Укротитель миров II: магия и кровь (СИ) - Рудин Алекс - Страница 37

Непостижимым образом Тёмный Проводник вошёл в палату незамеченным и опять стоял возле кровати!

Симагин повернул голову и увидел фигуру в чёрном плаще с широким капюшоном.

— Да, — закивал барон, боясь передумать. — Я хочу, чтобы моё желание исполнилось! Я хочу…

Тёмная фигура еле заметно шевельнулась.

— Мне не нужны подробности. Достаточно, что их знаешь ты. Насколько сильно твоё желание?

— Очень! — подтвердил барон Симагин.

И торопливо спросил:

— А если желание не одно?

— В этом нет ничего страшного, — негромко сказал Тёмный Проводник, — если твои желания не противоречат друг другу.

— Не противоречат! — заверил его барон.

— Что ж, сосредоточься на них, а я просканирую твою матрицу. Закрой глаза — так тебе будет проще.

Барон крепко зажмурился и представил голую княжну Соловьёву. Он не знал, как она выглядит без одежды, но достаточно изучил фигуру княжны. Остальное доделало воображение.

— Попробуй объединить все желания в одну картинку, — приказал голос.

Барон представил себя рядом с княжной. На нём богатый костюм, на левой стороне груди вышит княжеский герб. Правый карман пиджака чуть оттопыривается — в нём лежит увесистый пухлый бумажник. Барон — нет, князь Симагин! — сидит в роскошной столовой своего дворца на Невском проспекте и завтракает с золотой посуды, которую подаёт ему симпатичная служанка в белоснежном кружевном переднике. Князь Симагин протягивает руку к высокому бокалу на тонкой ножке, в который налито коллекционное шампанское «Дом Роше». Симагин делает глоток и лениво улыбается, глядя на княжну Соловьёву.

— Я сегодня допоздна задержусь на бирже, — говорит он. — Не жди меня.

Княжна послушно кивает. Её розовые соски вздрагивают.

Князь Симагин знает, что она всё равно будет ждать — ведь княжна влюблена в него, как кошка. Эта мысль будоражит Валентина.

— Достаточно, — шелестит голос Тёмного Проводника. — Я вижу, ты настроен серьёзно.

Барон Симагин открыл глаза. Образ княжны Соловьёвой медленно таял в ночной темноте палаты.

— Что дальше? — спросил барон.

— Завтра приступай к занятиям, — приказал Тёмный Проводник. — Никому ничего не говори и почаще думай о своих желаниях. Когда придёт время, я с тобой свяжусь.

— Когда это будет?

— Скоро. Проход в другой мир требует подготовки. Ты получишь записку с указаниями, она будет в твоём кармане.

— В том другом мире, там всё будет так, как я хочу?

Тишина.

Симагин повернул голову и увидел только стену, выкрашенную белой краской.

Фигура в чёрном плаще бесследно исчезла.

Утром мы с баронессой пили кофе на открытой веранде и слушали пение птиц. Судя по тёмной окраске с рыжими пестринами, это были скворцы. Они деловито перепрыгивали по развесистой рябине, на которой гроздьями висели ярко-оранжевые ягоды.

По небу скользили лёгкие белые облака. День обещал быть солнечным, а для петербургского августа это редкость.

— Хорошо, что ты поступил в училище, Костя, — осторожно сказала баронесса, поглядывая на меня.

— Согласен, — ответил я, разглядывая тонкую молочную пенку на стенках чашки.

— Конечно, это всего лишь начало, — улыбнулась Маша, — но перед тобой открываются хорошие возможности. Ты всего лишь дворянин, а уже бываешь во дворце и лично знаком с Императором. Есть шанс сделать карьеру при дворе.

Я и сам думал о возможностях и прикидывал разные варианты будущего. Но слова баронессы неприятно царапнули.

Это моё будущее, мне о нём и думать.

Я промолчал и сделал глоток кофе.

— Мой отец хочет с тобой познакомиться, — сказала Маша.

Я чуть было не спросил «зачем», но вовремя спохватился. Всё было понятно и так.

Я пожал плечами.

— Хочет — значит, познакомимся.

— Ты не против? — обрадовалась баронесса.

— А почему я должен быть против? — уклончиво ответил я.

— Отлично! Тогда я поговорю с папой и позвоню тебе. Слушай, а ты сможешь приехать к нам в гости в форме?

— У меня есть неплохой костюм, — удивился я.

Надевать комбинезон не хотелось. Хоть Аня и подогнала его по фигуре, но плохую дешёвую ткань не скроешь.

— Нет!

Маша тряхнула головой.

— Понимаешь, мой папа хоть и барон, но никогда не служил в армии. А ты пока просто дворянин, но форма придаст тебе…

Баронесса замялась, подыскивая подходящее слово.

— Серьёзности? — спросил я. — Веса?

— Вот-вот!

Маша не уловила сарказм в моём голосе.

— Я могу даже палаш прицепить, — согласился я. — И притащить с собой голову какой-нибудь твари пострашнее.

— Да ну тебя!

— Ладно, буду в форме, если ты просишь. Ты закинешь меня в училище, или уже опаздываешь?

— А сколько сейчас времени? — спохватилась баронесса.

И тут в её сумочке зазвонил телефон.

— Да, Жан Гаврилович! — сказала она. — Слушаю!

Я насторожился.

— Прорыв, где?

Баронесса выслушала ответ и побледнела.

— Так это же совсем рядом с нами! Поняла!

Чёрт!

Я поставил пустую чашку на стол и поднялся с кресла.

Глава 18

Я поставил пустую чашку на стол и поднялся с кресла.

— Что случилось?

— Твари в Шуваловском парке! Внезапный прорыв узла. Полиция и гвардия уже выехали, но мы ближе всех!

— Едем!

Маша подбежала к машине и достала из багажника комплект формы.

— Отвернись!

Она быстро переоделась и села за руль. Я уже сидел рядом.

Мотор машины взревел, и она рванула с места, пробуксовывая на песчаной дорожке.

— Как курсант Магического училища, ты поступаешь в моё распоряжение! — быстро говорила баронесса, не отрывая взгляда от дороги. — В сторону!

Мы вылетели на перекрёсток Суздальского шоссе и Выборгского тракта. Летевший по шоссе продуктовый фургон, скрипя тормозами, шарахнулся в сторону. Водитель что-то кричал, грозя нам кулаком.

Вдалеке послышалось завывание полицейских сирен.

Не сбавляя скорости, баронесса свернула на разбитый асфальт парковой аллеи. Машина ухнула в колдобину, и я чуть не вылетел через люк. Ели, рябины и берёзы мелькали по сторонам дороги. Ветки хлестали по лобовому стеклу, скрежетали по железу кузова.

Впереди, между деревьями, мелькнуло здание усадьбы — жёлтое, с белыми колоннами.

И тут мы наткнулись на первый труп.

Мужчина в шортах и цветастой рубахе лежал прямо на дороге лицом вниз. Руки его были выброшены вперёд — видимо, он упал на бегу. Под головой уже натекла лужа тёмной крови. Спина представляла собой кровавое месиво — её рвали когтями или зубами.

Маша резко затормозила. Меня бросило к лобовому стеклу, и я больно ударился локтем. Шипя от боли, втянул воздух сквозь стиснутые зубы.

Но рассиживаться было некогда.

Баронесса уже выскочила из машины. Она подбежала к лежавшему мужчине, присела рядом с ним и проверила пульс.

— Мёртвый!

Лицо Маши было бледным, глаза расширились.

— К усадьбе, скорее! — крикнула она. — Там могут быть ещё люди!

— Стой!

Я схватил баронессу за плечо.

Чёрт!

Вдвоём в огромном парке, где за каждым кустом может прятаться тварь!

А у нас даже оружия нет!

Не отпуская плечо Маши, я медленно обвёл взглядом аллею.

Тихо.

Подозрительно тихо.

Ни звука, ни движения.

Как будто вся лесная мелочь попряталась, почуяв рядом сильного хищника.

И тут я почувствовал магический узел.

Словно совсем рядом со мной мерно билось огромное сердце. Биение было неслышным, но отдавалось во всём теле. Это матрица резонировала с энергией узла.

Под кожей возник невыносимый зуд. Почти сразу он превратился в сильное жжение. Как будто волокна матрицы раскалились и теперь прожигали кожу. Я даже услышал шипение испаряющейся жидкости и почуял запах палёного.

Перед глазами поплыли цветные круги.

Мне показалось, что это от боли. Но круги пульсировали в такт биению магического узла.