Избранница колдуна (СИ) - Лис Алеся - Страница 28

По другую сторону тянется ряд одинаковых белоснежных, украшенных позолотой дверей. Но ни в одни из них мы не проходим, а продолжаем идти вперед, пока не оказываемся перед последней, в торце коридора.

Гвардейцы по обе стороны от нее, вытянуты в струнку, и даже головы не поворачивают к нам, когда мы подходим вплотную. Но уверена, если б я имела злые намерения и пришла без приглашения, они разрубили бы меня своими мечами, как повар капусту.

За дверью оказывается огромная квадратная комната, которая и является приемной. Множество окон наполняют помещение светом и воздухом. Слева у стены гостеприимно расположены мягкие диванчики. Справа стоит огромный массивный стол, за которым сидит щуплый мужичонка и что-то увлеченно пописывает.

— Сер Гардуш, это леди Кассия, — уведомляет сопровождающий нас лакей.

Мужичонка отрывается от своего опуса и меряет меня заинтересованным взглядом.

— Вот приглашение, — снова достаю сверток и протягиваю мужчине.

— А Кассия Киндлоу, леди, — чешет затылок секретарь, пробегая глазами строчки в письме. — Примите мои искренние соболезнования с кончиной вашего мужа.

Я скромно киваю в ответ, опуская глаза. Нечего ему знать мои истинные мысли по поводу этой самой кончины.

— Я сейчас узнаю у его величества, готов ли он вас принять.

С этими словами суетливый секретарь скрывается за дверью. Но не успеваю я и вздохнуть, как он снова появляется.

— Подождите несколько минут. Вас пригласят.

Мысленно пожимаю плечами, приготовившись ждать. Ждать и сражаться с волнением, которое уже на постоянной основе воцарилось в душе. Мерить шагами комнату, как привыкла дома, кажется мне неприличным. Приходится опуститься на один из диванчиков и нервно сцепить руки на коленях. Но вскоре естественные потребности напоминают о себе. Бросаю взгляд на часы на столе секретаря. Нескольких минут мне вполне бы хватило…

— Могу ли я отлучиться на минуточку? — спрашиваю, кидая взгляд на дверь.

— Думаю, можете, — машет рукой секретарь, тоже одарив дверь в кабинет его величества задумчивым взглядом.

Извиняюще улыбаюсь и выхожу из приемной.

Уборную нахожу быстро с помощью все того же лакея. А когда попадаю внутрь, еще несколько секунд удивленно осматриваюсь, соображая, туда ли я попала. Комната похожа на что угодно, только не на туалет. Тут тебе и мягкие маленькие оттоманки, и пуфики, и журнальные столики. На небольших тумбах салфетки, флаконы с духами, пудрой и прочей косметикой. В небольших шкатулочках расчески, шпильки, зажимы. Огромные зеркала во всю стену и множество ярких светильников. Я даже забываю, зачем сюда явилась, разглядывая все это.

Понятно, что подобные комнаты служат не только для справления нужды, а и для отдыха, бесед и сплетен. Кажется, всемирно известный секрет раскрыт, отчего девочки испокон веков предпочитают ходить в туалет не только парами, а всей гурьбой. Впрочем, и меня не столько тянет в отдельные кабинки для уединения, сколько я просто отчаянно желаю побыть одной. Без шума, восторженных возгласов Тенты, нервного сопения Уораха и раздражающего поскрипывания пера секретаря.

Умываю лицо холодной водой и щипаю себя за щеки, чтобы вернуть румянец. Мне предстоит нелегкая битва за свою самостоятельность, и я должна ее выиграть.

— Кассия! Кассия Отгриф, — внезапно слышится незнакомый голос.

Но я вместо того, чтобы откликнутся или хотя бы подождать говорившего, ныряю в ближайшую кабинку.

А спустя минуту голоса слышатся уже в уборной. Кто-то открывает кран, шумит вода, а я даже не дышу, пытаясь услышать, о чем говорят.

— Откуда ты знаешь? — спрашивает еще один девичий голос.

— Да уж, есть источники, — хихикают в ответ. — Ты представляешь, эта пигалица женила на себе Сиварда. Нашего Сиварда!

— Врешь! — восклицает вторая девушка.

— Ни капли. Бедняжка сгинул. Ручаюсь, это она его убила. Гадкая бледная моль!

— Что так плоха в постели, что душка Сивар предпочел границу с тварями медовому месяцу?

— Ты ее видела? Невзрачное создание, — фыркает первая.

А я едва сдерживаюсь, чтоб не выскочить из своего укрытия, и не показать этим щебетухам, кто здесь невзрачное создание. Ясно же, что из зависти так болтают. Это Катя была невзрачной. А Кассия красива. Уж я то с высоты прожитых лет могу себе позволить делать подобные выводы. Но остаюсь на месте. Гораздо важнее сейчас послушать. Авось, что-то полезное и узнаю об этой самой границе, где сгинул муж.

— Нет… Ты, что ли, видела? — хмыкает вторая.

— Мне кое-кто ее описал. Подробно. Так и выразился — бледная моль, — ехидный голос такт и сочится ядом.

— Сивард? — охает собеседница.

Но в ответ получает лишь загадочное молчание.

А я буквально закипаю от гнева. Это он меня бледной считал. Невзрачной. Ясно…

— Как же она его заполучила? — не дождавшись ответа, продолжает раздумывать вслух вторая девушка. — Ведь Сив клялся, что брак не для него.

— Ой, не знаю… — резко отвечают. — Но меня навестить он обещал после возвращения.

— Ох, Марика, уж из твоей теплой постели наш Сив никогда бы не улизнул к тварям.

Двери снова хлопают, посетительницы выходят. А я продолжаю пялиться невидящим взором в стену кабинки. Вот значит как… Теплая постель Марики…

Глава 36

Осторожно выбираюсь из своего укрытия и подхожу к зеркалу.

Бледная. А какой мне еще быть после всего пережитого? Но уж никак не моль.

И вот вряд ли мужчина, я имею в виду взрослый самодостаточный мужчина, такой, как Сивард, обсуждал внешность своей невесты с любовницей. Я конечно мужа знаю мало… Но то, что ему не характерный инфантилизм — а иначе, как инфантилизмом склонность к распространению сплетен я назвать не могу — это точно.

А вот в том, что Марика была его любовницей, тут сомнений нет. Слишком уверенно и раскованно она обсуждала с подругой моего мужа. Слишком собственнические нотки проскакивали в ее голосе, когда она упоминала имя Сиварда. Так может говорить только влюбленная женщина, имеющая право на этого мужчину.

Прислушиваюсь к своим ощущениям, всматриваясь в глаза собственного отражения. Обида. Вот что я чувствую. Обида и легкая жалость. Я ведь и правда на какую-то малую долю секунды верила в красивую сказку о счастливой семье. Как будто не знаю, что у аристократии принято заводить любовниц и содержанок. Что на Земле, что тут…

Впрочем, в верности мне никто не клялся. Может, Кассия и не смогла затронуть сердце собственного мужа… я не смогла… Теперь уже не узнаешь… Но разобраться в том, что с ним случилось, я обязана.

Не приложил ли к этому руку Каор? Хотя как? Сферы деятельности колдуна и лорда Эзерта не пересекаются. Только бывший опекун тоже ведь не лыком шит. Маг он сильный, богатый, влиятельный. И найти способ убрать конкурента, ручаюсь, ему не составило бы труда.

Стоит ли рассказать о своих подозрениях королю? Посмотрим…

Брызгаю в лицо прохладной водой. Беру из стопки чистое полотенце, аккуратно промакиваю кожу и, кинув в корзину для использованного белья, выхожу из уборной.

Думаю, меня должны вот-вот позвать. И вначале стоит разобраться со своими проблемами, а потом уже на мужнины переключатся. Как ни крути, а своя сорочка ближе к телу. Как и тех, кто остался в Отгрифе.

В приемную попадаю как раз во время. Нервный секретарь уже нетерпеливо расхаживает по кабинету, то и дело косясь на часы.

— Леди Кассия, наконец-то, — одаряет меня осуждающим взглядом. — Прошу за мной.

Киваю Тенте и Уораху, решив, что при необходимости их можно будет позвать, и ступаю вслед за Пипином Гардушем.

Кажется, сердце в груди замирает и пропускает удар. В своей жизни мне немало приходилось встречаться с разными людьми, бегать по инстанциям, выбивая какие-то льготы или решая проблемы. Один раз я даже на прием к нашему меру попала…

Но тут… Это ж как президент… Или еще выше… Понятно, отчего ноги ходят ходуном и подкашиваются. Его власть безгранична. А, почитывая исторические романы, я не раз сталкивалась на их страницах с описанием проявлений монаршего гнева и скорой расправы. “Голову с плеч!” — звучит, словно наяву возглас Червонной королевы из книги об Алисе. Нервная дрожь прокатывается по телу. А вдруг и мне… голову с плеч. Вдруг и король считает, что я стала причиной гибели колдуна…