"Фантастика 2023-103" Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Поляков Владимир "Цепеш" - Страница 73

– И предал. Мрачный предлагал ему одуматься даже в последний момент. Он сам выбрал свой путь. Для меня мертва даже память о нем. Противно, что придется использовать смерть этого как один из символов.

– Такова необходимость, брат, – мягко произнес я. – Да и семья его в чем виновата? Жена Млава, дочка на выданье, двое малых сыновей... Клеймо предателя сделает их жизнь вечными муками, пусть даже немногие выскажут это в лицо.

– Понимаю. И сделаю вид, что печалюсь о его смерти. Я это умею.

Немного помолчали. Я порядку ради, Гуннар же пытался окончательно загнать мешающие сейчас эмоции глубоко внутрь себя. Что же до нашего загадочного во многом жреца, так его мысли частенько оставались тайной за семью печатями. Только Локи и ведал о причудливых изгибах его мышления.

– С «героической» гибелью Ярополка все решили, что теперь из важного осталось?

– Реакция на нее, Гуннар, – не медля ни секунды, ответил я. – Этот собачий сын Добрыня очень умно момент выбрал. Убивают меня, так хирд обезглавлен, а там надежда или на конфликты между вами...

– Смешно!

– Но он то об этом не знает. И в любом случае, ослабление позиций среди других вольных ярлов поневоле случилось бы. А это ему и племяшу его очень душу согрело бы.

– Зато если бы тебя не убили, то расчет на естественную в таких случаях реакцию, – хитро прищурившись, высказал свое мнение адепт хитроумного бога. – Гордый ярл после такой вот наглой попытки его убить, да еще под впечатлением от предательства побратима... О, он обязательно полезет мстить! Или самому виновнику, или его окружению. И выставляет себя не самым умным человеком, потому что в Киеве его людей показательно уничтожат. Тайная Стража под рукой Доброги и его двух помощников – очень серьезная сила.

– Просчитался Добрынюшка наш.

– И сильно. Расчет был на тебя прежнего... Раньше ты, Мрачный, горячим был, порой слишком. Тот удар по голове хоть чуток не отправил в Валгаллу, но помог. Думы в голове совсем упорядочились. Теперь ты все стал на много шагов вперед просматривать...

Умный человек Магнус. И со звериной интуицией. Почувствовал изменение характера сразу, а почувствовав, подогнал под него то единственное решение, какое было схоже с реальностью. На том успокоился, что меня сильно радует. Мангус – это даже не Гуннар, это куда круче. Тот мастер тайной войны, а этот интуит, да к тому же на высоком уровне овладение материей и духом. Такие в моем времени жуткая редкость, ну а здесь, – во времена доинквизиторские, когда выжгли почти всех людей с не совсем обычным развитием души и тела – еще вполне себе не вымирающий вид. Жреческая не то каста, не то просто страта. Отнюдь не закрытая, просто попасть туда сложновато.

– Никаких скоропалительных действий. Силовое решение нам еще не под силу.

– Значит, смолчим, – жрец провел рукой по налысо выбритой голове и скептически скривился. – Оно верно, но некоторые сочтут за слабость.

– Вот уж нет. Молчать мы не будем, зато подарочек Владимиру с Добрыней пошлем. Открытый подарок, чтобы все видели и слышали. А также другую часть послания, уже исключительно для ушей этих двоих. На манер того, как мы Вадима Изяславовича перед всеми рожей в грязь окунули.

Быстро схватывающие подобного рода намеки Гуннар с Магнусом расплылись в довольных улыбках. Суть послания стала им понятной, ну а детали... Их мы еще успеем обсудить.

Дни выдались... не бей лежачего. Все это время мы провели в авральном режиме. Укреплялась оборона даже не столько поместья, сколько самого Переяславля. Напуганный случившимся наместник понимал, что теперь, после провала организованного Добрыней покушения – от него то мы не стали практически ничего скрывать, кроме личности предателя – ему придется окончательно определяться. Ну, на тему: «На кого работаешь, шкура продажная»?

Шкура по имени Мстислав таки да определилась. Оно и понятно, ведь мы близко, а великий князь вкупе с Добрыней... подальше будут. Поэтому начались аккуратные, но серьезные чистки. Отсекались от малейших рычагов влияния все те функционеры, которые были назначены из Киева. Они вроде как сохраняли формальное значение, но вокруг них концентрировались уже верные мне и моим союзникам личности.

Признаться честно, я рассчитывал уже через пару-тройку недель окончательно выдавить всех нелояльных мне воинов из города. Вежливо, с возможной выплатой компенсаций, что должно было быть замечено как друзьями, так и недругами. Вот только местная Тайная Стража... С ней, чувствую, возникнут определенные проблемы. Поэтому пока ее планировалось лишь изолировать, а заняться в самую последнюю очередь.

В общем, дела били ключом... по голове. Времени свободного практически не было. Но я все же ухитрялся вырывать некоторое количество минуток, чтобы посетить одну валькирию, которая недавно спасла мою шкуру.

Рана, если честно, была не опасная для жизни, ну да то было понятно с самого начала. Благодаря же практически мгновенному прибытию лекарей и тем более. Никакой заразы, никаких воспалений, да и вообще прогнозы озвучивались самые благоприятные. Но на всякий случай большую часть времени Змейку держали под сонно-обезболивающими снадобьями. Сейчас же дозу лекарств сильно понизили, сочтя, что времени прошло более чем достаточно.

Ну и вот... Роксана лежит на кровати, вид у нее весьма бледный, кисть руки замотана бинтами. На а в глазах сквозь легкую дымку сна пробивается какое-то отчаяние. Впрочем, причина его мне известна – наша дева битв уже ухитрилась довести приставленных лекарей до белого каления. Спрашивала, если ли хоть какой-то шанс взять покалеченной рукой хотя бы легкий клинок. Те лишь разводили руками, прямо на вопрос не отвечая, но и врать не в состоянии. А остаться без возможности биться основной рукой для Змейки... тяжело. И по ее самооценке как воительницы удар, скажем так, сильно ниже пояса.

– Как здоровье, рука не сильно болит?

– Не сильно, – эхом отозвалась девушка.

– А в целом? Мы же все беспокоимся, сама должна понимать.

Нет, не совсем понимала. Вместо этого Роксана пыталась уйти внутрь себя, а это следовало пресекать на корню. Видели, знаем.

– Ну и чего дуемся на весь белый свет? – спрашиваю я у нее, присаживаясь на краешек кровати. – Я тебе и раньше говорил, и сейчас повторяю, что жизнь вовсе не кончилась.

– Слышала...

– Слышала. Да не расслышала. Уперлась в видении себя любимой только и исключительно как великой воительницы, хотя другие таланты у тебя ничуть не меньше. К тому же руководство твоими людьми за тобой и останется. Согласна, чудо ты чудное?

Змейка недоверчиво посмотрела на меня.

– Если даже я и согласна, но вот мои люди... Я и так из кожи вон лезла, зато удавалось держать их. А теперь... Некоторые. Хоть и малая часть, буду посмеиваться, другие жалеть. Раньше при первых признаках падающего порядка могла особо бедовых на учебный поединок вызвать и синяков наставить. А сейчас... Я здраво оцениваю – у меня половина от прежних умений осталась, может чуть больше, но это не сразу. Основная рука ведь правая.

– Придется лично мне вправлять не туда свихнувшиеся головы, – усмехнулся я, заранее зная, что достаточно будет лишь нескольких слов. Авторитет Хальфдана Мрачного и так был поднят до крайне высокого уровня, а события последнего года, то есть уже с моим личным участием, лишь добавили авторитета. – Уверен, это будет забавное зрелище.

– Да, это было бы забавно... Но неосуществимо. Этим ты только усугубись положение. Ярл может заступаться за друзей, за побратимов почти всегда... Но только не тогда, когда они сами командуют, а ситуация относится к вопросам этого самого командования.

– Все так. Но и тут можно найти одну лазейку. Я мгу сделать так, что вызов твоему положению будет одновременно и вызовом мне со всеми вытекающими последствиями.

– Это как?

Отлично! Глаза стали более живыми, сама же зашевелилась, поудобнее устраиваясь уже в полусидящем положении. Правда от моей помощи отказалась, ну да ее необъятная гордость иного бы и не позволила. Что ж, самое время шокировать нашу деву битв. Да так шокировать, чтобы у нее шарики за ролики от этого заехали.