Любовь к наследству прилагается (СИ) - Вильде Арина - Страница 23

Через несколько минут я сдаюсь.

— Чего тебе?

Кирилл хочет мне что-то сказать, открывает рот, но решает что лучше промолчать. В его глазах пылает гнев, он заглядывает мне за спину, словно проверяет квартиру на наличие чужака.

— Такси подано, — говорит спокойно и протискивается мимо меня.

— Я уже спала вообще-то.

— А должна была час как быть у меня.

— Я не давала согласие.

— А я и не спрашивал твоего согласия. У тебя есть пять минут, иначе пойдёшь прямо в пижаме. Не скажу что мне не нравится твой вид, но боюсь, соседи не поймут.

— Кирилл, — Устало вздохнула, скрещивая руки на груди, — признаю, что нам было хорошо, ты прекрасный любовник, опыт сказывается, но это просто приятно проведённое время. Ничего более. Так что давай не будем выходить за рамки дозволенного. Никаких встреч, ужинов и совместного времяпровождения. Ты помог мне справится с изменой парня, спасибо за это, но на этом все, — я подталкиваю его в сторону двери, но Царёв вдруг разворачивается ко мне и прижимает к стене. Его дыхание опаляет мое лицо, а пальцы нежно проводят по губам.

— Брось, Левандовская, просто давай признаём, что между нами возникла… кхм, кхм… симпатия. Вот уж никогда не думал что скажу это. Но это не значит, что я не считаю тебя хамоватой девицей, которая решила прибрать к своим рукам мою компанию. У тебя сейчас два варианта: либо ты одеваешься, мы едем ко мне, ужинаем, а потом как сложится, либо я беру тебя прямо здесь, у стены, и ухожу домой. Потому что между нами ничего нет, как ты говоришь.

Кирилл испытывающее смотрит мне в глаза, на его лице бушет ярость и под его взглядом я сникаю. Дышать становится тяжело, его руки блуждают по моему животу, показывая всю серьёзность его слов.

— Ладно, просто ужин, — сдаюсь я и он отступает.

Через час мы поднимаемся в лифте на двенадцатый этаж. Между нами царит напряжение. И молчание. С тех пор как я села в его авто мы не проронили ни слова. Лифт останавливается и Царёв пропускает меня вперёд.

Его квартира — типичное холостяцкое гнездышко, с одним лишь отличием — здесь чисто. Идеально вылизано. Никаких носков по углам, никакой грязной одежды и прочего хлама. Просторная студия, выполнена в стиле «лофт», с огромной кроватью у панорамного окна и современной кухонной зоной.

— Красиво, — произношу я, рассматривая город через окно.

— Спасибо. Я накрою на стол, подожди несколько минут. Вина? — суетится парень, подходя к холодильнику.

— Нет. Я… я приняла таблетки, так что сегодня у тебя не получится споить меня, — усмехаюсь я, с трудом удерживаясь чтобы не погладить свой живот. На лице расцветает счастливая улыбка и я отворачиваюсь от Кира, погружаясь в свои мысли.

Я все ещё переживаю по поводу своей беременности и жутко боюсь что с ребёнком может быть что-то не так. Что не смогу выносить его, что сделаю либо съем что-то не то.

Вечер проходит довольно-таки странно. Вкусная еда, приготовленная Царевым, две зажженные свечи на столе, тихая музыка и непринужденный разговор. В какой-то момент мне начинает казаться, что передо мной вовсе не Кирилл. Это совершенно другой мужчина, не тот напыщенный ленивый индюк которого я знала. Либо он умеет хорошо притворятся. Я пью сок, но он дурманит голову сильней крепкого алкоголя. Иди же это улыбка Кира так действует на меня?

— Потанцуем? — в какой-то момент предлагает он, протягивая мне руку.

— Что происходит? — вскидываю бровь, не сводя с него взгляда.

— А что происходит?

— Ты что-то задумал, да? Ужин, комплименты, а теперь и это, — киваю на его руку, не собираясь подниматься со стула. Кирилл вздыхает, сжимает губы в тонкую линию, а потом возвращается на своё место.

— Почему я должен объяснять причины своего поведения? Я хочу тебя и если тебе больше нравится быстрый перепихон на работе, то пусть будет так, — он со злостью бросает вилку на стол, а потом начинает убирать тарелки. Хозяйственный какой.

Я молчу. Прокручиваю в голове все, что произошло между нами и не могу найти этому объяснения. А потом решаю забросить удочку. Была не была.

— Мне тридцать два, Кирилл. Я хочу семью и ребёнка. Поэтому не вижу смысла в этих свиданиях, которые ведут в никуда.

— Почему с вами женщинами все так сложно? Зачем вам так рано дети? Что в этом такого? Ладно, может к сорока я и захочу их, но точно не сейчас. Возможно, ты права и нам не стоит выходить за рамки тех отношений, который уже установились. А ещё лучше — ничего кроме работы. Вечер прощания? — усмехается он.

— Что? — я пытаюсь не подавать виду, что его слова меня задели.

— Последняя ночь вместе, а с завтрашнего утра расходимся как в море корабли. Можешь вернуться к Максу или ещё кому-нибудь. Можешь выйти замуж и нарожать ораву детей, уйти в декрет, чему я буду только рад. А сегодня давай обо всем забудем и просто расслабимся.

Кажется, я хотела именно этого, вот только почему тогда не чувствую радости?

— Хорошо, — произношу сдавленно. — Тогда давай все же потанцуем. Ты, помнится, умеешь хорошо вести, — намекаю на благотворительный вечер и поднимаюсь со стула.

Я вкладываю ладонь ему в руку, сплетая наши пальцы в замок и иду за ним на середину комнаты. Кладу одну руку ему на плечо, а он — мне на талию. Мы медленно качаемся в такт мелодии, не говоря ни слова. Я чувствую как мое сердце начинает биться быстрее, наши тела прижимаются все ближе и ближе и я задерживаю взгляд на губах Царева. Этот момент кажется таким идеальным. В окно заглядывает полная луна, полумрак и интимность прикосновений. Его дыхание, щекочущее висок, запах, будоражащий воображение и дрожь, пронзившая мой позвоночник.

Глава 20

Кирилл

— Я хочу тебя, — шепчет Кир и тянется к моим губам. Мое дыхание сбивается, а губы пощипывает от поцелуя. Его руки крепко прижимают меня к его телу, а язык безжалостно завладел моим ртом. Из груди вырвался первый стон, я вцепилась пальцами в его плечи, чтобы не упасть и вскрикнула, когда Царев неожиданно поднял меня на руки.

Он осторожно положил меня на мягкую кровать и наши взгляды встретились. От огня, бушевавшего внутри его глаз, по телу прошла дрожь возбуждения и я нетерпеливо наблюдала как он медленно растегивает пуговицы на рубашке. Мне хотелось поторопить его, но я могла лишь зачаровано наблюдать за каждым его движением.

Белая ткань падает на пол и я не могу удержать громкий вздох. Каждый раз этот мужчина будоражит меня, сводит с ума, несмотря на всю мою ненависть. Возможно, именно это и поддает остроты ощущений.

Я в легком сарафане и Кирилл просто задирает подол, а потом стягивает мои трусики вниз. Проводит рукой между моих ног, размазывая предательскую влагу по внутренней стороны бедер. Он кажется взволнован и не спешит действовать. Медленно тянет вниз лямки сарафана, обнажая мою грудь. Его губы касаются затвердевших сосков и я цепляюсь пальцами в покрывало.

— Сделай уже это, — хныкаю я, не в силах больше терпеть.

— Не так быстро, — он накрывает меня своим телом и терзает губы. Его руки ласкают мое тело, иногда неистово, до синяков. Я двигаюсь навстречу ему, но каждый раз натыкаюсь на плотную ткань его джинс, разделяющую нас.

Наконец-то он сдается и штаны вместе с боксерами летят куда-то в сторону, как и мой сарафан, мы сливаемся в поцелуи и наши тела движется в унисон. Так сладко, чувствен и горячо. Я царапаю его спину, кусаю шею, выгибаюсь и выкрикиваю его имя. Мы так идеально подходим друг другу в постели и так отвратительно ведём себя за ее пределами. Мне хотелось бы, чтобы этот мужчина был не Кириллом, чтобы нас ничего не связывало в прошлом и, наверное, чтобы он на лет десять был старше. Тогда бы у нас определенно все получилось.

Когда возбуждение проходит, а наше дыхание выровнялось, вокруг вновь воцарилась неловкость. Я закрыла глаза и сделала вид что уснула. Кирилл же первое время лежал на другом конце кровати, а потом притянул меня к себе и принялся выводить круги на животе. Тяжело вздохнул и замер, засыпая следом за мной.