Сказка о Шуте и ведьме. Госпожа Янига (СИ) - Зикевская Елена - Страница 79

— Прослежу.

— Хорошо. Тогда я тебе денег дам, вьючную лошадь купишь.

— Энто можно, — довольно кивнул Микай.

— Вот и отлично. — Джастер встал из-за стола, давая понять, что ужин и разговор закончены. — Всё, собирай посуду и пошли. Доброй ночи, госпожа.

— Доброй ночи, — кузнец торопливо вскочил на ноги, помогая Шуту собирать миски и кружки.

— Доброй, — мне не оставалось ничего другого, как проводить их до двери и закрыть её на ключ.

Как бы мне ни хотелось, а Джастера сегодня я больше не увижу.

За окном небо наливалось сумерками. Я закрыла ставни и отправилась спать.

Проснулась я от настойчивого стука в дверь. В спальне было прохладно, царил полумрак, в щели ставней лился серый дневной свет, пахло свежестью и дождём. Кажется, день сегодня непогожий. Хорошо же я разоспалась под крышей и в нормальной постели…

— Госпожа, вы проснулись? — голос Джастера разом прогнал с меня весь сон. — Я завтрак принёс.

Я мигом вылезла из нагретой постели и босиком кинулась к двери, даже не подумав, что на мне одна рубаха.

— Да, — я торопливо открыла замок, поджимая по очереди босые ноги: пол был холодным. — Входи.

Шут с подносом в руках проскользнул в полуоткрытую дверь и ногой закрыл её, недвусмысленно кивнув в сторону ключа.

— Я долго спала? — Я закрыла замок, торопливо проскакала к постели и сунула замерзшие ноги в туфли.

— Немало, — хмуро буркнул он, расставляя посуду на столе. — Садись, завтракай.

— А ты? — Я подошла к столу, села и пододвинула к себе миску с дымящейся кашей.

— Обед скоро. — Воин подошёл к окну и раскрыл ставни. Небо было затянуто серыми дождливыми тучами.

Как же хорошо, что мне сегодня никуда ехать не надо… И каша вкусная, горячая, с маслом.

— Микай уехал?

— Давно.

— Джастер…

— М?

— Зачем ты его со стражей отправил? Ты правда им настолько не веришь?

— Им полезно. Чтобы не расслаблялись. И ему тоже не помешает.

— Почему?

— Чтобы не цепляло и не тянуло памятью. Ешь давай — и посмотрим, где его носит.

— Как это? — Я чуть кашей не подавилась от неожиданности и вспыхнувшего любопытства. Что за новое волшебство он хочет мне показать?

Вместо ответа Шут скрылся в спальне и вышел, неся шкатулку с зеркалом Митамира.

За окном громыхнуло и по стеклу застучали первые капли.

— Что? — я отодвинула миску с недоеденной кашей. — Зачем оно?

— Посмотрим, как дела у твоего ученика, — ухмыльнулся Джастер, сев рядом и доставая зеркало. — Разве я не говорил, что оно может показать то, что ты хочешь увидеть?

— Ты говорил, что в нём можно увидеть прошлое или будущее. И что через него волшебники разговаривали.

— А, ну и это тоже, — махнул он рукой. — Ты доела? Тогда иди сюда, смотри.

Я торопливо доскребла и проглотила остатки каши, и подвинулась к Шуту. Он по очереди коснулся нескольких камней в раме и произнёс имя кузнеца. В следующий миг тёмная, как осенняя вода, поверхность зеркала пришла в движение. Затаив дыхание, я с детским восторгом и страхом смотрела, как от центра к краям прошла серебристая рябь и в раме, словно в окне, появилась картинка разбойничьего лагеря.

На болоте шёл ливень. Микай вместе с небольшим отрядом стражи прятался в «сторожке» атамана. Кузнец стоял в дверях и недовольно глядел на струи воды, сложив руки на груди и кутаясь в плащ. Кони были привязаны к соснам и вздрагивали от холодных капель, пробивавших хвою, а вот стражники были полностью увлечены изучением вранова богатства.

— Ну, что ж, думаю, к обеду он не вернётся. — Джастер коснулся нескольких камней, и всё погасло. Шут спокойно убрал зеркало обратно в шкатулку и хмуро барабанил по столу пальцами.

— Что-то не так? — осторожно поинтересовалась я.

— Долго всё, — мрачно буркнул он в ответ. — Я думал, до вечера все дела с советом закончим. Но, видимо, придётся тебе завтра с ними самой разбираться.

— Ты так торопишься уйти? — Я еле сдержала неожиданную обиду. — Прямо сегодня? Зачем? Зачем тебе эта «прогулка»? Что ты хочешь найти на границе наделов?

Он вздохнул и посмотрел на меня.

— Как ты думаешь, ведьма, что случится с этим городом, когда мы уедем, а эта карга узнает, что произошло?

Я нахмурилась и сердито посмотрела на него. Умеет испортить настроение, ничего не скажешь.

И дураку ясно, что. Но что я могу сделать?

— Предлагаешь мне тут жить остаться?

— Нет, — ответил он с едва заметной усмешкой. — Я предлагаю поступить так, как поступали ведьмы древности. Защитить свою территорию от чужой магии.

— И каким образом?

— Самым простым и действенным, разумеется. Установить защитные глифы, которые будут охранять твой надел от посягательств чужой магии. Вдоль реки я их поставлю сам, чтобы не терять время. А в городе и дальше уже будешь ставить сама.

Защитить границы от чужой магии… Ничего себе…

— А я смогу?

— Ты же ведьма.

Я — ведьма… Вот как он может одно слово сказать так, словно я эти неведомые глифы всю жизнь по щелчку ставлю. Хотя… А может, действительно могу? Про болотника он ведь тоже говорил, что я — ведьма, просто я тогда не понимала ни его, ни свою силу…

— А глифы — это что?

— Знаки особые. Их на камень или на дерево наносят и заговаривают. Когда глиф начинает работать, ты будешь это ощущать. Если кто-то попробует нарушить границы или повредить знак, ты это сразу почувствуешь.

Хм… знаки … Значит, и в самом деле ничего сложного, я справлюсь. Вон уже сколько всяких выучила, выучу и эти.

— Ты поедешь верхом? Поэтому просил Огонька не ковать?

— Нет. Пешком я управлюсь быстрее. Не волнуйся, за пару дней ты не успеешь соскучиться. Тебе хватит других дел.

Да я уже по нему скучаю! Ходит рядом, а на людях всё время как чужой…

— С твоей ведьмой нужно разобраться как можно скорее. — Шут спокойно смотрел в окно. — Желательно до осени.

— Почему? — Я невольно сжала ладонь на браслете с бусинами. Неужели он хочет уйти и бросить меня?

— Потому что за зиму она окрепнет, наберётся сил, и весной вместо дождей земля будет полита человеческой кровью.

— Что ты предлагаешь делать?

— Для начала объехать границы твоих новых владений и поставить защиту. — Воин сложил руки на груди. — Думаю, за пару недель мы управимся. Заодно о тебе везде узнают.

— А потом?

Шут покосился на меня и ухмыльнулся уголком губ.

— Ты думаешь, она всё это время будет сидеть сложа руки?

— Джастер!

— Зависит от «зависит», Янига. Пока я не узнаю, какие ещё козыри у неё припрятаны, в замок мы не поедем.

— Ты же говорил…

— Предсказания, тем более во сне, штука тонкая, ведьма. Ни ты, ни я не знаем, что именно видела Юнэ, нам ничего не рассказали о её сне. В любом случае, относиться к её предупреждению следует с осторожностью. Опасность, несомненно, есть. Как я и говорил, пока не выясним, кто ещё помогает этой карге и что у неё припрятано, лезть на рожон глупо.

— Ты уже не думаешь, что твой враг там?

Джастер нахмурился сильнее.

— Я очень надеюсь, что он — не там, ведьма.

— Почему?

— Потому что тогда я ничем не смогу тебе помочь. Как и ты мне.

— Джа…

Шут протянул руку и взял меня за подбородок двумя пальцами, заставляя неотрывно смотреть ему в глаза, тёмные, как ночь.

— Запомни, Янига. Раз и навсегда запомни: Игра — это святое. Никто не смеет вмешиваться в поединок между нами. Никто.

Я только кивнула, чувствуя, как резко пересохло в горле под этим почти чёрным взглядом.

Игра — это святое… Смертельный поединок между двумя… мантисами.

Шут же отпустил меня, отвернулся, и когда взглянул снова, его глаза были серыми, как обычно.

— Ладно, чтобы время зря не терять, иди себя в порядок приведи, а я пока посуду отнесу. А потом тебе про глифы расскажу, чтобы ты здесь их сама поставила.

Он встал, собирая посуду, и мне ничего не оставалось, как отправиться в спальню одеваться и причёсываться.