"Фантастика 2023-103" Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Поляков Владимир "Цепеш" - Страница 123

— Может быть ты и прав.

Пока Магнус переваривал одну из моих идей, я готов был выдать «на гора» что-нибудь еше. Но помешала Змейка, заявившая:

— А мне само появление ромеев во главе с Никифором Фракийцем не нраится.

— А кому из нас они вообще. нравятся, Рокси?

— Не о том я речь веду! Гуннар сразу бы понял… Посол, которого мы не так давно пытались убить. Появление и желание «принести дары» княгине Рогнеде и тебе именно сейчас… Опасаюсь я.

— Чего?

— Очередной попытки убить тебя, Хальфдан! — чуть ли не выкрикнула Змейка, слегка даже покраснев от избытка чувств. — А мне вдовой становиться никак не хочется.

— Вот оно как… Бойтесь данайцев, дары приносящих.

Оба моих собеседника были люди начитанные, особенно по нынешним временам. А значит и изречение понимали.

— Что делать будешь, Мрачный?

— Гуннара натравлю на них, брат, иначе нельзя. Не грубо, а по тихому. Пусть его люди тщательно их дары смотрят, вещи, прочее…. Ну и чтоб в затылок каждому наши хирдманы дышали.

— Удар кинжалом или метательный нож? Должны понимать, что после той неудачи с предателем мы к повторению готовы. И еще…

Змейка, махнув рукой, заставила Магнуса заткнуться. Она явно ухватила мысль за хвост и теперь пыталась вытянуть ее до конца. Уж слишком знакомое выражение лица, его мало с чем перепутать можно. Тут надо было лишь молчать и ждать. Недолго, конечно.

— Если хотят расправиться с Хальфданом, будет что-то необычное для нас. Что — не знаю. Если уж решили не выгонять их, то обложить их со всех сторон, как раненого и озлобленного медведя в лесу. Гуннар и его помощники — это хорошо, это важно. Но мало.

— Тогда кто?

— Жрицы Лады. Две из них, сам знаешь, с нами накрепко связаны, а за ними их подружки потянулись. Пусть женским оком оглядят. Только…

— Софья и Елена, — понятливо закивал жрец Локи. — Их могли запомнить те, кто из посольства Георгия Лигироса. Не беда! Пусть темной тканью лица закроют, как то на Востоке женщины мавров и арабов делают. И не только они, а все, чтобы совсем все туманно стало.

На том и порешили. Магнус ускакал выполнять ту уйму поручений, которую на него навалили. Ну а мы со Змейкой…. тоже отдыхать уже не могли. Обрушившаяся тревога и ощущение утекающего сквозь пальцы времени заставляли развивать бурную деятельность. По полной программе, чтобы уж кого-кого, а себя точно нельзя было упрекнуть.

Глава 11

Апрель (цветень), 987 год. Переяславль

Вечер… И прием ромейской, с позволения сказать, делегации, во главе с вполне официальным послом на Руси Никифором Фракийцем. Хорошо, кстати, что детинец в Переяславле был укомплектован помещениями для самых разных целей. Имелся большой пиршественный зал. Зал поменьше, а еще для пиров совсем не предназначенный. Зато специально «заточенный» создателями на то, чтобы позволить хоть наместнику, хоть непосредственно князю принимать делегации и прочие посольства во вполне себе торжественной обстановке. Как сейчас.

Сейчас тут присутствовала лишь верхушка нашей варяжской братии да еще охрана из моих хирдманов. Тех, кому верить можно было по максимуму. Сам я восседал на богато украшенном кресле, на котором, по большому счету, и сам Владимир устроиться не побрезговал бы. Собственно, как уже упоминалось, оно для князей и предназначалось, так что… По правую руку сидела Роксана, Змейка моя воинственная и по совместительству самая что ни на есть законная жена. По своему обыкновению облаченная в облегченную, но надежную броню. Впрочем, мне уж точно ее не критиковать, сам при броне и при оружии, разве что без шлема и латных перчаток.

Рогнеда Полоцкая… Она восседала слева и всем своим холодным и властным видом символизировала полную поддержку меня и моих действий. Ну а на появившихся в дверях ромеев изливались потоки презрения. Это она умела… Порода, млин! Мне по такого еще топать и топать. Даже завидно в такой момент становится, право слово.

За спинами стояли так называемые советники… Прще говоря, Олег с Эриком, Гуннар, да временно прикомандированные сюда же Елена с Софией. Эти все так же скрывали свои лица. Так лучше было для дел нынешних и будущих. Хоть какое-то но инкогнито.

Остальные стояли. Союзно-вассальные ярлы Переяславля со своими побратимами, Ратмир и его ближние, представители жречества и кое-кто из старых друзей покойного Рогволда Полоцкого, давно уже покойного отца Рогнеды. И Магнус… Он исполнял роль встречающего на правах моего советника, а заодно жреца Локи.

Кстати, насчет встречающих. Издалека не было видно ни выражения лиц, ни тем более глаз, но я уже догадывался, что увиденное им не сильно понравилось. Ха, если не скромничать, то наверняка оно все им крайне не понравилось! И это было хорошо, причем хорошо весьма.

Только было и заслуживающее беспокойства. Люди Гуннара и товарки Софьи с Еленой частым гребнем прошерстили пожитки послов, особенно дары для нас с Рогнедой и их личные вещи. Вроде бы ничего не обнаружилось. В ответ же на пожелание сдать оружие тоже не последовало никаких протестов. Напротив, понимающе заулыбались и послушно разоружились. Не удивлюсь, если при дворе византийских императоров в ходу то же самое. Специально не выяснял, но это было бы естественным вариантом. Но тревога не уходила… Напротив, только усиливалась.

— Нам тоже тревожно, ярл, — прошептала на ухо стоящая за спиной Софья. — Фракиец как на иголках. Но еще и предвкушает что-то для себя важное и приятное. Остерегись…

— Но уружия нет, — это уже Елена. — Ни обычного, ни даже смазанной ядом спицы или шила, которые так удобно прятать.

Ромеи, история ядов, знаменитые семейства Борджиа, Медичи и Сфорца, много перенявшие у искусников как изначального Рима, так и Рима Восточного, он же Константинополь. Мысли вихрем пронеслись по моему разуму, оставив после себя кое-что важное. И пока делегация распиналась сначала перед Магнусом, а потом перед нами — мной и Рогнедой — я мог кое-что спросить. Благо наши с ней протокольные фразы были довольно короткими, а Никифор Фракиец разливался соловьем..

— Дары… Какие они?

— Булатные клинки, изделия златокузнецов, для мужей и женщин… Редкие книги, которых точно нет среди тех, кто ты, ярл, уже успел собрать. Родосское вино урожая сорокалетней давности. Очень хорошее, от такого и базилевс не отказывается.

— Только вино?

Сестрички не совсем поняли мой вопрос. Хотел было уточнить, но тут Фракиец замолк, ожидая моего ответа. Хорошо еще. что частью сознания я следил за его речью, потому не сплоховал:

— Приятно слышать, что базилевс Василий II так хорошо осведомлен о моих, пока еще не столь громких, успехах в делах воинских. Но тайна побед довольно проста. Боги помогают не большому войску, а тому, в котором бьются не только за золото или по необходимости, а по велению духа и не теряя холодного разума. А потому… Магнус, пусть ромейскому посланнику принесут сказания о детях Асгарда и тех героях, кто прославляет их имена здесь, в привычном для простых людей мире.

Небольшая пауза, пока несут роскошно оформленную книгу, а сам ромей вновь рассыпается в благодарностях, на сей раз от имени своего базилевса, для которого дар и предназначен.

— Что еще, КРОМЕ вина? — шепчу я, зная, что сестрички-жрицы услышат. — Они не глупы, не станут травить то же вино. Это легко определить. Вы, жрецы, это хорошо знаете.

Небольшая пауза. Я прямо ощущаю, как на полных оборотахвращаются шестеренки в головах озадаченных жриц Лады. Но чую, что вопрос пришелся четко в тему. Яд, другим достать никого не получится. Слишком серьезная охрана, слишком тщательно отфильтровали все, способное стать угрозой. Те же самые клинки в дарах будут лишь упомянуты да показаны, причем в руках моих хирдманов. Руки то надежные! А таких ядов, что действуют через прикосновение… Нет, шалишь! Тут не закрома КГБ да ЦРУ, прогресс до подобного не дошел и до-олго не дойдет.

— А пока сюда несут ваш, князь Хальфдан Мрачный, дар моему императору, позвольте преподнести еще один небольшой, но несомненно приятный подаок. От меня лично, чтобы не было между нами вражды и недопониманий. Лука! — повинуясь своему старшему, один из сопутствующих Фракийцу ромеев подошел и передал ему объемистый ларец и заодно пузатую амфору. — Вино из Родоса, более сорока лет пролежавшее в темном подвале, дожидавшееся своего дня. Дождавшееся достойного повода. Чтобы быть откупоренным и отведанным теми. кого оно достойно.