не ответил на твои прежние вопросы! До взрыва осталось около трех часов, потому мы и не спешим. Мы можем уйти в гиперпространство сейчас, а можем перед самым взрывом, значения это не имеет… Почему мои воплощния убили себя? Потому что иначе я не мог покинуть Землю. Я не мог разделиться пополам. Ящерица не делится пополам, а отбрасывает свой мертвый хвост… Я уменьшился настолько, насколько мне было небходимо, чтобы уйти… Огромное число воплощений мне нужны были лишь затем, чтобы править Землей и служить своим народам. Теперь это стало невозможно, и я избавился от балласта… Если вы думаете, что мне было приятно переживать все эти смерти, то вы сильно ошибаетесь.

– Ты так легко бросаешь свои народы на погибель?! – вскричала Миам.

– Нет, не легко. Но я не могу что-либо изменить. Заметь к тому же: уничтожить Землю решили такие же заговорщики, как вы, а вовсе не я… Решили и смогли. Теперь о Безмятежной. Правит ею король Лабастьер Шестой – потомок моего воплощения-предателя. Это дикий мир, сознательно чурающийся технического прогресса. Он по-своему гармоничен и напоминает тот период в истории бескрылых, который они называли «средневековьем». – Сидящий на плече Грега Лабастьер быстро пояснил: «Мои жены изучали вашу историю…» – Жители Безмятежной ведут натуральное хозяйство, передвигаются верхом на местных животных, которых они называют «сороконогами»… На планете нет ураний, там есть только два вида бабочек – махаоны и маака, но они живут вместе, так называемыми «семейными квадратами»: самец и самка маака сожительствуют в таком браке с самцом и самкой махаон…

Лабастьеровы жены ошеломленно переглянулись. Грег понял, что для бабочек точно так же, как и для большинства людей, вопросы семейной морали важнее, казалось бы, более глобальных проблем.

– Этот закон введен для того, чтобы маака и махаоны жили в мире, – пояснил Лабастьер. – И это работает. В конце концов, король Безмятежной в какой-то степени – я, и я восхищаюсь его находчивостью.

– Откуда ты все это знаешь?! – не выдержал Грег. Не обратив внимания на его вопрос, тот продолжал:

– Короли Безмятежной, имеющие одну со мной природу, избрали очень странный путь самосовершенствования. Родившемуся наследнику надевают «блокиратор», и, лишенный телепатической связи, он живет и развивается, как обычная бабочка – с единственным сознанием в единственном теле. Затем, когда рождается наследник у него, он передает блокиратор ему. И только тогда телепатически сливается со своим отцом, а иногда и с дедом, и получает весь запас привезенных с Земли знаний…

Эти подробности, на фоне приближающегося конца света, показались Грегу незначительными, но самки слушали Лабастьера разинув рты, а значит, для них все это было действительно очень важно. Тот продолжал:

– Чтобы поддерживать такую цепочку, король может иметь только одного сына. Но однажды случился сбой – королева родила думателя…

«Какого еще думателя?» – нахмурился Грег. Но воплощение, сидевшее у него на плече, тихо пояснило:

– Я тебе рассказывал. Это живое хранилище знаний, куколка, так и не ставшая бабочкой… – И поспешно продолжил перевод: – Думателя скрыли от всех и поселили в Золотом Замке (так простые жители Безмятежной прозвали украденный у меня звездолет), а королева, в качестве исключения, дабы династия не пресеклась, родила еще одного, нормального ребенка… Именно Лабастьеру-думателю и пришла в голову замечательная идея уничтожить Землю. Для профилактики. И именно он, получив согласие короля Лабастьера Шестого, мчится сейчас в звездолете к Солнцу. Находясь с некоторых пор в непрерывной телепатической связи со мной. Отсюда у меня и вся эта информация.

Лабастьер перевел дух и продолжил:

– Но он хитер, этот думатель. Моя порода. Он знал, что, когда мы свяжемся с ним, я подчиню его своей воле. Я его, а не он меня, так как он один, а я един во многих воплощениях, и моя ментальная сила кратна их количеству. Потому думатель специально вынырнул из гиперпространства так далеко от Земли, что телепатическая связь между нами была еще невозможна. Направив корабль на Солнце, он на поглотителях разогнал его до такой скорости, что изменить его курс стало уже нельзя… Он неуправляем. Вот и всё. Я сообщил вам все сведения, которые хотел сообщить. Да! Я, конечно, же знаю теперь координаты Безмятежной, туда мы и отправимся. Это благословенная планета, – улыбнулся он, – ее удивительные пейзажи в лиловых тонах стоят сейчас перед моим внутренним взором…