Взводный (СИ) - Берг Александр Анатольевич - Страница 54

— Понимаете товарищ капитан, говорите вы с одной стороны убедительно, но если посмотреть на это с другой стороны, то тут и пораженчество просматривается, и паника, да вплоть до предательства, а вдруг на указанном вами месте для складирования топлива и других припасов нас ждёт засада? Мы туда всё привезём, а потом наших бойцов убьют и всё вывезут. Сами знаете, тут и немецкие диверсанты работают, та что риск для меня не смотря на все ваши уверения достаточно большой. А даже если я и соглашусь, то как быть с транспортом для меня и моих бойцов? У меня есть два грузовика, но все туда не поместятся, а ещё документация на содержимое складов, мне надо минимум легковую машину для меня и моих бумаг. Хотя бы такую машину, как у вас.

Коржов не сразу понял, куда клонит интендант, но услышав про машину, всё понял. Вот жучара — возмутился он про интенданта, это он так намекает, что без именно легковой машины для него лично, причём похоже трофейной, он не согласится. Конечно очень захотелось двинуть этого деятеля в морду, а затем ещё и добавить, но нельзя, надо сдерживаться и даже не из-за угрозы трибунала, а потому, что этот жулик им нужен, без него не получится устроить нычку. И ведь сейчас его даже не раскулачишь, пока не начнётся паника, на этого жука не надавишь, а потом может быть поздно. Неважно, захватят склад немцы, это кстати самый простой вариант, а если разбомбят склады или даже сами интенданты его подожгут, с них станется, и что тогда делать? Короче, как не хотелось капитану начистить жуликоватому интенданту морду, но пришлось сдерживаться и даже обещать трофейную легковушку. Кубельваген ему разумеется не дадут, самим нужны, для ротных и комбатов самое то, а вот обычную легковушку можно, благо, что небольшой запас машин командир оставил именно на подобный случай, когда необходимо будет кого подмазать из нужных людей.

— Хорошо товарищ интендант 2-го ранга, такую же, как у меня не получится, просто у нас нет таких свободных машин, а вот обычную легковушку можно, есть несколько штук лишних. Что касается ваших людей, заберём с собой всех, на этот счёт не беспокойтесь.

Ночевать капитан остался на складе, Полозов любезно разрешил капитану и его бойцам переночевать в казарме вместе с его людьми и даже покормил их, причём нормально, не жалея продуктов. Ему такой расклад в принципе тоже вполне подходил, и к своим в составе большой части выйдет если что, и главное, он получит личную машину, ну а к себе её приписать не проблема и она останется у него в любом случае. Утром разведчиков ещё и покормили завтраком, после чего капитан Коржов уехал к последнему складу. На место назначения он прибыл днём, здешний хомяк особо не артачился и целку из себя не строил, набивая себе цену. После того, как он внимательно выслушал Коржова, ненадолго задумался, затем задал несколько уточняющих вопросов, ещё немного подумал и в итоге согласился. Видимо тоже обдумав складывающуюся ситуацию и полученное предложение, пришёл к выводу, что его риск минимален, зато он в итоге может остаться в плюсе, по крайней мере ему и его людям гарантировали совместный выход к своим. Получив добро от последнего интенданта, Коржов двинулся назад.

Отправив своего начальника разведки договариваться с интендантскими хомяками, я продолжил заниматься своим полком. Дел было много, и проконтролировать обучение снайперов, а также их оснащение всем необходимым. Я получал по снайперской паре в каждом взводе, а это было уже не мало, 27 пар на полк это уже существенно, а с учётом ещё трёх пар резерва, которые шли отдельно, я мог в принципе выбить у немцев при их наступлении весь командный состав. Мои снайпера периодически ездили на передовую тренироваться на немцах, правда чтобы не дразнить гусей и не подставлять наших бойцов под колотушки обозлённых немцев, работали снайпера только при отражении немецких атак, когда их огонь было легко списать на общий ответный огонь наших бойцов. Гоняли в хвост и гриву и обычных бойцов, спеша обучить их на совесть, пока выдался свободный период. Также учили и водителей, в идеале каждый мой боец должен был пусть и с грехом пополам, но уметь водить машины. Пока бойцы учились и тренировались, я занялся подготовкой к зиме, которая была не за горами. Уже осень началась, а скоро и зима, так что пользуясь подвернувшейся возможностью, я занялся маскхалатами. Используя свой обменный фонд, а именно трофейные легковушки, подкатил к интендантам и они подогнали мне обычные простыни, правда списанные. Действительно списанные, они уже выслужили свой срок и многие были порваны, но мне это было не критично. Найдя в Киеве портных, кстати, не все евреи послушались моего совета и остались в городе, но моя совесть была чиста, я их предупредил, а дальше это только их решение. Так вот, я дал задание из этих простыней шить маскировочные костюмы, вернее большую куртку с капюшоном и свободные штаны, что бы они не сковывали движение, когда их оденут на одежду. Потом будет уже не до них, да и возможностей сшить тоже не будет, а на складах не думаю, что найдётся так много таких костюмов. Короче так и готовился к предстоящему прорыву.

Капитан Коржов приехал назад через три дня, придя ко мне на доклад, доложил, что всё решил, все согласны, только одному интенданту потребуется отдать трофейную легковую машину. Да, кому война, а кому мать родна, и тут это крысиное племя стремится наварится. Ну и чёрт с ним, вставать в позу и бодаться с этой крысой из-за одной машины я не хотел. Пусть подавится, отдам ему эту легковушку и даже с собой заберу, когда мимо него проходить будем, как и обещал, а его надеюсь бог накажет. Специально на него жаловаться начальству не буду и пакостить тоже, но очень надеюсь, что в итоге ему эти махинации выйдут боком. Распорядился отправить транспорт и бойцов в охрану, а также отогнать интенданту машину. Вот так и бежало время, меня, к моему большому удивлению больше не дёргали, хотя немцы прорвали оборону уже во многих местах. Я всё ждал, когда меня дёрнут и в итоге дождался.

25 сентября 1941 года, Киев.

Вызов в штаб фронта пришел днём, а я уже стал думать, что про меня забыли, хотя как такое могло произойти. Сев в свою ласточку, поехал в штаб, разумеется с водителем и ординарцем, а то страшно оставлять такую машину одну. Кстати вспомнился анекдот, как раз в тему — Водитель паркуется в Москве возле здания парламента, к нему подходит мент и говорит, что тут парламент, на что водитель отвечает — не беспокойтесь, у меня очень хорошая сигнализация. Это я к чему, полноприводную эмку с охотой приберёт к рукам любой, так что оставлять её одну опасно, тем более в нынешней обстановке, так что приказал водителю ни куда не отлучатся, и что за машину он отвечает своей головой, а на всякий случай оставил с ним и ординарца. Вот так я прошел в штаб фронта, а в приёмной Кирпоноса мне даже ждать не пришлось, как только я туда зашёл, так секретарь тут же позвонил командующему и меня сразу пригласили в кабинет.

— Проходи майор, дело к тебе есть. Что думаешь об сложившейся обстановке?

— Только одно — Жопа, большая и жирная.

— Смотрю ты не особо беспокоишься?

— Так товарищ генерал, опыт имеется, снова выйду, правда у немцев в тылу покуралесить времени не будет.

— Это почему ещё?

— Так я же говорю, жопа будет большая, немцы скорее всего возьмут в мешок практически все наши силы под Киевом, а потом у них считай прямая дорога на Москву открывается через Курск и Брянск. Наших частей там практически нет, так что будет полная Жопа с большой буквы. Вот поэтому у меня и времени погулять по немецким тылам не будет, нужно будет срочно выходить к своим и перекрывать немцам дорогу на Москву, что бы командование успело перебросить резервы для защиты столицы.

— И ты сейчас это так спокойно говоришь.

— А что ещё делать, товарищ генерал, моего мнения ни кто не спрашивал, да и кто бы меня слушал.

— А нас со штабом сможешь вывести?

— Смогу, и даже ещё одну или две дивизии, но при двух условиях.

— Каких?

— Первое, все меня беззаговорочно слушаются и выполняют все мои приказы, и второе, все, кто выходит со мной, обеспечены транспортом. Мы будем быстро, ну относительно быстро двигаться, и я не могу брать с собой ни кого, кто будет меня тормозить, иначе мы все рискуем погибнуть.