Меня зовут господин Мацумото! (СИ) - Ш. Дмитрий - Страница 74

После обеда я тоже подключился к исполнению своих обязанностей. Поехал на небольшую, частную студию, проверять результат монтажа фильма. Мне потом везти его на закрытый показ начальству. Сразу из судии запускать фильм в прямой эфир, не говоря уже о подаче его на конкурс, не шло и речи. Со мной уже связывался директор ПР службы, интересовался, как идут дела, на какой стадии сейчас находится проект? Будучи опытным руководителем, он не просто раздавал задания, но и следил за ходом их выполнения. Если в последний момент вдруг выяснится, что я подвёл компанию, ничего не сделав, бледный вид и мокрое лицо появится не только у меня. Решение о том, кому доверить этот проект принимал непосредственно Широнами-сан, поэтому ему придётся взять на себя ответственность. Отчитавшись о проделанной работе, заверил директора, что всё идёт хорошо. В график укладываемся. Проблем не вижу. В данный момент еду на студию, отсматривать готовый материал.

Подъехав к нужному мне зданию, естественно, на такси, ни служебного, ни личного автотранспорта у меня не имелось, заметил неестественное оживление на улице. Выйдя из машины, посмотрел туда же, куда и быстро собирающаяся толпа. Подозрительно тёмный дымок, просачивающийся из окон последнего этажа, заставил меня насторожиться. Дыма ведь без огня не бывает, верно? Насколько помню, это четырёхэтажное офисное здание с довольно низкой арендной платой.

Не став спешить, несколько минут понаблюдал за развитием событий, по-человечески переживая за людей в том здании. Вскоре стало понятно, что там действительно начался пожар. Хуже всего то, что пожарная сигнализация почему-то не сработала, а оповещение и автоматические разбрызгиватели не включились, как я понял из разговоров, выбегающих оттуда, сильно обеспокоенных сотрудников офисов.

Огонь очень быстро стал распространяться по зданию, наполненному современными, красивыми, лёгкими, но очень горючими материалами. Не стоило забывать и о мебели, вместе с самой обычной бумагой, которой полно в офисах. Ещё в этом здании имелась отличная вентиляция, действующая сейчас скорее во вред, а не на пользу. Из-за пожара возникло сильное задымление. Из раскрытых окон повалили густые столбы чёрного дыма. Народ на улице заволновался ещё сильнее.

Прикинув расстояние до студии, как и отделку её фасада, немного успокоился, поняв, что переживать не о чем. Моя работа из-за случившегося уж точно не пострадает.

— Смотрите! Там, в окне! На углу северной стороны, — внезапно услышал громкий крик, привлёкший всеобщее внимание.

Посмотрев в указанное место, заметил, что в окне четвёртого этажа, в зоне, полностью охваченной пожаром, виднелись две перепуганные, чумазые девушки, пытающиеся спастись от удушья. Именно дым губил больше всего людей при пожарах, а не огонь.

— Кто это? Что они там делают? Всем же приказали эвакуироваться? — запаниковал полноватый, пожилой мужчина, в частично промокшей, испачканной рубашке.

— Это из углового офиса. Там хорошая звукоизоляция и качественные уплотнители на дверях. Видимо, они до последнего момента ни о чём не догадывались, пока не стало слишком поздно, — ответил кто-то из толпы. — А ещё у них телевизор постоянно работал.

— Они со спортом работают. Телевизор им необходим. Они на него разрешение получили, — уточнил ещё один знающий сотрудник с четвёртого этажа.

— Чего они ждут? Пусть бегут на пожарную лестницу? Задохнуться же, — посоветовал другой человек, сказав очевидную всем вещь.

— Там коридор уже весь в огне, куча поворотов, рекламные стенды, дым. Не добегут, — нервно предположил предыдущий голос.

— Где спасатели? — возмутилась неравнодушная женщина, вовремя выбравшаяся из здания.

— Едут. Пробки. Пока найдут гидранты, пока до них доберутся, как бы уже ни было поздно, — последовал мрачный прогноз.

— Пусть прыгают. Лучше отделаться переломом ног, чем опознанием в морге, — подключился новый собеседник, испытывая сильный дискомфорт от чувства собственного бессилия, тоже переживая за девушек.

— Четвёртый этаж. Снизу асфальт. Сами они далеко не спортсменки, могут не только ноги переломать.

Пока народ беспокойно общался, я обдумывал, как поступить? Остаться как все, неравнодушным зрителем, или стать отчаянным глупцом? Бывает, что вместе с жертвами катастроф гибнут и неопытные «спасатели», считающие, что они могут и умеет то, чему профессионалов специально учат годами, оснащённых всей необходимой экипировкой. С другой стороны, не попробовав, не узнаешь, сможешь ли ты сделать для этого мира что-то большее, чем просто сотрясать и портить воздух. Это хоть и самое безопасное занятие, но бесполезное. Словами ничего не изменить, тем более, не исправить.

«Тебе что, больше всех нужно?» — спросил внутренний голос, напоминая, что я и так в последний месяц слишком сильно выделился, из-за чего получил кучу проблем.

Если выделюсь ещё сильнее, проблем станет больше.

«Зато, может быть, хотя бы теперь я начну себя уважать», — грустно ответил внутреннему голосу, во многом с ним соглашаясь.

«Ты же непрофессиональный спасатель!»

«Профессионалами не рождаются — ими становятся. Для этого достаточно проявить твёрдость духа и характера», — успокаивающе объяснял, пытаясь прийти в согласие с самим собой.

«Ты можешь умереть! Да что там, ты можешь по собственной неосторожности погубить других», — воззвали меня к здравому смыслу.

«Могу, — согласился, чувствуя, как сердце начало стучать чаще, уже зная, чем этот спор закончится. — И они могут. Но без посторонней помощи они погибнут наверняка, а так, возможны варианты. К тому же вместе умирать не так страшно, как одному, да и рождённый летать — не утонет. Я выжил под колёсами грузовика. Я выжил на подземной стоянке, под пулями. Я пережил смерть и рождение. Если мне суждено выжить ещё и в огне, значит, мы ещё поговорим. Ну а нет, не особо расстроюсь. Свою историю мы пишем сами».

Торопливо скинув с себя пиджак, подскочил к ближайшему парню, у которого в руках заметил бутылку с водой.

— Спасибо, — вырвав её, принялся обильно поливать свою одежду и пиджак.

— Эй! — возмущённо воскликнул неожидавший этого парень.

— Успокойся. Ему она нужнее, — подсказал его приятель, сразу догадавшийся, что я задумал. — Удачи, — одобрительно хлопнул меня по плечу, жалея, что больше ничем помочь не может.

Не все из нас способны на подвиг.

Замотав голову, для храбрости крикнув — «За Фудзияму!», поднимая этим свой боевой дух и отрезая пути к отступлению, решительно бросился в горящее здание.

За считанные секунды преодолев пустые коридоры и лестницы нижних этажей, встретившие меня открытыми дверьми, без раздумий влетел в густое облако дыма. В таких ситуациях важно не мешкать и не паниковать, продолжая чётко следовать намеченному плану. Я хорошо ориентировался в пространстве, не боялся огня, дыма, ограничения видимости, затруднения дыханий, поэтому без труда добрался до углового офиса четвёртого этажа. Несколько раз мне пришлось преодолевать открытые участки огня, отчего одежда сильно нагрелась и стала тлеть.

Отстранившись от посторонних мыслей, подавив чувства, плечом, с разбега, чуть не вынес последнюю, закрытую дверь. Вовремя вспомнил, что по правилам пожарной безопасности они должны открываться наружу. К счастью, дверь не была закрыта на замок. Войдя в офис, разглядев слезящимися от едкого дыма глазами фигуры двух девушек, грозно рявкнул той, что слева.

— Стой здесь! У окна. Ни шагу в сторону. Сначала вытащу одну, потом вернусь за тобой. Потеряешься, искать не буду, — припугнул.

Посмотрев вниз, увидел, что обе девушки стоят в типовых офисных юбках, длиной до колен и в туфельках на каблуках. В таком виде по горящему ламинату не побегаешь. Взвалив правую девушку на плечо, глубоко вдохнув еще более-менее чистый воздух, побежал в обратном направлении. Проверять, не заблокирована ли пожарная лестница, не нагрелся ли тонкий металл, из которого она сделана, не задымлена ли, у меня нет ни времени, ни желания. Виртуальный маршрут построен, время определено, препятствий не замечено, а значит, полный вперёд!