Титан (СИ) - Покинтелица Евгений - Страница 45

Да, я не ошибся. Это невероятная ценность, нечто большее, чем просто лечилка. Абсолютная панацея, которая поднимет любого на ноги во мгновение ока. Да ещё и имеет перманентный бонус. Таких всего пять. Не знаю возможно ли вообще создать столь сильный аналог. В продаже я таких не видел. Однозначно надо приберечь.

Всё это отправилось в мой инвентарь и лишь потом я позволил себе подойти к последнему выпавшему предмету. Описать его было сложно. Сферический объект покрытый чешуёй, из которой торчит множество костяных шипов. Я осторожно взял его в руки.

'Сердце Тараска

Редкость: Уникальное

Тип: Одноразовый артефакт

Описание: Предмет в котором заключена драконья сущность. Убивший дракона — да станет драконом.

Общий бонус активации: После применения восстанавливает здоровье до максимума и перманентно увеличивает скорость его восстановления на 150%. В ваших жилах отныне будет течь драконья кровь.

Дополнительные бонусы от активации: Зависят от применившего.

Предупреждение: Применение несёт за собой необратимые последствия.'

Охренеть. Второй раз мне выпадает что-то с пометкой уникальный и второй раз сердце. Вселенная желает мне что-то сказать?

«Применить?»

Нет. Понятия не имею, к каким именно последствиям это меня приведёт. Всё же не зря там предупреждение висит. Мало ли, реально стану монстром и не смогу Зазеркалье покидать. Или ещё чего.

' — Что думаешь, Ликвид?'

Тишина. Он, конечно, говорил, что ушёл подремать, но раньше всегда отзывался, когда я к нему обращаюсь.

' — Ликвид? Ау. Ты в порядке?'

' — Да чё расшумелся-то? Я думаю тоже, что и ты. Хрен его знает, чего там ожидать. Лучше придержать до крайнего случая. Тем более там есть бонус внезапного мегаотхила.'

Прозвучал он как-то вяло и сонно. Что опять же было нетипично.

' — Что-то с каждым повышением синхронизации ты всё более вялый становишься. Раньше ты особо не уставал никогда.'

' — Сам попробуй следить за выживанием нашего тела, пока тебя пытаются придавить органами внутри дракона, вот тогда и будешь умничать.'

' — Такое чувство, что ты что-то недоговариваешь.'

' — Я — это ты, что мне от тебя скрывать? А теперь отвали и дай поспать.'

Странно это всё. Я прямо-таки чувствую, что он врёт, но не могу понять, что не так. Вот же засранец. Видимо, он всё же знает что-то о синхронизации и активно это скрывает. Но что будет, когда она достигнет максимума, чтобы был повод это скрывать? Он отпочкуется и получит собственное тело, а потому копит энергию? Или наоборот, он слабеет, потому, что мы становимся одним целым? Надо постараться не дать синхронизаци достичь максимума, пока не узнаю о том, чем это грозит.

Марианна тем временем оделась и подошла к краю кратера.

— Что, нашёл какие интересности? — спросила она.

— Ага, — я взлетел и приземлился рядом с ней, после чего вытащил лут и разложил на земле.

Мы присели рядом с ним, чтобы девушка могла всё осмотреть.

— Ого. Дорого-богато. За такой огромный шар целое состояние можно выручить, ну или сделать особо мощный артефакт, — сказала Марианна.

— Да, согласен, круто. Рад за тебя, — заявил я, пододвигая ей шар и три флакона.

— Эй, ты чего это? — спросила она.

— Монстра мы убивали вместе, так что будет справедливо поделиться лутом. Во время фарма данжей ты отказалась, но сейчас не отвертишься, — заявил я.

— Да ну, без тебя всё равно большее на что можно было бы рассчитывать — это вырезать какие-то ценные куски из него. Да и то, мне не до того было, так что я не взяла подходящих контейнеров, — ответила Марианна, отодвигая мои дары обратно.

— Не вредничай и возьми, пожалуйста. Так будет правильно. Я и так зажал артефакт, потому что он слишком странный, а потому останется при мне. Не заставляй меня чувствовать себя жадной сволочью! — ответил я и снова подвинул к ней лут.

— Ладно, как скажешь. Я возьму шар и зелье, — девушка сунула их в свой подпространственный карман.

— Три, — упёрся я.

— Одного хватит, — ответила она.

— Ну давай хоть два!

— Ладно, пусть будет два, — она спрятала второе зелье туда же, — Спасибо!

— Тебе спасибо!

— Мне-то за что? — поинтересовалась девушка, — Это ведь ты всё добыл. И ты освободил мой род от этого «проклятья».

Я тоже собрал оставшиеся вещи в инвентарь, попутно ведя беседу.

— А ты убила дракона и тем самым повысила мои шансы на успех. Ведь, как оказалось, душа у него была куда крепче, чем я ожидал, — ответил я.

— Погоди. Душа? Ты использовал на нём технику души? — спросила Марианна с явно обеспокоенным взглядом.

Мы отправились к машине, продолжая разговор на ходу.

— Да, пришлось немного импровизировать, но я таки придумал метод.

— То есть ты ещё и технику эту создал сам на коленке, находясь во внутренностях дракона? — ещё более удивлённо спросила она.

— Ага. Выбора-то особо не было. Из-за клятвы — осколки душ погибших драконоборцев притягивались к дракону. Они сплавлялись с его душой, тем самым усиливая и самого дракона и эту связь. И именно так он продолжал воскрешаться — через связь с твоим родом, — сказал я, — Причём всё было настолько плохо, что даже разорвать её было нельзя. Только уничтожить душу дракона.

— Я даже не знаю, восторгаться или ужасаться, ведь ты совершил ради меня практически невозможное, рискуя собственной душой — сказала Марианна, резко остановилась и, развернув меня за плечо, тут же утопила в собственных объятьях, — Поэтому просто скажу ещё раз — спасибо! Я даже не догадывалась, насколько всё плохо с этой клятвой!

Я оказался зажат в крепких обьятях, уткнувшись лицом в её роскошный бюст, ведь куртку она полностью застёгивать не стала. Чем я тут же воспользовался, принявшись покрывать открытые участки кожи мелкими поцелуями.

— Охх… — проворковала девушка, — Не искушай меня! Давай выберемся туда, где есть мягкая постель и тёплый душ!

Я кивнул и неохотно отстранился. Кто бы мог подумать, что отпустить контроль, когда столь долго отрицал своё влечение, так приятно.

Мы запрыгнули в машину и отправились обратно в Марсель. По пути мы всё же решили не задерживаться, ведь кто знает, не случится ли форс-мажор, когда мы будем нужны дома. Да, конечно можно и телепортироваться, но паковать Марианну в инвентарь будет не очень комфортно. Обратные рейсы отбывали довольно часто, так что вскоре мы уже летели обратно.

Марианна мило задремала на моём плече и я не видел ни одной причины, чтобы ей мешать. Тем временем я невольно погрузился в размышления о жизни. Как удивительно всё то, что я пережил и чего достиг. Кто бы мог подумать, что такое вообще возможно?

Я сосредоточился, создавая умозрительную проекцию. Весь пройденный путь встал передо мной, словно набор стоп-кадров. Всё начиналось с малого. Как и у всех. Ну почти. Отец умер когда я был слишком мал, чтобы что-то помнить. Попал в аварию. Так что первое воспоминание — это мамино лицо над моей кроваткой. Одинокое, но способное малышу заменить весь мир.

Следом — множество мелких воспоминаний о том, как я влезаю в неприятности, а мама с сестрой умудряются меня остановить в последний момент. Вот я постарше и уже совсем никуда не лезу. У меня появилась приставка. Да не какая-то, а оригинальная японская. Благо, чтобы играть в тогдашние игры, язык знать было не нужно. Следующие годы можно уместить в один слайд. Я и игровое устройство. Местами добавляются моменты с разными мелкими турнирами, где я рвал всех как тузик грелку.

А вот заболела мама. И когда я не помогал ей, ещё больше свободного времени тратил на игры. Потому, что думать о том, что с ней происходит — было слишком страшно. Слайда с похоронами нет. Я туда не пошёл. Отказался принимать, что мамы больше нет. Последний раз я видел её в больнице. Измотанной, но улыбающейся и живой. И я отказался принимать, что теперь она другая. А Ната и не настаивала, она сделала всё сама, позволив мне гасить горе как умею — за игрой.