Маг из Ассурина (СИ) - Кирсанова Татьяна - Страница 54

— А ты ничуть не подурнела, пожалуй, даже наоборот. Но все равно я не понимаю — почему он на тебе женился. Мало ли на свете красивых сисек.

Медея замерла в ужасе, пытаясь прикрыться руками.

— Как ты думаешь, что сделает твой муж, если узнает, что я тебя отымел? И неважно, получил я при этом твое согласие или нет. Неверных жен принято убивать. Впрочем, Вальд не сможет так поступить. Он просто будет жить с осознанием, что ты была моей. А может тебе со мной больше понравится? Каждый раз во время близости с мужем ты будешь вспоминать меня, а он при этом услышит все твои мысли.

— Ты похож на тухлого окуня, Коракс, — срывающимся голосом выкрикнула Медея, — если еще раз приблизишься — меня стошнит.

И тут комнату огласил детский плач. Эйлин проснулась, села на кровати и, почувствовав испуг матери, разрыдалась во весь голос. Коракс сморщился и уставился на девочку мутным взглядом.

— Я сейчас тоже заору, — добавила Медея, заметив его реакцию. — Твоя жена наверняка услышит.

Коракс выругался и вышел из комнаты, бросив напоследок:

— Не сейчас, так позже.

Ничего не соображая, он дошел до своей спальни, рухнул в одежде на кровать и тут же вырубился.

Проснулся Коракс в совершенно жутком состоянии, голова болела так, словно вчера он пытался протаранить ей городские ворота. Темный встал и нетвердым шагом двинулся по дому. Пейри в гостиной, возилась на ковре с дочерью. Рядом сидел сын и старательно играл на флейте. Пейри подняла взгляд на мужа. В глазах застыла печаль и обида. Тем не менее она тут же направила на него светлый поток. Лучше бы она высказала ему всё!

Коракс выругался и вышел из дома, громко хлопнув дверью.

На улице он на секунду замер в размышлениях — куда податься дальше, и вдруг он вспомнил — сегодня казнят Ариса.

Ноги сами понесли Коракса на площадь.

На месте казни уже собралась толпа, тут были и молодые, и старики, и даже женщины с детьми на руках. Народ тревожно гудел. Посреди площади торчал кол. Хоть наместник и часто устраивал расправы над чиновниками, но столь жестокая казнь была редким зрелищем. Цебер с невестой и его свитой уже сидели на помосте, который расположился в южной части площади и был оцеплен охранниками. Наместник не отрывал глаза от орудия казни, а Ариселла уткнулась лицом в кота. Кажется, Цебер что-то прошептал ей, она подняла голову и начала говорить, эмоционально жестикулируя. Лицо Цебера краснело. «Ох, девочка не поняла, с кем связалась», — мелькнуло в голове у Коракса.

Он встал на краю площади.

И тут привели Ариса. Старый маг был очень бледный и худой, но тем не менее держался с необычайным достоинством.

Головная боль усилилась до предела. «Нет, старик не заслужил такой смерти! И шел бы к хору этот эраламский ублюдок, я не позволю так его убить».

Коракс действовал, спонтанно. "Я так давно мечтал тебя убить. Помяни меня в светлых мирах, старик", — сказал он Арису на мыслеречи. Приговоренный встретился с ним глазами и в этот миг тонкий темный луч сорвался с руки Коракса и поразил Ариса в сердце. Тот тут же рухнул. Смерть была мгновенной. Через секунду Коракс поймал на себе взгляд Рубентия. Его засекли. Какой же он дурак!

Маг бросился в ближайшую улицу. Но куда бежать?! В порту его наверняка попробуют перехватить. Надо сказать, что бегать темный давно отвык. Переулок, поворот, еще один. Сердце бешено стучало, а грудь словно свело железным обручем. Долго он не продержится. Ни одной гениальной идеи в похмельную голову не приходило. Наконец он поскользнулся на мусоре и растянулся на мостовой. Встал, почувствовал, что Рубентий уже рядом, хотел было бежать дальше. Но его взгляд уперся в знакомую дверь. Надо попробовать проскочить через внутренний дворик таверны, в которой Коракс знал все ходы и выходы. Быть может, ему удаться оторваться от преследователей? Он набросил на себя отводящий взгляд полог, влетел в зал, подергал нужную ему дверь, но она оказалась заперта. Использовать магию — значило себя выдать. И тут Коракс почувствовал совсем рядом светлого мага. Ну конечно! Ведь вчера вечером он оставил в этом заведении Дема.

Коракс ворвался в комнату, куда отволокли накануне пьяного аристократа. Это помещение использовали для постельных утех. В центре стояла огромная кровать, на которой лицом вниз посапывал Дем. На небольшой столик рядом с кроватью кто-то услужливо поставил кувшин с водой.

Коракс, недолго думая, вылил на молодого человека содержимое кувшина. Тот очнулся и резко сел на ложе.

— Сейчас тут будет Рубентий, ты должен меня скрыть. Ставь светлый щит, — сказал Коракс, лег и создал иллюзию.

Теперь казалось, что на кровати ничего нет, кроме смятого покрывала. Дем окружил их светлым пологом. Спустя секунду, в комнату ворвался Рубентий со стражами.

— Коракс тут был?

— Да! — честно глядя в глаза темному ответил Дем. — Ушел, — продолжил он, кивая в сторону открытого окна.

Рубентий выругался и скрылся в окне, а за ним и остальные.

Не веря, своей удаче, Коракс сел на кровати, вытер пот со лба, посмотрел на распухшее лицо Дема и расхохотался.

— Ну вот теперь ты похож на нормального человека, а то вечно бесил своей надменной рожей.

— Ну и гад же ты, Коракс. Не зря Арис тебя не любил…Сегодня же день казни! — Дем схватился за голову, а потом медленно повернулся в сторону темного, — Это ты нарочно меня вчера напоил?

— Да. Арис уже мертв. Я убил его темным лучем в сердце. Это намного лучше, чем если он мучился на колу незнамо сколько. Только я теперь вне закона. Нам надо уходить отсюда.

Дем и Коракс под прикрытием ментального щита вышли в зал.

— Возьми кувшин вина, пару лепешек, — сказал темный.

Дем забрал заказ, и они вышли за порог таверны.

— Прощай, Дем, — сказал Коракс, — спасибо тебе за помощь. Надеюсь, что ты вскоре свалишь из этого забытого Создателем города.

— Ты сейчас куда? — спросил светлый.

— Лучше тебе этого не знать.

Едва он произнес эти слова, как из-за угла вышел Рубентий с охраной. Глазами Коракса заметить было нельзя. Только вот его темная аура ощущалась весьма конкретно.

— Дем, щит, — крикнул он.

Коракс и Рубентий сформировали темный заряд одновременно и кинули друг в друга. Рубентий пробил светлый щит, который успел-таки поставить Дем, но при этом рухнул со сквозной дырой в голове. Охранники замерли, пораженные увиденным. Некоторые бросились прочь. Коракс согнулся, постанывая от боли. Дем направил в него светлый поток. Через несколько секунд он пришел в себя, и сформировал еще один темный заряд. Оставшиеся стражи бросились врассыпную.

— Бежим к скалам, — бросил он Дему, и они побежали.

***

Пейри смотрела на играющую в саду дочь. Казалось, всё было как обычно. Но в её душе поселилась тревога. Она ужасно беспокоилась за мужа. Последние дни он совсем не бывал дома, приходит поздно вечером пьяный. Она старалась изо всех сил сделать вид, что всё хорошо, но его это только злило. Она хотела было найти слугу и попросить его отнести мужу письмо с просьбой прийти пораньше. Но вдруг увидела бегущего на поляну сына.

— Мама! К нам пришли какие-то люди.

«Свершилось!», — мелькнуло у неё в голове.

— Быстро к тоннелю, — крикнула она, подхватила заранее подготовленную сумку, дочь и ринулась к двери, за которой сидела Медея.

— В дом ворвались люди наместника. Мы уходим, — сказала она, входя в комнату.

Медея сидела на ложе и пыталась скрепить обрывки туники, она подняла взгляд на Пейри и презрительно кинула:

— Вот и хорошо! Наконец-то меня найдут и освободят!

Но Пейри, уставилась на порванную тунику. Перед глазами вновь промелькнули картины, как на корабль её отца напали, как убивали слуг и насиловали её служанок. Она осталась цела лишь потому, что светлую магиану девственницу сочли ну очень ценным товаром. На неё надели браслет и бросили в трюм. Казалось, что она провела там вечность. Но однажды корабль, на котором её везли, захватили, и она увидела своего будущего мужа. Почему-то посмотрев в его глаза, она в первую же секунду решила, что он очень хороший, самый лучший человек на земле. Она думала так много лет, пока несколько дней назад не узнала правду. Пейри просто не хотела верить своим глазам.