Любовь к наследству прилагается (СИ) - Вильде Арина - Страница 29

Я слышу его отдаляющиеся шаги и сползаю по стеночке на холодный кафель, пытаясь совладать с головокружением. Если так будет начинаться каждое мое утро, то я точно не захочу второго ребёнка.

Я выхожу из комнаты через полчаса. Чувству себя истощённой, но уже терпимо.

— Вот, апельсиновый сок, сыр и орехи, — Кир кладёт на стол передо мной стакан и тарелку. Я удивленно скидываю на него взгляд.

— Ты, кажется, не выглядела вчера пьяной, чтобы утром выглядеть так, словно была на пивном чемпионате.

Спасибо за заботу, — свежевыжатый сок и в самом деле помогает. Я быстро прихожу в норму, по просьбе Царева выхожу на задний двор и кормлю собак, а потом мы садимся в его авто и едем в сторону города.

Переговариваемся о всякой ерунде, слушаем новости и составляем рабочий план на день.

— А это что такое? — с интересом разглядываю фуру, которая въезжает в ворота завода.

— А, это… это на случай повторной проверки. Решил уделать им нос, — по-мальчишески улыбается Кир, потирая руки.

— Надеюсь, там никакого криминала, — смотрю на него подозрительно.20b997

— Что ты, Любочка, всего лишь листовки на полтора миллиона!

— Что?

— Будем просвещать наших сотрудников о ЗПП и СПИДе.

— Ты сумасшедший, — смеюсь я, выскакивая из машины.

***

Проверка явилась через два дня после «пожара». С толстой папочкой, где были копии некоторых наших договоров и отчетов, которые мы сдавали в налоговую инспекцию. И конечно же там были те полтора миллиона, которые мы перевели за печатную продукции в «компанию-яму», как выразился очкарик. И это было смешно. Мамаев мог подослать инспекцию по труду, рейдерский захват, перекрыть нам поставку сырья, но видать он не настолько всемогущий и влиятельный, как хочет казаться. Вообще поговаривают, что в его компании дела идут плохо, поэтому он решил «расшириться». За наш счет.

— Какая еще компания-яма? — с ухмылкой спрашивает Кирилл, предоставляя документацию по сделкам. — Вот, все прозрачно, есть все накладные, счета, договора.

Гости недоверчиво посмотрели на протянутые им документы, пробежались по ним глазами, а потом переглянулись и устремили на нас свой взгляд.

— То есть, Кирилл Игоревич, вы хотите сказать, что закупили информационных брошюрок на полтора миллиона?

— Да, — невозмутимо произнес Кир, откидываясь на спинку кресла. Сегодня я полностью предоставила ему вести «переговоры». На самом деле сначала мы пытались прозрачными намёками договориться с ними о том, чтобы составить акт, что у нас все в порядке, но видимо, Мамаев держит их чём-то за хвост и они не перекупаются.

— И, наверное, уже и раздали все. Сотрудникам там, каждому по коробочке? Или же они сгорели в пожаре?

— Да нет, большая часть конечно же еще есть, куда я столько за несколько месяцев дену? Идемте, дам вам удостовериться что никакого криминала здесь нет и ваша так называемая «яма» и в самом деле предоставила нам услуги типографии на указанную в договоре сумму.

И мы пошли. По коморкам, лестничным площадкам и туалетам. И везде тостенькие пачки брошюр, скреплённых пластиковой лентой.

— Знаете, у нас разнополый персонал и после того как охрана застала прямо в подсобке нашего кадровика и инженера за… гм… этим самым, а потом мы лишились сотрудника из-за тяжелого заболевания на целых два месяца, мы решили поучаствовать в социальной программе и распространять информацию о том, как важна защита и какие последствия несет за собой незащищенный секс, — вещает Царев монотонным невозмутимым голосом, а я с трудом сдерживаю смех. Господи, да это каламбур какой-то. И ведь даже против ничего не скажешь. — Еще часть брошюр находится в женском туалете, не знаю тактично ли это заходить туда, но …

— Нет-нет-нет, достаточно — сквозь зубы шипит очкарик, как я поняла он из ни двоих главный.

— Конечно, это не все для внутренних потребностей компании, в декабре, вместе мы участвуем в благотворительной акции и все наши сотрудники присоединятся к ней. Мы будем раздавать листовки на улицах города, тем самым спасая чьи-то жизни.

Ну, все, Царева не остановить. Он вжился в свою роль, и я не уверена что мужчины понимают что над ними просто-напросто насмехаются.

— Ладно, с этим разобрались, — разочарованно поджимает губы мужчина и нехотя оба покидают завод.

— Ну, как я из, а? — довольно потирает руки Кир.

— Не надо присваивать себе все лавры, если бы не я, они бы уже успели перерыть все документы.

— Не порть момент, Левандовская, а если серьезно, я намерен назначить Масаеву встречу и по-серьезному обсудить дела, — выражения лица мужчины вмиг меняется и от мальчишеской улыбки не остаётся и следа. — Эти его наезды порядком бесят, я хочу спокойно улететь куда-то в отпуск, а не торчать в офисе целыми днями. А ещё наконец-то заняться нормальными похоронами для деда. Поставить памятник и собрать его друзей, чтобы помянуть.

— Рано ещё ставить памятник, — бубню я, — через год-два ставится, чтобы земля не просела, — добавляю быстро на непонимающий взгляд Кира.

— Как на счёт обеда?

— Я не… я плохо себя чувствую. Пойду к себе, много работы ещё, через четыре дня конечный срок подачи тендерной документации, нужно проверить все ли правильно подготовили.

— А, ну, хорошо, — в миг как-то сник Царев, засунув руки в карманы — Тогда хотел тебе напомнить, что завтра у Богданова юбилей и он пригласил нас..

— Тебя, Кирилл, — поправляю я.

— Пригласительное на две персоны, я подумал, тебе будет интересно пообщаться с ним в неофициальной обстановке и, возможно, рассказать о выгодах возможного сотрудничества.

— Я подумаю, — говорю неуверенно и покидаю его кабинет.

Глава 25

Кирилл

Я не хочу признавать этого, но я нервничаю. Словно впервые собираюсь на свидание, хотя это и свиданием нельзя назвать. С трудом удалось уговорить Левандовскую пойти со мной на прием. Не знаю почему, но мне вдруг захотелось увидеть ее в обтягивающем платье, с макияжем и прической. Женственной и неповторимой. А потом привезти к себе домой и бросить ее на кровать. Медленно снять тонкую ткань, лаская женственное тело. От воспоминаний о том, как мы проводили время во время моего вынужденного больничного в штанах мгновенно становится тесно.

Хрен знает как вообще получилось, что во мне вдруг проснулся интерес к этой девушке. А еще ревность. Едва сдержался чтобы не набить Егору морду на вечеринке. На которую, кстати, поперся тоже из-за Любы. Вернее, для того чтобы перестать думать о ней и трахнуть наконец-то какую-то горячую цыпочку. И вот, словно по иронии судьбы, в первые же десять минут я встретил там Любу, зажимающуюся с моим старым приятелем.

Я сажусь в авто и направляюсь в сторону дома Любы, вспоминая наше совместное утро. Признаться честно, было что-то в том, чтобы просыпаться с ней в одной постели, потом вместе завтракать. Смотреть как она разгуливает по кухне в одной моей рубашке и прижиматься к ее соблазнительному телу. А потом желательно устроить секс-марафон. Я даже забываю о том, что изначально подозревал ее в смерти деда. Да и если честно, теперь мне это кажется бредом. она преданная фанатичка и за три месяца ни разу не пыталась сделать что-то во вред компании. Разве что только мне.

Я паркуюсь у дома и пишу ей короткое сообщение. Не отрываю взгляд от входной двери и, когда Левандовская появляется на улице дыхание сбивается, а пульс учащается. Синее обтягивающее платье ей чертовски идет. Распущенные волосы струятся по плечам, а на лице играет легкая улыбка. Она садится в машину, а вместе с ней по салону разносится аромат цветочного парфюма.

— Надеюсь, ты не собираешься напиться, потому что больше я не поеду с тобой за рулем, — строго произносит она и я закатываю глаза.

— Расслабся, Любочка, ты слишком правильная. Не удивительно, что ты до сих пор не замужем.

— Я до сих пор не замужем, потому что вокруг одни придурки, — хмыкает она и пристегивает ремень безопасности.