Контора - Алейников Дмитрий Александрович - Страница 57

Сейчас главное — начать, запустить машину по получению денег из денег. А потом уж можно изобретать, совершенствовать, разрабатывать, хватая с общего стола все более жирные куски.

С магазином пришлось расстаться. Может быть, сжигать все мосты — не самый разумный ход, но даже самый примитивный расчет позволял понять две вещи: вложить эти деньги в новый бизнес много выгоднее, а в случае фиаско магазинчик не спасет буйну голову Петра Владимировича. К тому же на магазин не должно было остаться ни минуты времени, а перепоручать все управляющему Челышев считал неразумным.

Челышев знал, что деньги — великая сила, но иллюзий не строил: поработать придется до седьмого пота. Чтобы потом сделаться начальником и общаться с миром через секретарш, придется пролезть самому во все щели и пыльные углы, все проверить и приготовить. Так было и с магазином: в первый год Петр Владимирович и товар принимал, и за прилавком стоял, и даже помогал с разгрузкой.

Кому-то из папенькиных сынков, родившихся даже не в сорочке, а в шелковой рубашке со стоечкой, такой путь не понравится, господа отроки скривят неприязненно губы: фи, копаться в этом дерьме! Может, так оно и должно быть среди «белых» людей, да только к русским людям это не относится. Как известно, русский торговый люд поднялся вовсе не от родовитых бояр, но из черни, из крестьян, порой даже из беглых. И что? Еще как поднялся, переплюнув и немцев, и гешпанцев, и всех прочих учителей, рассчитывавших поживиться на российский счет. А вот сегодня-то, когда заправляют всем новые бояре да их чада, сызмальства не маравшие рук работой, словно китайские мандарины, великая держава сильно пошла на убыль, ослабла, захирела, усохла в границах...

Короче говоря, Челышев засучил рукава.

Он появлялся в офисе засветло и уезжал оттуда затемно, он руководил и контролировал все, на что только хватало рук и растянутых им самим суток.

Когда в первые две недели, несмотря на данную во всех изданиях рекламу, число посетителей оказалось ниже всяких расчетов, Петр Владимирович не растерялся и даже не удивился. Он мысленно готовил себя к подобным подводным камням. Неожиданностей и парадоксов, говорил он себе, будет предостаточно. А что касается этого первого камня, так тут и парадокса никакого нет. Достаточно открыть любой журнал: черно-белое объявление «Кумпанство Челышева» выглядело робкой тенью рядом с двухсторонней цветной вклейкой той же «Конторы» или размещенной прямо на обложке рекламой «Негоцианта». Конечно, эффект предсказуем, но такая реклама стоит бешеных денег, пойди Челышев таким путем, весь его кредит вылетит в трубу подобного рекламного бюджета.

Но Челышев не собирался сидеть на месте и ждать, пока ветер переменится и начнет заносить к нему покупателей. Он отправился к ним сам. Именно так — подготовил пачку прайс-листов, коммерческие предложения, заготовил себе роскошные визитки, побрился и поехал. Он не ездил, конечно, по всем магазинам подряд, но предпочитал встречаться с владельцами крупных торговых центров и гастрономов, совладельцами торговых сетей и торговых холдингов. Помогали кое-какие связи, появившиеся за время работы в торговле: не бог весть что, но, потянув за некоторые ниточки, удавалось добраться до весьма солидных «клубков».

Челышева слушали с интересом. Цены и условия, которые он предлагал, выглядели весьма привлекательно. Облаченные в челышевское красноречие, эти предложения блистали, как сапфиры в дорогой оправе. Петр Владимирович не жадничал и не скупился на обещания. На данном этапе было важно привлечь клиента любой ценой, любыми средствами.

Позже, когда за первой волной пойдет вторая, третья, можно будет и скидки поубавить, и за доставку деньги брать, и сервис наладить. Все можно будет.

Выезды Челышева начали приносить плоды на удивление быстро, уже в конце первого месяца. Общего положения это не спасло, но, отчитываясь перед своим единственным акционером, Петр Владимирович с чистой совестью вычертил диаграмму роста прибыли, выгнутую вверх, как турецкая сабля. Акционер не выразил недовольства и даже снизил процент на следующий месяц.

Но с первыми успехами в деле охмурения крупных клиентов вынырнул второй подводный камень, на сей раз побольше, пострашнее.

Дело в том, что буквально первый же клиент, сподобившийся не только выслушать Петра Владимировича на своей территории, но и заехать лично в офис «Кумпанства», осчастливил фирму довольно крупным заказом. Едва подписав договор поставки, этот самый клиент не преминул заметить, что последние три года являлся постоянным клиентом «Негоцианта». Сказано это было к тому, что скидки, предложенные Челышевым, сыграли решающую роль, и если в дальнейшем цена пойдет вверх, то господин клиент вернется к своим прежним поставщикам. Подобный комплимент несказанно расстроил Петра Владимировича. Почему? Так ведь выходило, что он только что перехватил клиента у крупной фирмы. Как поступят хозяева «Негоцианта», когда узнают, что новоявленный конкурент лишил их части дохода?

Разумеется, все крупные клиенты до создания «Кумпанства Челышева» работали с кем-то другим, и для того, чтобы заполучить их в свои сети, придется кому-то перебежать дорогу. Это Петр Владимирович понимал прекрасно. Он знал, что рано или поздно начнется подобный передел в его пользу. Как же иначе? Но, услышав собственными ушами о том, что лакомый кусок уже выхвачен им из-под носа у другого хищника, Петр Челышев приуныл. Понятное дело! Ведь когда человек впервые лезет на вышку, чтобы сигануть с нее в любимый бассейн, он теоретически представляет себе, что лететь придется долго, а взгляд вниз с верхней площадки не добавит приятных эмоций. Но одно дело знать об этом на земле, а другое дело — подойти к краю доски и увидеть далеко внизу маленький, не больше карманного календарика, прямоугольник бассейна. Редко кто может похвастаться, что не ощутил легкой дрожи в коленях. А те, кто хвастает, — конченые трепачи.

Челышев еще не успел свыкнуться с мыслью, что стал поперек горла одному конкуренту, как выяснилось, что под его знамена перебежали сразу несколько постоянных клиентов «Конторы». Никто не удивлялся этому, не звонил, не угрожал и не требовал прекратить разбой. Возможно, конкуренты еще не хватились потерь. Но Петр Владимирович решил, что не стоит пускать дело на самотек. Он договорился о встрече с тестем и поделился с ним своими тревогами.

Встреча была назначена в небольшом ресторанчике, неподалеку от офиса Виктора Степановича. Тесть молча выслушал Челышева, методично пережевывая мясо по-венециански.

— Спасибо тебе, Петро, за ужин, но зря ты меня вытащил, — сообщил тесть, отпивая вино. — Ты невнимательно меня слушал. Все под контролем. Твоя задача — работать, крутить доверенные тебе деньги. Если встанет вопрос о наездах, разборах, переделах — это не твой вопрос. Все эти проблемы — мои. Все подобные проблемы. Понимаешь? Любые. За тобой только налоги и сертификаты. Причем только до того невидимого порога, пока какой-нибудь буквоед не упрется рогом в грунт. Тогда — тоже к нам.

— Но все-таки... — Челышев с сомнением покачал головой.

— Что такое?

— Ну, я хочу сказать... Ведь суммы могут стать очень большими...

— И хорошо, — сухо отрезал тесть. — Все, хватит об этом. Если больше вопросов нет, то я поехал. Счастливо!

Челышев остался один на один со своими мыслями. Он представлял себя стоящим на капитанском мостике и наблюдающим за тем, как его судно летит к двум огромным рифам, поднявшимся из океанских глубин: к «Негоцианту» и «Конторе». Может, удастся проскочить между ними, а может, и нет.

Адмиралу, рисующему линии на плоской карте, легко говорить, что «все под контролем», а каково капитану наблюдать торчащие по бокам этой линии скалы? Все под контролем. И Челышеву оставалось только уповать на то, что его адмирал и впрямь все учел и рассчитал, а более всего надеяться на чудо, которое поможет миновать мрачные рифы. Чудо вроде того, что описывал в своих романах старина Жюль Верн. Любил он рассказывать о всяких фокусах с выплеснутым на воду жиром, который успокаивал волны и позволял судну проскочить в безопасную гавань. Полезные фокусы. Жаль, во времена великого фантазера не слыхали о «крышах» и «наездах», — сейчас мудрый совет Челышеву не повредил бы.