"Фантастика 2023-103" Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Поляков Владимир "Цепеш" - Страница 59

– Мрачный! – девушка одновременно и чуток покраснела, и взвелась, как курок револьвера. – Не туда у тебя шея повернулась. Я поняла, почему посольству ромеев в городе неуютно будет. Другое неясно...

– Она права. Почему ты среди четырех вариантов выбрал ромеев, Мрачный? Уверенно выбрал, как будто тебе сами боги на ухо шепнули. Я не Магнус, хотя и ему, и тебе абсолютно верю. Но не ошибешься ли ты, от всей души веря в неправильный вариант? Ошибемся – все ранее сделанное прахом обернется.

Гуннар ты Гуннар. Относительно молодой возрасто, но древний, если считать по опыту интриг и схваток в кромешной тьме, где только и сталкиваются тайные службы. Ты сейчас задал мне просто таки идеально поставленный вопрос. Верный на все сто, без лести преданный, но привыкший даже среди своих искать следы нестыковок. Ошибки ведь, они даже добросовестные, остаются только ошибками. И ты боишься ее допустить. Сидишь, потягиваешь сильно, на три четверти разбавленное вино, улыбаешься. А мозг исправно прокачивает поступающую информацию. И ее тебе покамест недостаточно.

Что ж, придется бросить на чаши весов все козыри, которые только я смогу достать. Включая те, что находятся в рукавах, как и положено уважающему себя игроку. Стремящемуся к победе любой ценой.

– Увы, но боги в уши не шепчут, хотя я бы не возражал. Что же до уверенности, то посуди сам... Четыре посольства, четыре веры. Посольство от хазар, они же жрецы бога Яхве. Никакой выгоды, потому как каганат чахнет и сохнет. Еще пара ударов и от остатков былого могущества ничего не останется. Потому они и пытаются уцепиться за князя Киевского, как утопающий за проплывающую мимо лодку. Да только нашему лодочнику обуза не требуется. Веслом по голове они получат, а не спасение за чужой счет.

– Согласен. Их убираем. Остаются три варианта.

– Уберем и остальных двух, Бешеный, можешь не сомневаться. И начнем с послов Арабского Халифата. Мусульман, иными словами. Молодая вера, агрессивная, распространяющаяся быстрыми темпами и претендующая на все новые территории. Одна проблема для Владимира то нашего – далеко все они, очень далеко. И прослойка между Русью и ими – в виде территорий, где либо западная ветвь христианства, либо ее восточная составляющая. А не любят они ислам сильно, разногласия там слабопреодолимые. Грызни этой ой как на многие века хватит. А князиньке не хочется попадать в эту серьезную драку. Цели у него со-овсем иные!

Гуннар начал успокаиваться, слушая мои рассуждения. Тревога во взгляде приугасла, отсутствие эмоций на лице дало трещину, что также было хорошим знаком. Осталось сделать последний рывок.

– И остается у нас только одно – христианство. Именно жрецы этого бога могут быть полезными Владимиру Святославовичу в его планах сосредоточения в своих руках полной власти. Да и сломать хребет всем нам сподручнее будет именно с подобной поддержкой.

– Два варианта, Хальфдан, – для убедительности побратим поднял левую руку с двумя оттопыренными пальцами. – Рим и Константинополь... Почему ты прицепился к ромеям?

– Да потому что они УЖЕ здесь, друг ты мой и брат! Их священники и монахи крестят в свою веру рабов, простой люд, поддающийся на притягивающую некоторых идею, звучащую в проповедях. Это сильная вера, пустившая здесь корни. Бабка Владимира приняла христианство по византийскому обряду и наверняка успела многое порассказать юному внуку. Да и выгоды государственного толку я не могу отбрасывать.

– Я кажется поняла, что хочет сказать Мрачный, – прищелкнула пальцами Змейка. Сейчас она расхаживала по комнате, а руки жили своей жизнью, то дотрагиваясь до многочисленных метательных ножей, то просто срываясь в экспрессивную жестикуляцию по мере того, как речь набирала темп. – Принятие христианства значит для Владимира заключение союза с Византией. Поддежка жрецами, деньгами, имперским влиянием, другими полезными вещами. И главное – изменения... Абсолютная власть, в которой у него не будет никаких сдержек. Я могу подробнее рассказать, много последнее время читала про ромейских базилевсов и том, как они смотрят на мир вокруг себя.

Роксана говорила. Периодически срываясь на откровенное цитирование древних для меня, но современных тут источников. Ну а мне лишь оставалось от души порадоваться. Причина? Сама Змейка, само собой. Она здесь и сейчас совершила качественный прорыв, раз практически самостоятельно смогла не просто понять суть проводимой Владимиром многоходовой интриги, но еще и оценить ее несколько не со здешних позиций. Я в восхищении, как говаривал один демонический персонаж одного моего любимого автора. Того самого, столько ярко и красочно описавшего переплетения света и тьмы в своем бессмертном романе.

Змейка могла говорить еще долго, но, на мой взгляд, и сказанного на данный момент было достаточно. Гуннар окончательно убедился в правильности сделанного мной выбора. А это и было целью.

– Достаточно, Роксана, – прервал я разошедшуюся девушку. – Ну а о необходимости наших действий, я уверен, говорить излишне. Но все же скажу.

– Скажи, – эхом отозвался Ярополк. – Нам это в будущем пригодится, если хирдманы начнут задавать вопросы.

– Шрам, ты головой о дуб ударился? У нас есть собственные боги, а чужих не надобно. Предать своих предков, отвернуться от их памяти... Это само по себе гнусно!

– Тихо, Змейка, тихо, – выставил я руку в останавливающей поток эмоций жесте. – Вопрос разумный и на него будет необходимо давать ответ. Одними чувствами убедить можно далеко не всех. Некоторые, уж прости, будут руководствовать принципом: «А чем мне это выгодно?» Но у меня и им найдется что ответить. Змейка...

– Все, уже останавливаюсь.

Выполняя мою просьбу, Роксана остановилась и теперь стояла, прислонившись к стенке и вдумчиво изучая коготки на правой руке. Ну а я поспешил поставить точки над «ё».

– Влияние. Если куда-то распространяется чужая вера, но принесшие ее становятся духовными авторитетами. В их силах многое, в их руки попадают мощные инструменты, способны заставить интересы государства развернуться чуть ли не в противоположную сторону.

– Да кто позволит? Ни один князь не допустит...

– Эти – нет. А что насчет тех. кто придет им на смену? Их дети племянники, внуки? Вот им с самого детства в головы будут вкладывать совсем иные понятия. Одно из главных в этом списке – почтение в духовным автотитетам и смирение перед божественной волей. А кто проводники воли? Те самые, которыми управляет константинопольский патриарх. А патриарх этот подчиняется кому?

– Базилевсу,– выдохнула Змейка. – И тогда есть возможность стать даже не младшим союзником, а подобием данника...

– В центр мишени, умная ты моя, – скривился я в подобии улыбки. – Поэтому заканчиваем со словами и переходим к делам. У нас почти две с половиной сотни хардманов, но около полусотни необходимо будет оставить тут, поддерживать порадок.

Ярополк невольно закашлялся, услышав о том. что я собираюсь выводить за пределы города практически всех. Ну а Бешеный. Оказавшийся более устойчивым, только приподнял бровь и спросил:

– Хорошо, с помощью Змейки и ее людей мы действительно сумеем вывести за стены большое количество хирдманов. Сумеем и перекрыть наблюдателями дороги, и отследить путь, по которому двинется посольство ромеев. Что потом?

– На бумаги с подписью Владимира, чтоб его, Святославовича, я не надеюсь, он не дурак. Зато способных говорить ромеев из посольства мы захватить в состоянии. Возможно, если повезет, там будут и приспешники самого Владимира, знающие о сути и итоге проведенных переговоров. Захватываем и тащим, к примеру, в тот же самый Переяславль, там у нас наиболее крепкие позиции. Меж тем постепенно, в течение пары-тройки дней, вывозим туда семьи. Те, которые в Киеве.

– И это все?

– Не язви, красавица! Конечно же, нет. Необходимо уже сейчас послать гонцов ко всем тем ярлам, которых мы предупреждали еще тогда, до предательского похода. И местом встречи назначить все тот же Переяславль. Теперь точно все. Время не ждет! Начали.