Отец Пепла (СИ) - Крымов Илья - Страница 79

— Я должен послужить ещё одному рексу, — сказал старик надтреснутым голосом, — видимо, это ты, мой мальчик.

Груориг не нашёл ничего кроме:

— Я не рекс.

— Не придирайся к деталям! Ты Зэльгафивар в Охсфольдгарне, у тебя есть армия, а, значит, ты рекс! Какая разница, кто теперь стоит над тобой, Горный Государь или пришлый божок?

— Охсфольдгарна больше нет, и кто-то скажет, что эта разница значит всё.

— Кто-то, но не я! — ткнул узловатым пальцем в потолок Озрик. — Идём, нанесём визит твоей почтенной матушке и сёстрам, а потом займёмся делами. Я официально утверждён на пост твоего канцлера.

Мелкий гулгом, торчавший за спинкой кресла, неспешно развернул его и покатил по золоту, из-за чего старый Озрик принялся ругаться.

— Какое неуважение к металлу! Крэндамора, клянусь кремнием и камнем!

Груориг пошёл рядом, всё ещё чувствуя звенящую пустоту внутри.

— Скажи, старина, что ты обо всём этом думаешь?

— Что? А. Ну, при твоём деде такого бардака не было уж точно, но… Знаешь, как я всегда говорю: если судьба подкидывает тебе грибы — ешь грибы! Хочешь сухарик? Грибной!

Принц Красного Золота прислушался к звенящей пустоте внутри себя и расслышал протяжное урчание.

— А знаешь, да, хочу.

Жизнь продолжилась.

Глава 16

День 25 месяца фебура ( II ) года 1651 Этой Эпохи, Кхазунгор, Шдаваргарн.

Бога стало много. Сотни его двойников с невероятной скоростью перемещались по верхнему городу, собирая камень, стаскивая его в одно место и ведя стройку. У разрушенной крепости на глазах поднимались корпуса военного городка с большим плацом в середине и высокими стенами по периметру. Расчёт делался на то, что в этом месте будет проживать несколько тысяч ратников, и не только — принц Красного Золота объявил призыв добровольцев из числа глубинников на военную службу. Подразумевалось, что вчерашние ополченцы должны были стать настоящими ратниками, и это укладывалось в голове не у каждого.

Но не только возведение военного городка занимало Туарэя; не меньше его двойников метались вокруг одного из наиболее уцелевших во время штурма зданий — некогда величественного дворца городского вокзала. Он лишился крыши и прекрасные статуи на фасадах покрылись копотью, гигантские витражные окна опустели. Теперь Туарэй восстанавливал дворец, латая трещины и дыры, накрывая его новой черепичной крышей, похожей на зелёную чешую.

Ещё невдалеке от вокзала он возводил странные каменные конструкции, похожие на гигантские подставки для гигантских бутылей. Там же Шираэн Гурдвар, оторванная от создания нового концентратора гурханы, чертила на огромной расчищенной площадке круг стабилизации портального окна.

— Контур замкнут надёжно, — бормотала мастерица артефактов, паря на высоте, пока Туарэй выводил в камне линии раскалённым копьём, — сигил Бехтауна прочерчен чётко, сопряжение потоков в доме Плуга чистое, хрустальные призмы… Было бы легче, не окажись всё так плотно засыпано пеплом, повелитель мой! Призмы должны быть чистыми, иначе какой в них прок⁈

Бог вздохнул и обратился к духам воздуха:

— Расчистите всё вокруг и пусть на призмах не будет ни пылинки.

Те слишком боялись его, чтобы ослушаться, и под ударами ветра пепел хлынул во все стороны, прочь, подальше от чертежа. При этом нескольких духов затянуло внутрь призм и они стали жалобно звать на помощь, не в силах выбраться самостоятельно.

— Прежде для этого нужно было знать заклинание и иметь силы его применить, теперь достаточно просто попросить, — отметил Туарэй, вырезав на камне сигил Сактауны и развеяв над ним измельчённый в пыль сушёный подорожник с полынью. — Всё это навивает воспоминания о годах учёбы, длинных скучных ритуалах…

Шираэн, закончившая бормотать очередную часть словоформул, медленно опустилась на землю, огляделась.

— Что ж, хорошо. Бехтаун создаст для нас пространственную червоточину, его сестра Сактауна не позволит завязать реальность узлом из вредности, призмы поймают незваных гостей из подпространства, если те случайно наткнутся на наш портал и полезут на эту страницу бытия, энергетический контур прочно замкнут и укреплён немыми молитвами чародеев Зукрета… Мне кажется, всё готово.

— Тебе кажется? — наклонил голову Туарэй.

— Да, мне кажется, повелитель, — вызывающе повторила волшебница. Поскольку рядом никого не было, бог не обращал внимания на маленькие дерзости с её стороны и Шираэн не уставала проверять рамки дозволенного. Ей нравилось заигрывать с беспощадным пламенем. — Позвольте напомнить, что я не специализируюсь на пространственной магии, даже телепортироваться не умею. Но поскольку портал — это, по сути, артефакт, а теория хорошо известна… мне кажется, что всё готово и можно приступать. Главное, чтобы координаты были даны точно, и чтобы вы не разрушили окно своим прикосновением!

Бог молча отошёл от громадного чертежа и охвостьем копья начертал на земле небольшой круг трансмутации элементов. Ничтожная капелька силы вошла в линии и знаки, породив трескучие красные молнии, через считаные мгновения часть каменного покрытия превратилась в большой свинцовый слиток.

— О, даже душа элемента изменилась, — отметила Шираэн с уважением.

— Разумеется. Свинец с душой гранита бесполезен, когда нужно получить надёжный экран.

Тело Туарэя стало быстро меняться, исчезли крылья, хвост, рога, сам он уменьшился до размера высокого человеческого мужчины, хоть и покрытого красно-серебристой чешуёй. Затем свинец расплавился и ожившим потоком укутал божественное тело целиком, оставшись при этом горячим и гибким.

— Я готов, провешивай окно.

Шираэн встала на краю огромного круга стабилизации, совершила несколько глубоких вдохов и выдохов, ощутила, как гурхана густыми и сильными потоками перетекает по энергопроводящим потокам её астрального тела, прислушалась к хрустальным голосам множества амулетов, талисманов, явных и скрытых волшебных вещиц, собранных и созданных собственноручно. Один из браслетов, исполненный в виде золотой ящерки с крупным овальным сапфиром в голове, высунул коралловый язычок, облизнул глаза; сапфир вспыхнул и перед магессой материализовалась её книга заклинаний, а сам браслет покинул запястье, обратившись в тонкую изящную волшебную палочку белого золота, украшенную чеканными чешуйками и с сапфиром на конце.

Гримуар открылся и страницы быстро замелькали, пока не появилась нужная.

— Приступаю!

Шираэн повела волшебной палочкой, с сапфира посыпались индиговые и бирюзовые искры, громкий, хорошо поставленный голос начал длинное заклинание, магическая схема на земле ожила. Призыв так называемого Демона Путей по имени Бехтауна прошёл без проблем, эта сущность проявилась заметной рябью пространства над центром круга; тут же явилась его родственная сущность по имени Сактауна, которая получила подношение в виде подорожника и полыни, сковала брата обязательствами и заставила его пробуравить червоточину меж двух точек реального пространства. Шираэн вливала огромное количество гурханы в замкнутый стабилизирующий чертёж, расходуя свои ресурсы, окно портала стабилизировалось, осталось лишь продолжать по кругу напевать нужные словоформулы.

— Иду.

Покрытый свинцом Туарэй шагнул через портал и тут же вышел с другой стороны. Координаты он предоставил совершенно верные и завис теперь в воздухе под потолком огромной полутёмной пещеры, над тёмными водами.

Подземный порт Шдаваргарна был вырублен в каменной породе, он имел множество складов, кабаков, большую управу, а также морской арсенал, судоверфь с механическими кранами, больше сотни причалов и самое главное: стоявшие на внутреннем рейде арестованные корабли. С подлунным миром эту громадную пещеру связывала шахта большого подъёмника, который сейчас не работал. Порт пустовал, лишь два легионера несли дозор над широким входом в акваторию.

«Вольно,» — мысленно приказал Туарэй.