Любовь к наследству прилагается (СИ) - Вильде Арина - Страница 37

— Не волнуйтесь так, все будет хорошо, — подбадривает меня медсестра и я теряю сознание.

Глава 32

Люба

5 месяцев спустя

— Кирилл пропустил мой юбилей, впервые за эти годы, — отрываясь от документов жалуется мне Федор Александрович. — Сколько это еще будет продолжаться? Да, возможно, я перегнул палку, но ведь это не повод разорвать все связи.

— Дайте ему время и он обязательно простит вас.

— Может, если бы ты все-таки сказала ему о том, что ждешь ребенка он бы вернулся, — поджимает губы мужчина и смотрит на мой выпирающий живот.

— Нет, вы обещали мне! — Получается слишком резко и нервно, но я и в самом деле не хочу чтобы Кирилл вновь ворвался в мою жизнь только из-за того что я беременная. Он не хотел отношений, не хотел обязательств, не хотел детей, поэтому я не собираюсь портить его идеальную жизнь и "радовать", что в скором времени он станет папочкой. Хотя на самом деле нежелание делиться с ним этим секретом заключается в том, что я активно отслеживаю его "Инстаграм" и наблюдаю там слишком много длинноногих стройных девушек. И если на расстоянии меня так штормит от этого, то что будет когда мы начнем встречаться, проводить вместе время с ребенком, а потом он будет уезжать у очередной блондинке?

Я не хочу чтобы у моего ребенка был "отец по воскресеньям", уж лучше скажу, что он умер. Или улетел в космос. Или покоряет Антарктиду. Или еще чего-нибудь.

За пять месяцев Царев лишь несколько раз позвонил дедушке, сухо поинтересовался как у того дела со здоровьем и прислал на счет деньги от продажи одного из ресторанов на ремонт завода. И на этом все. Обо мне он даже не спрашивал, но больно-то и надо. Нам с лапочкой больше никто не нужен.

Я с нежностью провожу рукой по животу и чувствую как моя девочка начинает пинаться. На лице расцветает счастливая улыбка. Еще немного осталось, каких-то недель семь, и я увижу свою дочь, смогу подержать ее на руках и искать на личике знакомые черты.

— Ты сделаешь только хуже, Люба, потеряешь его навсегда. Такое Кирилл точно не простит.

— Мне все-равно, — хочу казаться безразличной и очень надеюсь, что у меня получается.

— Не ври. У меня хоть и проблемы со зрением, но я еще не полностью ослеп. Ты любишь его и я уверен, что и Киру ты не безразлична. Мне было достаточно сцены в больнице, чтобы понять это.

— Нет никакой любви, вам показалось.

— Ну да, ну да. Хорошо хоть мне не соврала, а то так бы и умер не узнав, что у меня есть правнучка.

— Не заводитесь, вы словно заезженная пластинка повторяете это изо дня в день.

— Потому что слишком хорошо знаю твой упертый характер. И вообще, где это видано, чтобы при живом отце ребенок рос в неполной семье! Перепишу на правнучку завещание, вот удивится Кирилл, когда я помру и его огласят.

— Никаких завещаний, — говорю категорично, потому что не горю желанием становится собственником компании до совершеннолетия дочери. — И пообещайте мне, что и дальше будете держать язык за зубами.

— Хорошо-хорошо, но после рождения ребенка ты скажешь ему о том, что он стал отцом. Либо это сделаю я. Но в любом случаи будет скандал, даже больше, чем в прошлый раз.

— Вы ошибаетесь, Кирилл не хочет детей. Он мне так и сказал.

— Девочка моя, мужчины и в сорок могут сказать, что не готовы к отцовству, что слишком рано и дети их раздражают, но стоит только взглянуть на маленького человечка, который является твоим продолжением — все эти отговорки идут к черту. Ты совсем извела себя, вся на нервах, бледная, поговори с ним, попроси прилететь, обсудите все. Скажешь, что не была уверена в том, что ребенок от него, поэтому ничего не сказала пока не узнаешь наверняка. Нужно смягчить эту новость.

— Нет, нет и еще раз нет. Если мы когда-то увидимся и он спросит напрямую, я не буду врать, а пока что за все это время он ни разу не изъявил желание поинтересоваться моими делами. Пусть дальше отдыхает на островах.

— Он сейчас во Франции.

— Не важно, — вырываю из рук Федора Александровича документы и спешу покинуть кабинет, пока мое внутреннее равновесие не развалилось окончательно.

Глава 33

Кирилл

В мое отсутствие город совершенно не изменился, все такой же серый и многолюдный. Когда такси везет меня мимо "СтальПрома" я не могу удержаться, оглядываюсь назад, чувствуя странную ностальгию и тоску. В голове тут же всплывает образ девушки, которую я всеми силами пытался забыть, но так и не получилось. В каждом лице, в каждой женщине, я ищу ее черты, мысленно сравниваю и злюсь, когда понимаю что ни одна из них не заводит меня настолько. Ни одну из них не хочется обнимать всю ночь, не хочется готовить ей завтраки и специально действовать на нервы.

Но и в то же время, я настолько ненавижу ее, что даже удалил ее номер из контактов к чертовой матери. Я понимаю, что не маленький мальчик и таить обиду на Левандовскую как раз-таки из разряда детских поступков, но ложь и манипуляция моей жизнью знатно выбесили меня. Думал уеду, забуду обо всем, любовницу заведу, спокойно займусь тем, о чем мечтал всю жизнь, но зудящее чувство внутри меня никак не дает покоя. И ничего не помогает: ни работа, ни алкоголь, ни многочисленные девушки, лица которых я даже не вспомню.

За пять месяцев я лишь три раза возвращался в родной город и каждый раз с трудом держал себя подальше от дома Любы. Каюсь, хотелось притаиться где-то на парковке, выждать ее возвращения либо хоть одним глазком взглянуть на свет в ее окнах и, возможно, даже заметить ее силуэт.

Я вхожу в свою пустую квартиру и заваливаюсь на диван. Смотрю в потолок, пытаясь понять что делать со своей жизнью. Идти мириться с дедом это как признать свое поражение, да и выслушивать в очередной раз нотации не очень-то и хочется. Мне нравится моя новая жизнь, я часто в разъездах, выкупил еще одно здание под будущий ресторан и уж точно могу обойтись без денег деда.

Мои мысли нарушает телефонный звонок.

— Ты уже прилетел? Давай выберемся куда-то, выпьем, — звучит в трубке голос Егора, с которым мы столкнулись несколько месяцев назад на одном из мероприятий и как-то неожиданно тесно сдружились.

— Да, но сегодня я труп. Весь день в дороге, перелет, так что давай завтра, — я и в самом деле измотан и единственное чего мне сейчас хочется, забыться крепким сном, чтобы не сорваться и не рвануть в загородный дом, чтобы убедиться что с дедом все хорошо, а еще хоть что-то узнать о Любе.

Она безумно закрытый человек. Ее даже в инстаграм нет. Кто в наше время не пользуется им? Даже дед и тот свою страничку ведет. Недавно вот с какой-то дамой средних лет засветился.

— Ладно, кстати, на выходных пересекся с твоими.

— Кем? — не сразу понимаю о ком речь.

— Ну, с дедом, прости, не помню как его зовут и с бывшей твоей. Люба ведь бывшая?

— С чего ты взял, что у нас с ней что-то было? — стоит лишь прозвучать ее имени, как я весь напрягся. С трудом сдерживаю свое любопытство, чтобы не задать по сто вопросов вплоть до того какого цвета были ее туфли.

— Брось, думаешь я не знаю кто увел у меня на вечеринке горячую девочку? Правда сейчас она далека от того образа, — хмыкает он и перед глазами вместо тонкой талии Любочки плюс двадцать килограмм, уродливые очки и лицо в прыщах. Лучше бы она так и выглядела с самого начала, тогда бы я точно даже не посмотрел в ее сторону.

— Давай не будем о людях из моего прошлого.

— Ладно-ладно, твои семейные дела меня не касаются, тем более твоя бывшая замуж вылетела.

— Что? — резко поднимаюсь с дивана и с силой сжимаю пальцами телефон.

— Ну, беременная она, пузо такое огромное. Жесть.

— Подожди, это точно была Люба?

— Ну, да, тем более она поздоровалась со мной и мы даже перекинулись парой словечек.

Я отключаюсь даже не попрощавшись. Люба замужем. Люба беременная. Меня трясет от страха. Страха того, что я навсегда потерял ее. Я пытаюсь себя успокоить, убедить в том что это к лучшему, так и должно быть, но злюсь еще больше и переворачиваю на пол полку с книгами.