В чужом клане (СИ) - Веден - Страница 26

Из сумрака пещеры появилось еще трое Безлицых. Эти, к счастью, вели себя нормально — не пытались ни смотреть на меня с удивлением, ни заговаривать. Едва я закончил их убивать — ни у кого из них доспехи не были зачарованы, так что сложностей не возникло, — как увидел дальше еще с полудюжины. Вот упал первый из них, второй…

— Рейн, этих возьми живыми! — донесся до меня голос Хеймеса.

Что? Он же сам сказал, пленных не брать.

— Живыми и непокалеченными!

Вот же иштаво семя! Заранее не мог решить, что именно ему нужно? Тоже мне глава клана!

Не убивать, кстати, оказалось намного сложнее, чем убивать.

Пленных было четверо. Я некоторое время понаблюдал за тем, как Хеймес накладывает на них все новые слои заклинаний, превращая Безлицых в неподвижные коконы, и отошел туда, где собрались стражники. Среди них, кстати, не оказалось ни убитых, ни даже серьезно раненых. Так, несколько побитых и оцарапанных, да и то не от оружия Безлицых, а от неудачного столкновения с полом или стенами пещеры.

Когда я упомянул об этом ближайшему стражнику, тот уставился на меня удивленно.

— Конечно! У нас же амулеты! — А когда я продолжил смотреть недоумевающе, вытащил из-за пазухи такой же, как у меня, клык неизвестного зверя на металлической цепочке. — Вот! Защита!

…И Хеймес ведь ни словом не обмолвился, что данный мне амулет способен на большее, чем провести через барьер. Не счел нужным? Полагал, что я узнаю о работе амулетов от парней из отряда? Или просто забыл?

В замок мы вернулись уже во второй половине следующего дня. Заночевали в ближайшей деревушке и назад ехали легкой рысью — Хеймес не торопился. Похоже, возвращаться к продолжению допросов ему не особо хотелось.

У Холодного Дома, куда мы отвезли пленных, обнаружилась Амана. Поприветствовала брата, улыбнулась мне и скользнула равнодушным взглядом по зачарованным телам Безлицых, сложенных на телеге, позаимствованной в деревне. Значит, знала, что пленные будут.

— У меня тоже сегодня улов — трое, — сказала, обращаясь к Хеймесу. — Пытались прорваться этой ночью, думали, что без тебя купол ослабнет. Причем самые старые доверенные слуги. Наверное, я чего-то не понимаю в этой жизни.

Тот только вздохнул. Похоже, ждал подобного, когда отправлялся «развеяться».

Амана, Хеймес и стражники, потащившие тела пленников, исчезли в Холодном доме, а мои мысли вновь вернулись к словам убитого Безлицего — правда, лишь на несколько мгновений. Я не собирался впустую тратить время и силы на то, что пока все равно не понимал.

Значит, следовало понять.

Кастиан, конечно же, был в архиве. Как и вчера, и позавчера, и практически каждый день с тех пор, как мы приехали в земли аль-Ифрит.

— Хорошо поохотились? — спросил он, не отрывая взгляда от диаграммы, которую аккуратно вычерчивал. Я заглянул ему через плечо — в диаграмме было что-то про декадные изменения численности населения, пропорции сильных, средних и слабых магов за последние триста лет и сокращение размера Империи в квадратных милях.

— Хорошо, — я поставил на стол стопку книг, выданных мне старым архивистом.

— По тону не похоже, — Кастиан наконец поднял голову от записей. — И по лицу тоже. Что стряслось?

Опять меня подвело неумение скрывать эмоции!

…Пресветлая Хейма, но как же мне вдруг захотелось сказать правду. Хотя бы однажды поделиться тем, что тяготило…

Ага, поделиться, и оказаться в Холодном Доме, в компании оглушенных мною Безлицых?

— Пытаюсь понять один поступок Хеймеса, — после секундной паузы сказал я.

— Да? Что он такого сделал?

Последовавший рассказ о том, как глава клана отчего-то забыл упомянуть о действии амулета и о том, как резко он поменял решение не брать пленных, Кастиан выслушал в молчании. А когда я упомянул, что Амана виду зачарованных Безлицых совсем не удивилась, кивнул с таким видом, будто этого и ожидал.

— Хеймес проверял тебя на «кровавую слепоту», — сказал он.

— Что это?

— Одержимость желанием убивать. Врожденная черта некоторых потомков демонов, проявляется на поле боя после того, как прольется первая кровь. Они не могут остановиться, не различают своих и чужих, не выполняют приказы командиров. На севере таких людей называют берсерками — не слышал?

Я мотнул головой.

— Нет. А амулет тут при чем?

— Знай ты, что находишься в безопасности, «слепота» могла бы не пробудиться.

— Если бы эта самая «слепота» у меня обнаружилась, что тогда?

Кастиан пожал плечами.

— Как минимум, стало бы понятно, что в бою ты опасен не только для врагов.

— А как максимум?

— Спроси у Хеймеса, я мысли читать не умею.

Но что-то мне подсказывало, что идеи у Кастиана были, и, судя по его нежеланию на эту тему распространяться, вряд ли приятные.

Значит, предложение Хеймеса «развеяться» было лишь проверкой. Возможно, одной из многих. Не исключено, что остальные я просто не заметил, но, раз до сих пор был на свободе и пользовался всеми привилегиями благородного гостя, то их благополучно прошел.

Ну да ладно. Сейчас меня больше занимала другая проблема.

— Сегодня ты набрал книги не про демонов, — между тем с некоторым удивлением заметил Кастиан. — Зачем тебе столько всего о Безлицых?

— Хочу понять, что они такое. А то убил вчера целую дюжину, а почти ничего о них не знаю, — я и сам понимал, что в качестве причины мое объяснение звучало так себе, но ничего другого пока не придумалось.

По лицу Кастиана скользнула непонятная тень, и на мои слова он как-то слишком резко кивнул.

— Раз дюжину, тогда конечно.

— Что-то не так? — я уже начал открывать первую книгу, но остановился.

— Ты убил вчера двенадцать человек, а в остальном все так.

— Двенадцать Безлицых, — уточнил я.

— Но они были людьми.

— И что? — поведение Кастиана меня начало смущать. Он вел себя так, будто ждал от меня каких-то особых слов или реакций, а я понять не мог, каких именно и почему.

— Тебе все равно, кого убивать, людей или монстров?

— Ну, не совсем, — я пожал плечами. — Людей куда проще. Они двигаются медленнее и в целом слабее — если не маги, конечно. А от монстров никогда не знаешь, чего ждать.

Наступила долгая пауза. Я не выдержал первым.

— Кастиан, да в чем дело?

Он закрыл ладонями глаза и некоторое время сидел так. Потом убрал руки и тяжело вздохнул.

— Учителя часто ругали меня за то, что сужу других людей по себе. Вот и с тобой я опять попал в ту же ловушку. Забудь.

— Хм-м, — до меня, кажется, начало доходить. Вспомнилось, что, когда мы обсуждали, как поступить с обитателями Корневой Башни, Кастиан единственный высказался за сохранение им жизни. И сейчас вот такая реакция на мои слова. — Тебе не нравится, когда людей убивают, даже если они преступники. Так?

Кастиан не ответил.

— Но тебя ведь готовили в правители Империи. Разве наследный принц мог позволить себе быть таким… гм… — я замялся, не зная, какое подобрать слово.

—…Слабым? — подсказал тот, мрачно кривя губы. — Думаешь, ты первый, кто мне это говорит?

— Ну, я имел в виду — излишне добросердечным, — пробормотал я. Похоже, эта тема была для Кастиана как застарелая язва, лучше не трогать. Но все же я не удержался: — Ты не убивал никогда, верно?

— Убивал, — возразил тот. — Год назад — то есть, за год до того, как оказался в илусе. Мне тогда только-только исполнилось семнадцать. Заговорщики подгадали день, когда отца не было в столице, ворвались в мои покои… Мой старый камердинер — он служил мне десять лет. Я… был к нему очень привязан… — Кастиан замолчал.

— Он тебя предал?

— Что? Нет, наоборот, пытался защитить. Они убили его первым. Я… убил их.

— Как именно? — вырвалось у меня. Великим воином Кастиан точно не был, и те пару раз, что мне удалось-таки вытащить его на тренировочное поле, это хорошо показали. Магией он тоже, естественно, владеть не мог.