Мой выбор (СИ) - Стааль Дарья - Страница 40

– Ничего, – пожал плечами маг. – Я понимаю. Сейчас я понимаю лучше, чем когда-либо.

– Спасибо, – улыбнулась я, рассматривая мага.

Мы стояли посреди двора, он крепко держал меня и тоже рассматривал, будто видел впервые и, мне даже начало казаться, будто он склонялся все ближе и ближе. Все-таки красивый мужчина. Сильный, волевой. Зачем он здесь?

– Вальтер… – тихо прошептала я, боясь и страстно желая нарушить это хрупкое равновесие в своей душе и в общении.

– Да? – низкий, чуть хрипловатый голос.

– Зачем ты пришел на отбор? – спросила я и затаила дыхание.

Вальтер моргнул, словно отгоняя наваждение, и чуть улыбнулся.

– Так получилось. – короткий ответ.

А затем меня поцеловали в лобик, как маленькую девочку и сообщили:

– Идем в дом. Пора собираться обратно к твоим нахлебникам-министрам.

Я прижалась к его груди и вздохнула. Интересно, мог бы Кирион раскопать детали? Нет, не так. Интересно, мне действительно нужно это знать? Вальтер оре-Марлоу сегодня заставил меня испытать то, чего у меня никогда не было.

Чувства защищенности и покоя.

Глава 33

– Я смотрю, фаворит определен? – спросил Даян, наблюдая, как я рассматриваю заочный протокол Королевского сената.

– А? – я подняла на близнеца глаза и долго пыталась собрать их в кучу после мелкого шрифта.

Королевства поменьше, как обычно, просили вольностей побольше, а королевства побольше просили побольше влияния. И все они вместе старательно пытались разорвать мой страну на мелкие кусочки если не территориально, то хотя бы экономически. При этом каждая сволочь бежала брехать на соседа и пытаться урвать кусочек повкуснее для себя. И хоть бы кто-нибудь работал на развитие своего региона! Нет, все бежали во дворец поклянчить что-нибудь для себя. Некоторым даже особенно и не нужно было, но если не клянчишь, значит, подозрительно хорошо живешь. А хорошо живущих соседей никто не любит.

– Фаворит, Демира. Похоже, тебе приглянулся один боевой маг? – Кирион спросил это таким невинным тоном, что в случае положительного ответа, беднягу Вальтера начнут выворачивать наизнанку уже сейчас.

И, наверное, его и правда стоило потрясти, ведь было в его ответе что-то царапающее, но я с удивлением осознала, что мне до жути не хочется давать братьям повода влезать в мою личную жизнь на этом этапе.

Рано.

– Демира? – Даян аж подпрыгнул на кресле от любопытства.

– Ты про Рейнарда или про Вальтера? – спросила я, склонив голову на бок.

– Про Вальтера, конечно, – фыркнул близнец. И прищурился: – А что, это Рейнард?

– Матушка руда… – я демонстративно закатила глаза. – Прекратите страдать дурью.

– Ну интересно же! – возмутился Даян.

Кирион, надо отдать ему должное, молчал и только хитро улыбался.

– Так. – строго сказала я, когда Даян в очередной раз завел эту тему. – Я вчера выспалась и хорошо отдохнула, а потому полна сил и ненависти к окружающим. Даян, мне нужен отчет по финансам нашего сельского хозяйства.

– Когда? – безмятежно спросил близнец.

– Сейчас.

– Ты издеваешься? – возмутился Даян.

– Я вполне серьезна. Но ты можешь продолжать канючить, если он у тебя уже готов.

Близнец серьито зыркнул на меня и удалился, тихо бухча что-то про женщин и их особенные дни. И был совершенно неправ, между прочим.

– Мне тоже притащить тебе какой-нибудь отчетик? – усмехнулся старший брат.

– Нет, – я покачала головой. – Но есть вопрос, в котором мне нужны твои компетенции.

– Я весь внимание.

Мне потребовалась минута, чтобы пропутешествовать от мысли «вытрясти всю подноготную про оре-Марлоу» до «к демонам подноготную, надо хватать, как есть» и обратно, и я в конце концов сказала:

– Я говорила с оре-Марлоу. Он был в отряде, сопровождавшим посла к тому роду кочевников, что изъявили желание заключить с намисоюз.

– Я в курсе.

– И знаешь, что он бился с их вождем?

Кирион лишь молча кивнул.

– А может еще знаешь, как обычный кочевник так быстро приобрел невероятную силу?

– Знаю, что бой был нетипично сложным.

– Ты говорил с оре-Марлоу лично?

– Нет. Читал отчеты.

– Тогда вот тебе пища для размышлений. Вальтер сказал, что было ощущение, будто об бьется с архимагом без болевого порога. Как такое возможно?

Кирион нахмурился и замолчал, задумчиво барабаня пальцами по подлокотнику.

– Ну что молчишь? Я бы наших рядовых солдат также зарядила. Представь, регулярная сотня невероятно-сильных бойцов. Их бы хватило, чтобы всем тут заткнуть рты, – я потрясла протоколом для пущей убедительности.

– Я проработаю вопрос, – спокойно сказал Кирион и молча вышел из моего кабинета.

Прости, Вальтер, но лучше ты пообщаешься с братом на действительно важную тему, или тот сам начнет ковыряться в твоем грязном бельишке раньше времени. А я пока не решила, чьи труселя хочу демонстрировать общественности.

Выгнав обоих любопытных родственников я, наконец, вздохнула и снова погрузилась в заочный протокол, пытаясь вникнуть в суть очередной эпохальной проблемы какого-то крошечного королевства, что легко было закрыть пальцем на карте известных земель моего мира.

Но мои канцелярские страдания были нарушены вежливым стуком в дверь. Створка отворилась и в образовавшуюся щель просунулась голова Абигейл.

– Ваше Высочество! Испытание же, вы почему еще не готовы?

Вообще, между испытаниями должно была быть пару дней перерыва, но я вчера отдохнула и была омерзительно бодра. Это уже прочувствовали братья, а также недавно толпившиеся у дверей моего кабинета мастера пера и бумаги. Когда утром я выдернула из очереди наобум парочку министров и устроила им прямо в коридоре перекрестный допрос с пристрастьем, неудобными вопросами и требованиями отчетов, заверенных казначейством, остальная очередь как-то испарилась сама собой. Даже закралась мысль, устраивать такие показательные порки ежедневно, но потом Даян сказал, что эти хапуги разбегутся от такого сурового обращения, а искать сразу всех новых министров долго и дорого.

– Ваше Высочество, – с укором сказала Абигейл, осматривая мой бодрый, но совершенно безобразный внешний вид.

Я покосилась на зеркало и вздохнула.

– Ладно. Так и быть. Пойдем сделаем из меня красотку.

– Ваше Величество! – фыркнула фрейлина.

Делали мы из меня красотку сегодня как-то особенно долго. Мне все не нравилось, я перебирала тряпки раз за разом, в конце концов, устроив в гардеробной откровенный бардак. Абигейл терпеливо и с пониманием относилась к моим метаниям, я нервничала и злилась, что время тратится на какую-то ерунду, а стоило бы заняться работой. В общем, решив, что надо соответствовать хотя бы теме конкурса, я выбрала самое строгое платье из всех имеющихся. Из тяжелого изумрудного бархата, с воротником стоечкой, лифом без какой-либо украшений, рукавами в три четверти оно походило на траурное, если бы не цвет.

Абигейл забрала волосы на затылке в тугой простой узел и заколола единственным украшением – гребнем из червленого серебра.

– Ну как? – спросила я, рассматривая свое отражение, у вошедшей в комнату Николь.

– Мрачноватенько, – прокомментировала девушка, которая сама была одета в остромодной платье в широкую полоску.

– И это хорошо, – удовлетворенно кивнула я.

Женихи ждали меня в зале для малых приемов, который сейчас больше походил на ученический кабинет. Девять парт по числе оставшихся претендентов были расставлены три на три по всему периметру. Мне приволокли пафосное кресло-трон, но сидеть я на нем не собиралась.

Мужчины встали при моем появлении, я же прошла меж рядов и, развернувшись к залу, окинула присутствующих внимательным взглядом.

– Ее Высочество Демира оре-Титалл рада приветствовать вас на третьем состязании за ее руку и сердце.

Трон и юбку, – мрачно подумала я и взяла слово.

– Наверняка все вы читали статью про детские фермы, выпущенную газетой Железный вестник. Несмотря на то, что это королевская газета, я сама лично дала указание выпустить статью без купюр. Я считаю, что жестокое обращение с детьми, это не мелкое воровство из бюджета, и его нельзя замалчивать, а причастных жестоко наказывать. Кто не в курсе – все причастные к найденным детским фермам были привлечены к ответственности самым жестоким образом.