Херши. Стрела пущенная твоей рукой (СИ) - Кошкин Алекс - Страница 32

Сама заняла главный стул. Оставив лорду Мимитои место напротив, через весь стол. Гости рассчитывали на другое и оказались не с той стороны стола. Мимитои только улыбнулся мне, поняв, что произошло. В этот раз на лорде было куда меньше лечебных заклинаний и амулетов, но все равно еще много. И как раз потому, что это было далеко не первое его ранение.

Слуги заняли места за плечами гостей и начался завтрак. И пусть все блюда стояли на столе, нарезать, подавать в тарелку, наливать вина — все это должны были делать не мы. Память выдала кучу образов подобных застолий. После салата, как хорошая хозяйка, дала гостям перерыв — обсудить новости. При посторонних говорить о секретах короны никто бы не стал, так что я мило защебетала с ведьмочкой и паладином. О чем и положено леди — о цветах.

— Леди Хексе, вам нравятся Лоландрия?

— При должном умении можно добиться изумительно красивых лиловых оттенков у цветка, — ответила ведьмачка.

— Думаю, я смогла бы окрасить самый кончик лепестков почти в розовый, а сам бутон в лиловый. Чтобы получился переход. Цветы с двумя цветами в бутоне всегда ценились немного выше.

— И как это отразится в общем?

— К симптомам поражения добавится сильнейшая лихорадка. Удивительно стойкая. Зато цветки получились крупнее.

— Простите леди, вы сейчас заклинание, примененное против наших, обсуждаете? — лицо генерала выглядело немного задумчивее, чем следовало и даже было ничуть не удивленным.

— Именно так.

— И это заклинание отличается от наших?

— Оно красивее. Совершеннее. И скорее всего, труднее.

— Мне нужно, чтобы вы включили в отчет все случаи, отличающиеся от нормальных, которые только встретили в своей работе. И наоборот, то, что было в точности как у наших. Трупы совершенно не поддаются допросу. Мы только знаем, что орки были наемниками. Но даже мир неизвестен. У нас рядом много миров, не представляющих интереса. И во многих есть орки. И все они одинаковые. Даже язык и одежда.

— Может, сами орки смогли бы найти отличия? Для нас и демоны все на одно лицо. Уверена, вы никогда не отличите отступников клана от их же соклановцев. Демону для этого нужен один только взгляд.

— Вы разбираетесь в демонах?

— Не так, чтобы очень, но язык знаю. Общие сведения, черты, культуру.

— Наблюдатель от демонов был поражен красотой и манерами леди. Сокрушался, что женат и положение не позволяет.

— А вы знали, что только жена и мать могут успокоить демона, впавшего в ярость? Для этого они носят с собой хлысты. Владение хлыстом — базовое умение даже для простушек. Высокородные носят с собой по два хлыста. Один не удержит сильного демона.

— Хорошо, что мы не демоны. — Мужчины подняли свои кубки.

— Данли, а расскажи, как ты защитил своих нянек и прислугу.

Данли немного покраснел, но стоило мне поднять руку в знакомом воспитательном жесте, как тут же заговорил:

— К нам только что маги заходили. Орки сунулись, но я одного на входе заморозил и по горлу его. Потом ударили магией по лагерю. Палатка выдержала. Мы прятались у входа и ждали. Убийца магов, подаренный леди Херши, прорезал их защиту! Мне оставалось только убивать.

— Убийца магов? — это спросил один из генералов.

— Я не поверил, что леди Паладин носит оружие для домашних. Спросил у папиного адъютанта. Она рассказала, что это оружие зовется убийцей магов. Только на нем заклинания должны быть. Первое мне по дружбе поставил Зайне, сын папиного артефактера. Мы с ним друзья.

— Второе добавила я, — отозвалась беременяшка. — Маги умирали небыстро. С двух-трех ударов. Заклинанием можно добить, когда маг уже ранен и защита пробита.

— Почему не заколдовали вход?

— Заколдовали. Но первый же маг его легко пробил. Думали, что умрем, но Данли вырвался, подбежал и с одного удара перерезал магу горло. Сразу тот не умер. Но Данли не испугался и после первого удара тут же нанес по вене на ноге, и последний — в лицо.

— Умница, — сказала я. — Научишься базовым техникам — свожу тебя к артефактеру. Сделаем достойную рукоять для этого лезвия. Я знаю очень много того, что туда можно разместить.

— Покажешь, что у тебя на древке? — Паладин достала свое оружие и протянула мне.

Я сделал то же самое.

— Узнаю компоновку и набор, — оживилась Ведьмочка. — Я его лично убила. А кто делал?

— Один очень перспективный молодой человек. Но компоновку и набор я предоставила сама. Привыкла к прошлому оружию. Его мне подарили, и мастер мне не известен.

— Хороший мастер. И даже додумался закрыть основной набор заклинаний исключительно публичными, хоть и тоже смертельными.

— Данли, убийца магов потому и убийца магов, что способен одолеть более сильного с мечом. За основу же было взято оружие демонов — нагината. И там это оружие исключительно для домашних из клана воинов. Но у демонов немного иначе с магией. Она у них другая. Для них темная магия все равно, что для нас стихийная. Демоны делают артефакты и взывают к тьме как к стихии, чтобы использовать ее силу в заклинании. Им не нужны заклинания на древке. Они им ничем не помогут. Но само оружие может иметь определенные особенности. Например, прорезать защитную магию. Как твое.

Данли, видимо, хотел открыть рот и выпучить глаза, но воздержался.

— А в чем особенность вашего оружия?

— Когда серак уменьшен, то принимает форму лекарского ножа. Я им оперирую. Через него очень хорошо чувствуется магия в плоти. И сама плоть, Живая и мертвая.

— Леди Херши, так все же, вы целительница или боевой маг? — убила бы этого генерала.

— Я леди. А леди должна уметь очень много, чтобы соответствовать мужу. И госпиталь в замке обустроить, и осаду без мужа отбить, и детей вырастить.

Как сказал лорд Мимитои, такие как я, созданы именно для этого.

Дала знак, и слуги продолжили раскладывать блюда.

— И как вы думаете найти себе мужа? — продолжать разговор после начала второй части завтрака было некрасиво.

— Прежде всего я буду подбирать отца моим детям.

— А как же любовь? — это хором спросили девочки.

— Не в ущерб остальному. Давайте продолжим завтрак. У нас у всех сегодня много работы. У вас совещания, у меня госпиталь.

— Всех практикантов возвратят сегодня обратно в школы. Сюда прибудут войска и дознаватели.

— Работа госпиталя заканчивается с последним раненым. Даже если нас заменят, мне нужно уделить внимание моим людям. К тому же у меня есть обязательства в качестве няни. Данли остается или возвращается?

— Я бы просил вас задержаться. Я пока не могу вернуться в школу. Данли останется со мной. Вам же нужно составить отчет о характере ранений. Может у дознавателей возникнут вопросы.

— А замарашка будет?

— Маловероятно. Это дело внешней разведки.

— Кто такой замарашка? — спросил один из генералов.

— Глава внутренней разведки. Вас с ним с удовольствием познакомят. Первый же, кто сможет достать его голову, явись он сюда. Слишком эта змея изворотлива и ядовита. Тут таких не любят. В армии он не прожил бы и одного боя. Этому мальчику везде мерещатся враги короны. И всех их он тут же бросается выводить на чистую воду.

— Измена! Он же порочит короля, говоря, что все вокруг мечтают его свергнуть! — сказала я.

— А у вас, леди Херши, имеются политические взгляды?

— Разумеется! По твердому размышлению, я за конституционную монархию. С парламентом и двумя палатами. Палатой лордов и палатой представителей.

— Королю бы это не понравилось.

— Он просто не пробовал. В моем мире всех королей, которые не пришли к такому строю, свергли. Их семьи и большинство высокородных убили. У нас, живущих людей, чьи изыскания в науке признаны достоянием всей планеты, больше, чем живых монархов и их родственников с правами на престол. Конечно, если смотреть на королевскую власть с точки зрения, что король — это буйно помешанный тиран с манией убийства и роскоши, а народ и страна не более чем дойная корова и источник забав, то променять абсолютизм на конституционную монархию ни один король не согласится. Если же воспринимать короля, как живого человека, желающего жить лучше всех остальных и как правителя, который один вынужден управлять целой страной, то конституция и две палаты — не более, чем инструменты управления, облегчающие жизнь и усиливающие власть. И повода к революциям не будет. Можно даже не распространять действие конституции на самого монарха и его семью.