Лир. Книга вторая (СИ) - Анин Александр - Страница 69

— Пока нет.

— Значит, Скво пусть говорит, что я погиб. Пусть охраняет Миралиэль. Надеюсь, что все активы у неё не конфискуют.

— Ты хочешь её оставить?

— Хочешь и должен немного разные вещи. В Империи на меня открыта охота, а таскать её с собой — это постоянная война с желающими получить её тело. Мы будем слишком заметны.

— Я свернул автоматическую линию. — доложил Бродяга.

— Надеюсь, это было сразу после взрыва?

— А есть разница? — спросил бобёр.

— Только для Миралиэль.

— У Скво есть запас артефактов, так что без дома она не останется. Вопрос, что собираешься делать ты?

— А тут у нас что?

— Тут? Да ты и сам знаешь, что эпоха паруса, острого клинка и дымного пороха.

— Думаю, что это лучше, чем тотальный контроль развитых миров.

— Тогда опять нужно менять тело.

— Ты прав, мой пушистый друг. Сейчас сделаем запас эльфийской крови, сменим тело и рванём куда-нибудь на материк. Где тут живут привычного нам цвета люди?

— Не знаю. У меня нет карт этого мира. Нас сюда Скво забрасывала.

— Ладно, тогда опять немного поплаваем на батискафе, а потом уже на флаере узнаем, где что.

Сделав запас крови эльфа, Лир достал свою родную кровь, потом, подумав, добавил в неё процент эльфийской и активировал артефакт генной репликации. Через час он осматривал своё новое тело с более симпатичными чертами лица.

— Женская погибель. — прокомментировал Бродяга.

— Надо восстанавливать умение работы с клинком, а то с такой мордашкой не исключены дуэли.

— Джо всегда составит тебе компанию.

— Тогда на тебе кухня, а мы с Джо потренируемся.

******

Шторм бушевал ещё три дня. К счастью море не вынесло ни каких разбитых посуден к атоллу и Лиру ничего не мешало восстанавливать свои навыки в владении клинком, метании ножей и рукопашном бое. Да, сейчас его тело может пострадать только при условии прямого попадания ядра, но этот вариант тоже из ряда фантастики, но тем не менее он должен свои будущие победы успешно маскировать, чтоб у окружающих не возникало лишних вопросов. А ещё он создал себе артефакт глубоководного скафандра, чтоб можно было выдать себя за успешного ныряльщика. А ещё остро вставал вопрос языковой адаптации. По этому снова за работу и наложить полученный конструкт на неприметное тонкое серебренное кольцо.

******

Ближайший материк оказался в десяти днях плавания. За это время в пространственный карман были загружены четыре очень древних судна, которые Бродяга мог перезахоронить в прибрежных водах нового местообитания, а месяц спустя после очередного шторма на берег близ рыбацкой деревушки Песчаная море выбросило усталого молодого парня, привязанного одной рукой к обломку мачты. Парень был хоть и измучен борьбой за жизнь, но желающим обобрать его мальчишкам сумел намылить шеи. Впрочем, вещей у него с собой особо не было. Штаны, сшитые из парусины, кожаный ремень с медной пряжкой и отличный боевой кинжал в ножнах на ремне. Именно приведением его в порядок сразу и занялся выброшенный морем. Только после этого он подошёл к впадающему в море ручью и напился воды, спокойно взирая на собирающуюся недалеко толпу рыбаков, вооружённых дубинами, верёвками, топорами.

С четверть часа Лир «набирался сил», прежде чем набравшиеся храбрости мужики выдвинули в его сторону делегата.

— Ты чей будешь, человече?

— Свой собственный, а в чём вопрос?

— Что ждать от тебя? Юнцы говорят, дерёшься.

— Так обобрать меня хотели, вот и получили по загривкам.

— Имя-то у тебя есть?

— Наверное есть, только вспомнить надо.

— И откуда, ты тоже не помнишь?

— Помню, что к потопшим кораблям нырял, а остальное не всплывает.

— Ты тут останешься или в город подашься?

— Да рано пока куда идти, надо осмотреться, себя вспомнить.

— Задаром кормить тебя никто не станет. Работать будешь или что продать имеешь?

— Продать? — Лир сделал вид, что задумался, а потом похлопал себя по боками и, достав кинжал, отпорол со штанов заплатку. В ладони блеснула мелкая серебряная монета.

— Думаю, на неделю этого хватит, а там море подарит.

— С постоем это только дня на три.

— В шалаше поживу, пока тепла хватает. Главное, чтоб вы чего дурного не удумали, тогда и вам от меня беды ждать не придётся.

— Что ж, строй шалаш, а я пришлю к тебе бабу, что готовить для тебя станет. Но если честно с ней не рассчитаешься, то не серчай, а бока мы тебе намнём.

— Договорились.

Развернувшись, Лир направился к ближайшему лесу и, поизучав окрестности, выбрал место для шалаша.

******

Кинжал оружие боевое и для хозяйственных работ подходит мало, но он же мог указать на статус человека.

Пару часов он срезал молодые деревца, выкапывал корни, срезал ветви с поваленных штормом крупных деревьев. Строительство было в разгаре, когда к его жилищу приблизилась женщина с сыном.

— Меня староста прислал, сказал, что кормить буду, а ты серебром заплатишь.

— Верно всё. Вот серебро, а у тебя что?

— Суп рыбный с овощами, лепешки из ячменя, рыба вяленная с солью.

— Неплохо. Во сколько дней рассчитываешь покрыть стоимость?

— Если дважды в день кормить, то четыре дня. Мелковата монетка.

— Ладно, четыре так четыре, а там видно будет.

— Тогда садись, поешь, да я назад пойду.

— Звать-то тебя как?

— Ора я, а это Рилл, мой сын, он и будет прибегать с едой.

— Тогда держи сразу расчёт. Не думаю, что ты беду приманить захочешь.

— Не думай дурно, с утра и ближе к закату еда будет.

— Хорошо, Ора. Я за пару дней сил наберусь и гляну, чем тут море богато, глядишь и задержусь, коль щедро оно будет.

— Было бы шибко щедро, так жили бы богаче.

— А так не слышно ль было, не топли ли тут корабли поблизости?

— Топнуть-то топли, да глубоко лежат.

— А где?

— Да где-то рядом. Бабушка моя сказывала, что сходились напротив деревни в давние времена вёсельные иразы.(Ираз — вёсельно-парусное судно. Слово произошло от команды для гребцов — и раз).

Выхлебав приготовленную еду, Лир закусил её лепёшкой и оставил вторую вместе с сушёной рыбой на поздний перекус. Солнце уже садилось за кромку леса, так что рассчитывать, что женщина сегодня ещё чего принесёт. было бы глупо. Проводив уходящую женщину с сыном, он ударными темпами достроил шалаш и, активировав внутри артефакт палатки, завалился спать.

******

— Лир, просыпайся, у тебя гости. — прошептал Бродяга.

— Кто, сколько?

— Парни молодые, крепкие, шестеро.

— Выдёргивай меня им за спины. Посмотрю, что удумали.

******

Срезанный диск луны давал слишком мало света, поэтому Шолт не сразу понял, отчего раздался треск сломанной сухой ветки на песке. Хотя, что тут непонятного, чужак строил шалаш и не сильно заботился о мелких ветках. Жаль, конечно, ведь хотелось взять его врасплох и отнять такой притягательный и красивый кинжал. Кто знает, может у него ещё серебро в заплатках штанов есть… Додумать мысль не вышло, поскольку за пару шагов до шалаша он получил удар в затылок и очнулся только на рассвете, со связанными за спиной руками и спутанными собственными штанами ногами. Впрочем, он был не один, а в компании всё тех же парней, с которыми решили, что можно попробовать разжиться добром чужака. Чужак же безмятежно стоял со старостой и просто продавал их.

— Стэнн, я понимаю, что это молодые балбесы, но человеку с проломленной головой без разницы, кто его лишил жизни, профессор или безусый дурачок. Я и не прошу у вас много, мне нужен плот и верёвка в десять саженей, для якорного камня. Я её потом даже выкуплю, но сейчас они вернутся домой только в обмен на это. Не я начал с вами воевать, и даже если их просто приколю, то буду в своём праве. Вы, конечно, можете толпой на меня напасть, но для удара кинжалом много времени не надо. В воде вы меня не возьмёте, и в результате твоего упрямства мужиков в деревне резко поубавится, а оно вам надо?

— Ладно, твоя взяла, но не думай, что теперь тебе тут рады.