"Фантастика 2023-103" Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Поляков Владимир "Цепеш" - Страница 180

— Ты неисправим, брат. Всегда прибавишь к благородному помыслу еще и выгоду.

— Положение обязывает. Князь я или так, погулять вышел?

Обычное дело. Магнус интересу ради прощупывает мои устремления, я в ответ переплетаю идеалы и выгоду. Игра доставляет удовольствие обеим сторонам, а в ее процессе порой обнаруживаются немаловажные детали. Правда в этот раз ничего такого. Все и без уточнений ясно и понятно. Есть символ победы печенегов и нам надо, помимо прочего, его у них изъять. Как? Принцип «горе побежденным» действует всегда и без проволочек. Осталось самое главное — не просто победить, но помножить врага на ноль. Вот этим и займемся.

Пока мы беседовали, притопал с донесением даже не сотник, а целый ысячник. Гостомыслу подчинялась тысяча легкой конницы, на которую была возложена обязанность кружить вокруг нашего лагеря, а заодно и высылать усиленные дозоры по подозрительным направлениям. Похоже, сейчас ему удалось узнать что-то важное. Ну, в довесок к тому, что еще вреча мы знали о накатывающейся орде печенегов если и не все, то многое.

— С доброй ли весточкой, Гостомысл?

— Думаю, что да, княже, но решать тебе. Печенеги движутся к нам. Не особенно спеша, знают, что у нас «обоз» и мы навряд ли его бросим. Я с ними уже сражался, знаю, о чем говорю.

Ну кто бы сомневался. Гостомыслу лет более четырех десятков, скоро полувековой рубеж перешагнет. Видывал многое, прошел через множество больших и малых битв, в том числе и с печенегами. Вынес бесценный опыт, множество шрамов на тебе, опаленную душу и… звание тысячника. Последнее, правда, только после того, как Владимир, последний из Рюриковичей на престоле Киева, был оттуда сброшен. Тому он не пришелся ко двору, ну а я с побратимами, как следует прикинув все достоинства и недостатки, сочли, что тысяча легкой конницы — лучший из возможных вариантов использования этого варяга.

Легкая конница. Специфический вид войск, что ни говори. Для моих хирдманов тем более. Они привычны к битвам на воде, к пешему строю, но никак не к конному. Ездить на лошадях умеют, спору нет, но именно что ездить. Зато способны отразить атаку конной лавины без особых проблем. Отразить, но вот чтобы уничтожить конницу врага, не дать ей скрыться, нужен такой же род войск, способный быстро перемещаться по полю боя, а заодно и преследовать. «Волчий шаг» варягов для этого, увы и ах, не годится. Пешему конника не догнать, не обогнать.

За Гостомысла поручились, да и вся его жизнь была свидетельством надежности и верности Руси. Его же известность как командира конницысегодня будет еще раз проверена на прочность. Ну а пока я должен был прояснить пару нюансов:

— Идут в лоб или пытаются обойти, взять в клещи?

— Основная часть движется прямо. Выброшенные для охвата «крылья» насчитываю по паре тысяч, может немного больше. Этого достаточно, чтобы помешать нашей коннице. И еще у печенегов сложности со взятой в брошенных селах добычей.

— Неужто? — оскалился я, уже представляя, что услышу. — Тяжело бедняжкам, да?

— Добыча тяжелая, громоздкая, дозоры хоть издали, но увидели. Ее охраняет тысяча или две. Еще столько же будет защищать избранного на время набега хана. Выходит, прямо на нас идут тысяч тринадцать.

— Чертова дюжина, как говорят наши ромейские недруги. Вот и сделаем так, чтобы этой ораве стало так тошно, как трусам и клятвопреступникам в Нифльхеле. Карту!

— Какую именно? — затупил Магнус.

— Ну не общую же, брат! Местную, поподробнее. Сейчас прикинем, что да почему. Свенельда сюда, Оттара и Всеволода с Даниславом. Остальные пустьготовятся к бою, им дополнительных указаний пока не нужно. Быстро!

Ну все, началось. Пусть вражеской конной орды еще нет, но приготовиться к ее появлению следует заранее. И не абы как, не по стандартных схемам, а специально под данную ситуацию. Для того и нужна карта, хотя бы самая простенькая. Предвидя подобные ситуевины, вскоре послеутверждения на престоле пришлось послать понимающих людей исследовать разные уголки Руси. Разумеется, не составлять карты как таковые, а просто описывать словесно те или иные области. А вот уже потом, в Киеве, в самом грубом приближении пытаться собрать все это в единое целое. Получалось, конечно, кривенько да корявенько, но за неимением лучшего годилось и такое.

Опять же ничего нового. Еще во II-м веке до нашей эры греки Гиппарх с Птолемеем разработали первые картографические проекции, которыми вполне успешно пользовались. А коли пользовались греки, то и варягам это полезно будет. Всегда стоит брать лучшее из опыта других, вот только перед этим мысор и просто чуждое не забыв отбросить.

Конечно же, полные и подробные карты если и будут, то очень нескоро, хватает других дел, но для составления общего плана битвы достаточно и имеющегося у нас. В этом я убедился, смотря на извлеченную и расстеленную Магнусом пергаментную карту именно этой области. Внимательно окинуть взглядом, подумать…

Немелодичное позвякивание броней отвлекло от изучения карты. Ага, все четверо призванных тысячников пожаловали, плюс пятый, уже тут присутствующий. Это хорошо. Оставшиеся ни в каких уточнениях задачи не нуждаются, их роль в будущей битве проста и незамысловата, но от того не менее важна. Эти же…

— Карту видите, други мои?

— Видим, княжь…

— Не слепые, конунг…

— Конечно.

Ответы разные, но суть одна. Мне нужно было, чтобы они не просто смотрели, но и высказывали свои мысли и идеи по поводу грядущей битвы. И сразу же Свенельд проворчал, что то место, где мы находимся, всем хорошо для стана, но не для той битвы, что предстоит.

— Обзор хороший, но и место для разгона конницы со всех сторон тоже. Если бы мы атаковать хотели, так ведь у тебя, конунг, иная затея.

— Принимается. Нам надобно, чтобы печенегам было откуда атаковать конницей, не отпугнулись бы неудобством нашего расположения. Но и перекармливать их выгодами не стоит.

— Тогда, — палец Данислава, блуждающий над картой, с силой ткнулся в неподалеку находившееся место. — Вот оно! С одной стороны речка. Неглубокая, но разлившаяся, вместо берегов кисель. Оттуда не зайдут. С другой стороны перелесок. Пусть спешиваются, если хотят, а то на конях будут медленным шагом идти. Зато другие две стороны…

— Хорошо для конницы, тем паче легкой, какая у печенегов, — подхватил Гостомысл мысль собрата-тысячника. — Нет ни высокой травы, ни перерытого поля, где кони ноги при атаке поломают при резвом беге. Может и вовсе сочтут, что прижали нас, что деваться некуда с обозом. Обоз для них, поживы ждущих, многое значит.

Оттар с Всеволодом одобрительно заворчали, хотя последний все же уточнил:

— Как бы не учуяли ловушку. Увидят нашу оборону, могут раздумать нападать. Вот если бы не сразу…

— А оно и будет не сразу, — утешил осторожного варяга Магнус. — Сначала их должны будут встретить конники Гостомысла, стреляя из самострелов. Потом конники отойдут, а их первый удар сдержат пара малых хирдов. Затем, как бы ослабнув, отойдут назад, прикрываясь обозом. Почуяв слабину, печенеги не остановятся. У степняков в таких случаях голова дуреет, даже у опытных. И вообще, почуявшую кровь орду даже их ханы редко когда остановить могут. Это их сила и слабость одновременно.

Так все и было. За долгое время войн со степью русичи успели усвоить как сильные, так и слабые стороны подобного врага. Сказанное же сейчас как нельзя более соответствовало их повадкам. Следовательно, явных изъянов в задумке не было. Ну а насчет непредвиденных неожиданностей лишь богам ведомо.

Стан войска сворачивался, готовясь переместиться на выбранное для битвы место. И вот уже двинулись тяжело нагруженные возы, отряды пеших воинов. Вокруг кружила конница под началом Гостомысла, оберегая от маловероятного нападения. Дозоры. Они ведь не просто так, предупредят, коли что новое покажется на горизонте. И наше войско, и печенежская орда неотвратимо двигались к месту встречи. То есть к месту двигались мы, а печенеги идут по нашему следу. Только бы ничего не сорвалось! Второй раз заманить их в такую многоступенчатую западню, конечно, можно, но время и усилия, а также заранее принесенные жертвы… Нет уж, не хочется. Лучше здесь, лучше сейчас!