Верховный (СИ) - Бобриков Александр - Страница 38

Попрощавшись с нами, он схватил Аполлона за руку и медленно начал уходить под землю, отправляясь в свое Царство. Аполлон упирался, но земля медленно поглощала его. Я помахал ему рукой и показал большой палец, правда он этого уже не увидел, так как земля его поглотила.

— Ну что? — нетерпеливо дергаясь на своём облаке спросил Укун, кивнув в сторону горы, — кто быстрее?

— Да, давай, — я усмехнулся и исчез в молнии, что ударила в меня с неба, мгновенно отказываясь на самой вершине горы.

Пока Царя Обезьян не было, я с наслаждением осмотрелся. Вид отсюда прекрасный! Словно целый мир лежит под твоими ногами, просто возьми и вся эта красота твоя. Я в последнее время часто здесь бываю. Гера распорядилась и на вершине горы поставили открытую беседку, вокруг которой, на метра два было лето, среди заснеженной вершины.

Зелёная, ровная трава, красивые цветы бросались в глаза среди белизны снега. Позади беседки росло дерево оливы, чей рост естественно ускорили с помощью магии Беседка из дерева, как и стол, что стоял в ней посередине, пройдя внутрь, я сел на один из стульев.

— Вина? — ко мне подошла нимфа, которая жила в дереве и следила за этим местом. Я с улыбкой кивнул.

— Так не честно! — заставляя облако исчезнуть сказал Укун, падая на стул напротив, — я думал мы полетим!

— Я не умею летать. Вернее умею, но не знаю, как это получилось тогда.

— Кстати, как вы с ним там? — Укун, повёл рукой около головы, но мне и так было понятно о чем речь. Получив вино, я поблагодарил нимфу и та вернулась обратно в дерево.

— Пока никак. Я запер его, настолько хорошо, насколько смог.

— Вам нужно поговорить.

— Я знаю. Думаю сделать это сейчас. Ты подстрахуешь? Если что?

— Конечно!

Если честно, не очень хотелось снова слышать голос этого сварливого старика. Я боялся, что если выпущу его то он снова попытается взять надо мной контроль. Не думаю, что смогу снова противостоять ему. Его мощь просто раздавит меня своей тяжестью. Боги — это первозданная стихия Вселенной, сама природа, над которой не властен никто. Переть против такого…

Но Укун прав. Мне нужно с ним поговорить. Мне нужна его сила, а не эти крохи, что присутствуют во мне сейчас. На наш дом надвигается война и я, как глава семьи должен быть сильным.

Понимаю, что я для него всего лишь помеха. Ведь их изначальный план был в том, чтобы использовать наши тела и души как проездной билет в новую Вселенную, но что-то явно пошло не так. Для них мы всего лишь вещь, не более. Что для Бога смертная душа, верно? По их мнению мы должны были с радостью отдать свои души, чтобы они могли сидеть в наших телах как в своих собственных. Ведь нет миссии величественной, чем угодить Богам.

Но я не собирался этого делать. У меня появился второй шанс. Новая жизнь, которая обещает быть очень интересной, полной приключений и любящих меня людей. Я не был богат этим в прошлой жизни, по большей части по своей вине. Словно черепаха я прятался в своём панцире, игнорируя жизнь, которая шла перед моими глазами, пропуская все самое интересное. Только и знал, что проводить время в одиночестве, считая это самым лучшим решением. Работа, дом и ничего. Одинокие дни рождения, отмазки, чтобы не приходить на какие-то встречи, если меня приглашали. Я отгородился от всего этого, считая, что поступаю правильно, думая, что так мне комфортнее всего. И что по итогу? Ничего. Я поговорил с Аидом вчера, попросил его, чтобы он рассказал мне о том, что происходило со мной, после смерти. Бог в нем помнил все и то, что я услышал заставило меня лишь грустно усмехнуться.

Ничего не было. Совсем. На моих похоронах были лишь родители. Коллеги в общем чате выразили свои соболезнования, а после обсуждали как проведут корпоративных, которой намечен на следующую неделю. Бывшие одноклассники лишь зафиксировали, что я третий, кто умер из их класса. И что тех, кто сел в тюрьму пока ещё больше.

Мне не было жалко себя. Наоборот, я злился. Как я мог так запороть свою жизнь? Было столько возможностей и я не воспользовался ни одной. Просто жил впустую, занимал место в ячейке общества. Самый скучный человек за всю историю человечества.

Теперь же я хочу это изменить. И для начала мне нужно одолеть Шиву, чтобы вместе с новой семьёй творить историю в этом мире.

— Я создам защиту, подожди, — Укун подошёл ко мне и коснувшись пальцем моего лба что-то прошептал.

Я почувствовал боль, не сильную, но достаточную, чтобы поморщиться.

— Что это? — я видел, как плетутся серебряные нити, что плетутся вокруг моей головы, постепенно закрывая обзор.

— Я же сказал — защита, если что пойдёт не так, он не должен выпустить Зевса наружу и тебя. Ну, я надеюсь. Если нет, то придётся драться с тобой, а мне не очень этого хочется, поэтому ты уж там постарайся с ним договорится. — я уже не видел Укуна, стало темно, а постепенно исчезли и все звуки. Я оказался в полной изоляции.

— Ну, погнали, — я даже не понял, подумал я об этом или сказал вслух. Неважно. Сосредоточившись, я начал шарить рукой до тех пор, пока моя рука не нащупала большую, железную дверную ручку. С силой я потянул её вниз и на себя, открывая тяжелую, толстую дверь, чей скрип ударил мне по ушам, заставляя вздрогнуть.

За дверью была лестница, которая вела вниз. Стоило мне сделать шаг, как загорелись факелы, что были в серых стенах. Прикрывая глаза от яркого света я начал спускаться. И чем ниже я был, тем сильнее на меня давили стены, словно они были живые и их задачей было сомкнуться в какой-то момент, тем самым запереть меня здесь. Но стоило мне их коснуться, как они признали хозяина и отступили. Даже стало легче дышать.

Я не знаю сколько шёл. Но это была явно самая длинная лестница в моей жизни. Закончилась она ещё одной дверью ещё больше предыдущей. Я прислонил ухо и прислушался. Тишина.

Я знал что надо делать, поэтому прикоснулся к стене около двери и часть камня растворилась, обнажая некую нишу, где лежал огромный железный ключ. Взяв его, я вставил предмет в замочную скважину и со скрипом повернул несколько раз. До тех пор, пока дверь не открылась на пару сантиметров.

Взявшись за ручку, моя рука ощутила насколько она была горячая. Замерев на время в нерешительности я посмотрел наверх. Может уйти? Нет. Если начал — доведи дело до конца. С этой мыслью я потянул дверь на себя, открывая её.

Комната, два на два метра. Все те же серые стены и такой же пол с потолком. Ни окон, ни удобств. Лишь комната и закованный в цепях но ногам и рукам посередине мужчина, повернутый спиной к двери. Медленно я обошёл его и посмотрел ему в лицо. Его рот и глаза были прикрыть железными пластинами. Свободны были лишь уши, судя по тому, что он начал шевелиться, услышав меня.

Я медленно снял пластину с его глаз, чья голубизна сильно выделялась на фоне серого всего. Несколько минут мы глядели друг на друга. Я читал в его глазах злость. Ещё бы! Посмел заковать самого Громовержца словно он какой-то особо опасный преступник! Если бы его сила действовала на меня в этом месте, от моей тушки остались бы только зубы и копчик. Ну или что там не сгорает в огне?

С неохотой, но так надо, я снял пластину закрывающую рот Зевса и уже ждал волну ругани, но вместо этого мои уши встретили тишину.

— Как ты посмел? — спустя некоторое время спросил он чуть хрипло глядя на меня.

— Посмел что? — мне стало неуютно от его тона, но я сохранял ледяное спокойствие. Это моя голова, мой разум и я здесь хозяин.

— Запереть меня здесь, вот так.

— Я думал, что мы договорились, — Мне не хотелось стоять, поэтому я создал стул из камня и сел в него, неотрывно следя за богом, — ещё тогда, когда ты узнал, что у Арти есть парень. Мы договорились, что поживём наши смертные жизни так, как хотим мы. А что по итогу? Ты на какое-то время завладел моим телом и лишь по счастливой случайности я смог вернуть контроль.

— Я просто воспользовался случаем, смертный, — склонил голову набок Зевс.

— Смертный, посмотрите как мы заговорили, — я усмехнулся, — а мне показалось, что мы вроде бы как начали сближаться.