Избранница колдуна (СИ) - Лис Алеся - Страница 38

— Здравствуй жена!

Он сидит на огромном гнедом жеребце. Улыбается одними глазами. А во взгляде северный лед блестит на солнце.

Корсаж начинает сдавливать ребра, а перед глазами пляшут огромные черные мушки.

Встряхиваю головой, откинув косу за спину, и поправляю сползшую с плеча блузку.

— Не жена больше, — напоминаю.

— Для меня жена, — упрямо повторяет.

Спешивается с коня, подходит, и, обхватив ладонями мою талию, снимает с повозки.

— Готовы в дорогу?

Кровь приливает к щекам. И печет, там, где ладони дотрагиваются до тела, словно нет между моей и его кожей преграды из плотного корсажа и батиста тонкой белой рубашки.

— Да… — отчаянно припоминаю, досчиталась ли я последнего мешочка соли для лошадок… — Точно, да…

Боковым зрением замечаю, что Тента проскальзывает внутрь фургона. А рядом появляется Кадир.

Руки Сиварда продолжают сжимать мою талию. Затем одна все же отпускает, а вторая, слегка развернув, прижимает к мужскому боку.

“Метит территорию”, — мысленно фыркаю, стараясь незаметно освободиться, пока мужчины меряются напряженными оценивающими взглядами.

Словно хищники…

— Сивард Киндлоу, — хмурится колдун.

Рука на талии напрягается. Кидаю искоса взгляд на лицо бывшего мужа. В светлых глазах поселяется холод.

— Кадир Саадат, управляющий Отгрифа, — оценивающе смотрит друг.

Черные глаза вспыхивают. Дар внутреннего огня рвется наружу. Считает своим долгом меня защитить… Но Кадир сумеет его обуздать. Этого достаточно, чтоб показать противнику свою силу, но не натворить беды.

А пока они увлечены друг другом, я таки выворачиваюсь и, обогнув повозку, забираюсь на козлы рядом с местом кучера. А там уже перевожу дух.

От этих безмолвных схваток мне становится жарко и душно.

— Ну что? — за спиной шепчет Тента.

Поворачиваюсь к служанке. Та, просунув голову между двух половинок занавески, с любопытством смотрит на меня.

— А то ты не подсматривала, — недоверчиво фыркаю.

Судорожно мотает головой.

— Боялась. Вдруг молниями швыряться начнут.

Снова фыркаю.

— Да, ничего. Поглазели друг на друга. Наверно, до сих пор меряются… эм… магией…

— Леди, я, конечно же, за нашего Кадира… Но колдун душка, — торопливо шепчет на ухо и исчезает в недрах повозки.

Спешит, видимо, “не подсматривать”.

А через минуту на лавку возле меня плюхается Кадир. Вид у друга помятый и немного уставший.

— Муж у тебя, Кася… — трясет головой, словно по ней чем-то шандарахнули.

— Он что, тебя ударил? — вскакиваю на ноги.

Дергает за руку, усаживая обратно.

— Нет, конечно! Успокойся, мамочка… Уверен, он даже вполсилы не действовал. Так просто… кхм… “порыкали” друг на друга… Пощупали ментально… Я маг, он колдун…

Гневно соплю.

— Касси, я мужчина! Я должен тебя защищать, а не ты меня. Ты ничего не перепутала?

Начинает сердиться.

— Кадир тебе едва за двадцать, а ему…

— Кася, я мужчина, он тоже… Мы разберемся…

Раздраженно закатываю глаза и откидываюсь на спинку лавки. Ладно. Пускай разбираются.

Затем поворачиваюсь к высыпавшим на крыльцо домочадцам и машу на прощанье рукой. Повозка трогается. Мимо проносится гнедой жеребец колдуна.

Провожаю его гневным взглядом. Это ж надо было настолько взбаламутить наше спокойное озерцо только одним своим присутствием.

Но обманывать себя не хочу. Тут на пустынной утренней дороге чувствую себя под защитой Сиварда намного увереннее и спокойнее. А глупую радость в сердце от его присутствия спишем на всю ту же безопасность.

Глава 50

Ярмарка из года в год проводится на пустынном поле за городом. Огромная площадь оного позволяет вместить в себя легкие деревянные прилавки, на которых расположат товар. А чуть подальше есть место для небольших шатров, в которых полагается жить приезжим. Те, кто побогаче, могут позволить себе снять комнаты. Но даже половина из них предпочтет вольную жизнь в палатке. Так и к контейнерам с товаром поближе — присмотреть можно, и полезные связи завести, и повеселиться.

Ехать до Веселого поля не много ни мало, часа два. И плавная дорога серо-желтой лентой стелется под колеса.

День обещает быть теплым. Но, похоже, довольно-таки хмурым. Солнце всего лишь на рассвете несмело показалось на горизонте, а затем спряталось за тучами. И теперь вот серая хмарь сопровождает нас незримым стражем, дыша на ухо тяжелой влажной духотой.

За спиной слышится сладкий протяжный зевок, который тут же повторяет правящий лошадьми Кадир. А за ним и я. Рядом гарцует раздражительно бодрый колдун на своем скакуне. Иногда он вырывается немного вперед, осматривает дорогу и обочину, скрытую пышной растительностью, потом снова возвращается.

Едем мы молча. Между мужчинами витает легкое напряжение. Буквально на грани дискомфорта. На меня же бывший муж кидает такие взгляды, что я мигом заливаюсь краской, а сонливость на некоторое время, как рукой снимает. И хоть такие взгляды мне, как и любой женщине, приятны, но думать совершенно не помогают. Мысли витают в облаках. Или же, наоборот, я принимаюсь суетливо поправлять юбку на коленях, неловко ерзать на сидении, зачем-то перевязывать шнуровку на вороте рубашки, еще сильнее стягивая его, переплетать косу… В общем, заниматься бесполезными, но очень важными делами. И откуда эти суматошные движения? Вот никогда не была к ним склонна. Даже будучи такой, как Кассия, молоденькой девушкой.

— Кас, — склоняется к моему уху Кадир. — Нужно поговорить.

Я как раз закрепляю лентой кончик косы, провожая взглядом спину Сиварда. Колдун в очередной раз решил разведать дорогу.

— О чем? — чуть громче спрашиваю.

Друг прижимает палец к губам и кидает взгляд на занавеску, из-за которой слышится размеренное сопение уснувшей Тенты.

— О чем? — едва слышно повторяю.

Даже губами стараюсь поменьше шевелить.

— В Отгрифе я старался не затрагивать эту тему, — склоняет голову ко мне, чтоб лучше было слышно.

Понятливо киваю. Шпион. Даже у стен есть уши.

— Каор… Твой бывший опекун, Касси… — замявшись, начинает Кадир.

Удивленно смотрю на него. Вот уж о ком не предполагала разговаривать, так о нем…

— Помнишь, я тебе рассказывал о магах, которые использовали запрещенные ритуалы, дабы усилить свои магические способности и обрести новые. Но тем самым извращали свою сущность, данную природой.

Рассеянно киваю.

— Так вот… У меня есть некоторые подозрения, что твой опекун этим занимался…

— Бывший опекун… — по привычке исправляю, стараясь не замечать, как тревожно и муторно начинает посасывать под ложечкой.

— Касси, Кас… Ну чего ты? — дотрагивается до моей щеки… — Это только подозрения… Я видел-то его мельком, когда он мимо проходил по коридору. Энергетика у него тяжелая… Гнилая… Просто показалось, что я уже такую в детстве ощущал.

— Нужно будет за ним еще понаблюдать, — с трудом узнаю свой голос.

Он внезапно становится хриплым и чужим. Горло будто в спазме сжимается. Но это ведь только подозрения? Отчего же мне настолько страшно становится?

— На, выпей воды! — всовывает мне в руки флягу.

Делаю глоток и закашливаюсь. За своими шушуканьями мы и не заметили, что колдун уже давно за нами наблюдает. И ему явно не нравится, насколько близко ко мне наклонился Кадир.

На подол падают капли и расползаются лучистыми кляксами, холодя кожу на бедрах. Вздрагиваю и поспешно отдаю флягу. А сама принимаюсь тереть платком влажные пятна, как будто это поможет их высушить.

— Давай помогу, — предлагает Кадир.

— За лошадьми следи! — рычат совсем рядом, заставляя вздрогнуть и его, и меня.

В повозке тревожно всхрапывает Тента.

— Спасибо, я сама, — мило улыбаюсь и стараюсь отодвинуться.

Конфликты нам в дороге не нужны.

— Слежу, — огрызается друг, но тихо и сквозь зубы.

Впрочем, Сивард делает вид, что не слышит.