Клуб космонавтики (СИ) - Звягин Андрей Юрьевич - Страница 72

Мы остановились за деревьями. Маленькие, бледные и одинокие.

— Ну что, вперед? — вздохнул Артем.

— Конечно, — ответно вздохнул я, а потом вздохнул и Глеб.

Идем, хотя ноги идти не хотят. Надо где-то взять смелость… куда же я ее запрятал? Впрочем, если хочешь быть смелым, ты уже смелый. Мысль немного подбодрила.

Остановились рядом с окошком, послушали. Внутри тихо. Никого? Крайне маловероятно. Может, пауки заснули?

Включили фонари и осмотрелись. В руках — пакеты с бомбами. Так просто нас не возьмешь. Но никто нападать и не собирается.

Пусто! Не населено подземелье ни художниками, ни инопланетянами. Никем, кроме темноты. Мы обошли его три раза. Первый раз — с замирающим сердцем, второй — поспокойнее, третий — уже нагло, не таясь и громко разговаривая.

Посовещались и решили вернуться к следам. Залитый грязью пол — именно то, что нужно начинающим следопытам.

Наши поиски увенчались частичным успехом. Следы отыскались, беда в том, что они вели в стену. Именно в нее! От входа тянулись в дальний кабинет, а затем обрыв. Ткнулся паук носом в штукатурку и исчез. Дематериализовался.

— Ни фига себе! — глубокомысленно заключил Артем. Глеб же ничего заключать не стал и принялся внимательно осматривать злополучную стену.

Скорее всего, кабинет был армейским классом занятий. Военные — они словно дети, с ними тоже надо заниматься. Висит коричневая учебная доска, как у нас в школе, рядом строгий учительский стол. Время и сырость поработали над ним, но он еще держится.

— П-понял, — прокряхтел Глеб, вставая с карачек. Физиономия у него стала гордая, хотя и озадаченная. Что-то явно нашел, однако не уверен, что этому стоит радоваться.

— Сейчас, — сказал он безо всякого заикания и щелкнул электрическим выключателем. Но никакого света не загорелось и не могло загореться потому, что под потолком нет лампочек. Этот выключатель жали, наверное, все школьники нашего района.

— И что? — спросил я.

Глеб начал щелкать азбукой Морзе. Три быстрых щелчка — три через паузу — и снова три быстрых. Сигнал бедствия. "СОС".

Стена задрожала, лязгнула и откатилась вбок, оставив вместо себя темный узкий проход. Из него ударило затхлым воздухом.

— Около выключателя б-было написано, — покраснев от смущения, сказал Глеб. — Как бы просто так, случайно нацарапали. Но я д-догадался, что надпись что-то зн-начит.

Глава 32 Спрятанный завод

1

Черный ход оказался недолог, всего несколько метров, за ним дверь, мы толкнули ее, и…

…И очутились внутри ленинской комнаты. Точно в ней. Что я, ленинских комнат не видел? Они повсюду. У нас в школе, на папином заводе, в администрации района, да где угодно! Вот и сюда одна затесалась. Не верите, смотрите сами. Флаги на стенах, стенды с указами коммунистической партии, лозунги, барабаны и непременный ленинский бюст. Ну и что это по-вашему?

Если рассуждать логически, ленинская комната — это комната Ленина. То есть он там живет. Но, поскольку он умер, то живет он там не очень. Следовательно, в ленинской комнате обитает его нематериальный дух. Домовые живут в сундуках, лешие в чаще, русалки под водой, а Ленин — в ленинской комнате. Ходит по ночам, шаркая ногами, и лампу под зеленым абажуром задумчиво включает.

А вообще-то эти комнаты сооружаются для всяких политических занятий, собраний, лекций, просмотра телевизионных новостей и поэтому играют важную воспитательно-просветительскую роль (ну, так говорят).

Но где находится ленинская комната, в которой сейчас мы? Правильно, на секретной военной базе. Поэтому комната тоже секретная. И вещи в ней секретные и необычные.

Например, лозунги на стене. Их тут несколько. "Решения пятнадцатого секретного съезда КПСС — в жизнь!" Другой — совсем таинственный. "Пролетарии всех стран…!" — и все, перед восклицательным знаком троеточие, пустое место, а ниже ссылка в скобочках — "5-й абзац 7-й главы приказа № 7598325 от 02.11.1978 г."

Барабан за стеклянной шкафной дверцей — не барабан. Африканский тамтам скорее. Какое он имеет отношение к вождю?!

Но все это меркнет по сравнению с ленинским бюстом. Он стоит в углу, около красного знамени, на тумбочке, накрытой красной материей. Живой, поглядывает искоса, мол, кто такие, я вас не звал. И лицо его… прямо скажем…

Ленинов я видел много. Они везде! В форме памятников, портретов, бюстов и бюстиков. Размножились чрезвычайно. В школах, кинотеатрах, магазинах, на площадях и улицах. И все одинаковые. Приветливо серьезные, умно добродушные, по одному лекалу сделаны. А этот — секретный, нефасадный, для внутреннего потребления, по другому.

Лоб низкий, прищур наглый, зубы редкие. Нос кривой, наверное, в драке сломали. Ильич выглядит так, будто его не царские шпики за революционную агитацию разыскивали, а советский участковый за мелкий криминал.

Неужто он такой на самом деле? Не думаю, я ведь видел и фотографии, и документальные фильмы. Да и слишком простое это объяснение! Но тогда почему…?

2

Секретная ленинская комната — прекрасно, но где в ней пауки? Отсутствуют. С одной стороны, хорошо, потому что они на нас не набросились и не съели. А с другой — наш долг найти их и обезвредить. Такая у нас судьба.

Поэтому ищем тайный проход в стене. Коль есть один, найдется и второй. Принцип существования военных баз мы поняли. Без спрятанных дверей они не обходятся.

Отыскал его опять Глеб. Вроде не самый глазастый из нас, но заметил первым. Вернее, не заметил, а вычислил. Пригляделся к Ильичу и сказал:

— Видите т-тонкую полоску на шее? Это резьба. Значит, голова крутится. И крутится не просто так. Открывает что-то.

— Надо повернуть Ленину череп? — уточнил Артем.

Глеб смущенно развел руками.

— Н-ну да.

Я, признаюсь, не смог представить, как я это делаю. Ленин в СССР как бы "наше все", борется за первое место с пломбиром, и вдруг нужно свернуть ему голову?! Я малодушно взглянул на Артема. Пусть он сворачивает, мелькнула предательская мысль. У него нервы крепкие, хулиганистые.

И Артем не подвел. Засучил рукава, и, поигрывая пальцами, как профессор Мориарти в фильме о Шерлоке Холмсе, смело приблизился к вождю, который понял, что его ожидает. Говорить бюст не умел, но возражать насилию над собой, делая разнообразно-вредные рожи мог вполне. Артем даже поинтересовался:

— А он не укусит?

— Ленины не кусаются, — сказал я и отвернулся.

И вот Ильич недовольно смотрит себе за спину, а часть стены с глухим шорохом отъезжает вбок и прячется за шкафом. Опять темный проход, внутри которого еще одна дверь. Интуиция подсказывала, что за ней уже будет уже по-взрослому.

3

Огромный завод. Темный, как космос, только аварийные фонари над станками. Старый, заброшенный, пыльный космос. Спит в мертвой тишине. Черной, невидимой, обволакивающей воспоминаниями о музыке, которую мы слышали у Игоря.

Дверь из ленинской комнаты вела на железный балкон, тянувшийся тонкой ниткой над цехом влево и вправо. Метров тридцать до пола, и столько же до каменных балок потолка. Слева — лестница. Не какая-нибудь пожарная, а обычная, со ступеньками, хотя целиком из железа.

Каждый шаг на балконе отдавался эхом. Если хочешь оставаться незаметным, иди осторожно. Но мы пока никуда и не шли. Стояли, вцепившись в перила, изо всех сил вглядываясь в неподвижную пустоту. А она вглядывалась в нас.

Что изготавливали на заводе, понять трудно. Станки огромные, но покрыты темнотой, а некоторые вдобавок еще и брезентом. Попробуй тут, догадайся.

Людей и пауков не видно.

Артем задумчиво потер нос.

— Обойдем завод по кругу. Вниз спускаться не будем.

4

…Первого паука мы заметили очень скоро. Он лежал на полу в проходе между станками, неподвижный и жуткий комок. Спал! Потом показались еще несколько. Они тоже не двигались. Значит, днем пауки отсыпаются, а ночью выходят по своим делам — воровать еду или кто их знает зачем. Интересно, могут ли они сейчас проснуться. На балкон им взбежать — в два счета. Думаю, они так в город и попадали. Через заброшенную военную базу, которая оказалась маленькой надводной частью огромного подземного айсберга.