Мама, не плачь (СИ) - Борисов Олег Николаевич - Страница 41

Конечно, в реальной жизни нас бы еще вчера хлопнули. Сбросили егерей, те вертушки над головой подвесили, глупости с глушилкой спутников проигнорировали и загнали за час-два максимум. Когда я из лагеря бежала, меня три месяца по кустам гоняли по одной единственной причине. Я сумела сразу после побега из захваченного ствола мозги коменданту выхлестнуть. Поэтому приказ был однозначным — живьем. А это куда сложнее, чем все вокруг напалмом залить. Вот и пыхтели. Я тогда шесть зарубок на ложе винтовки сделала.

Но в игре — почему бы не порезвиться. Я еще и завтра дам прокашляться, у меня половина рюкзака не использованных игрушек. Главное, торопиться не надо. Проснуться утром, позавтракать, макияж зеленый обновить и потихоньку выдвигаться. Тем более, что у меня датчики работают без нареканий, конкуренты как раз мимо промаршировали флаг забирать. Пусть пыхтят, а то все самим делать приходится.

Двенадцать человек замерли на краю леса и настороженно разглядывали картину перед собой.

— Бек, скажи, что мне это снится.

— Если снится, то у нас общий кошмар.

— И как это называть?

— Думаю, она охрану гранатами сняла. Вон, сидят голубчики, с ног до головы угвазданные. Связала и под дерево сунула.

— Гранаты?

— Письмо не читал от ротного? Он же для нас каждый кадр из шоу разобрал, выжимку сделал. Стерва берет шарик с краской, внутрь взрыватель на пять секунд и швыряется этой дрянью при первой возможности. Армейцев большую часть так и вышибла.

— Совершенно ненормальная… А чего они в шезлонгах сидят? И голые?

— Не голые, в бикини… Вроде как. У кого бинокль под руками или визор на шлеме на удалении картинку дает?

Через секунду подтвердили:

— В бикини, обе. Одна фляжкой машет, приглашает в гости.

Командир группы и его помощник стали совещаться. Рейд прошел как по нотам — потеряли одного, взяли в плен троих. Остатки других групп предпочли не связываться. Еще где-то четверо деморализованных бойцов по кустам прячутся, остальные или «погибли», или давно запросили эвакуацию. Но вот пара свихнувшихся баб в лагере космофлота — это непорядок. За это засмеют. Такое прощать нельзя.

— Как думаешь, на что они рассчитывают?

— Скорее всего, что смогут нас положить, если в атаку пойдем.

— А гранаты?

— Я ничего такого не вижу. Здесь песок, деревьев нет, крепить ловушки негде. Если разом атаковать, смогут трех-четырех выбить, но мы огнем задавим. Сзади я бы не стал атаковать, вон там какие-то веревки болтаются, мы точно их не натягивали. Тут — все как на ладони.

— Девять против двоих?

— Двенадцать. Пленным стволы выдадим. Народ, не хотите поквитаться?

Троица очень хотела. Поэтому в атаку на нас побежали все, с желанием наподдать по оголенным попкам могучей мужской рукой.

Четыре «фугаса» я специально выставила так, чтобы перекрестными взрывами всю площадку перед нами накрыло. Еще одну цепочку в тылу нападающих прикопала. Когда темно-синий водопад опал, в условно живых осталось пятеро. Хотя их и попятнало, но оружие не бросили. Мы с Катажиной при первых взрывах кувыркнулись на спину и провалились в заранее отрытые окопчики. Куском палатки прикрыли, песочком присыпали — и не видно. Зато теперь шлем на себя, стволы в руки и очередями практически в упор.

Огонь на поражение сломал остатки боевого духа. В кусты удрали пятеро, побросав все, что было. Остальные подняли руки вверх. Один, правда, не желал сдаваться, даже с заляпанной маской пытался стрелять. Я рассердилась и сначала «отсушила» ему руки, потом вогнала «даблы» по коленям и под конец добила остатки магазина по лбу. Подошла, отобрала выпавшую железку и от души огрела по хребтине:

— Совсем охренел?! Правила для кого написаны? Или бессмертным себя считаешь?

— Это вы первыми нарушили!

— Чего? Да у нас каждую железку юристы под микроскопом проверили, всю душу вынули. Просто признайся, что воевать не умеешь.

— Да пошла ты…

Катажина подошла, настороженно посматривая на остальных пленных. Я же воткнула еще один блок шариков и потребовала у вражины:

— Кнопку на браслете жми и признавай поражение.

— Я тебе, па…

Щелк — прямо в пах. Пока орет, интересуюсь у подруги:

— Ты не помнишь, мы его в плен брали?

— Не, он сдаваться не хотел.

— Значит, показательно перед строем расстреляю… Остальным что не понятно? Левую ручку перед собой, пальчиком тыкаем, код сдачи подтверждаем. Или тоже хотите пасть смертью героя?

И еще разок — щелк. А то затихать начал.

Через десять минут всех со скрученными позади руками усадили на песочек и теперь разглядывали мятую тряпку, которая досталась в качестве трофея.

— Слушай, мы что, победили?

— Наверное, Пикси. Хотя мне надоело уже здесь. Может, не будем обед ждать, раньше домой попросимся?

— Легко… Где здесь модный спутниковый телефон был? Ага, вот он. Богатые буратины, последняя модель. В войсках даже не у всех есть. Номер, номер… Вот, вижу… Господин распорядитель, это вы? Мы хотим вам сказать, что готовы вернуться. Флаг захватили, пленных тоже чуть-чуть в наличии. Еще кто-то по кустам бегает, но вы их сами отлавливайте, они нас почему-то боятся… Да, все живы-здоровы. Кто орал? Ну, был здесь один несознательный. Но исправился. Можете врача с собой прихватить и упаковку со льдом. Еще носилки, он вряд ли идти сможет. Почему?.. Потому что борзел без меры и теперь искренне раскаивается.

Когда по трапу на летное поле спускались, там уже толпа журналистов отплясывала. Я не поленилась, бусы модные на шею подвесила. Наверное, народ впечатлился, потому что вразнобой поздравил с победой и дал пройти, не мешаясь под ногами.

Вечером меня в общаге фрау Лаубе нашла, требовательно руку протянула. Посмотрела нанизанные на толстую нитку зубы, уточнила:

— Где взяла?

— В ближайшем магазине костюмов для вечеринок. Купила три вставные пластиковые челюсти вампиров, наковыряла и песочком шлифанула. Как настоящие, правда?

— Ага. Шоу рейтинги сшибает, никто догнать не может. Нарезку самых выдающихся моментов крутят не переставая. Я уже устала объяснять всем и каждому, что подруга твоя обычная студентка, как и Франтишек. А ты — инструктор по выживанию в департаменте, шлифовала программу на друзьях, кто согласился поучаствовать.

— С потомком древнего рода что? Его там уроды в упор шинковали.

— Одно ребро треснуло, в больнице пока. И синячина на всю грудь. Но обещают через пару дней выписать. Катажина туда умчалась, кстати, я ей машину вызвала.

— Это надо будет отдельно показать. Я там камеры сунула, когда мы доблестно отступали.

— Есть картинка. Все ваши три дня одна фантастическая картинка. Чувствую, кого-то с должности по итогам попрут. Твой молодой режиссер кипятком мочится, ждет, когда в гости заглянешь. У него супер-бомба на подходе.

— С утра можно?

— Можно, я тебе на два дня отгулы в деканате выбила… Налоги не забудь заплатить. Букмекеры слезами кровавыми умывались, когда из них законное давила. Со всеми накрутками по сто двадцать каждой получается.

Шикарно. Теперь и я могу разок с Петрой пошопиться. А то что она одна платьишки понтовые покупает?

Незапланированная прогулка на острова закончилась неплохо. Пострадавшего из госпиталя выписали, Франтишек теперь считается «рыцарем без страха и упрека», грудью закрывшим даму сердца. Катажину вроде как перевели из статуса «интересной особы» в потенциальные невесты. Она вообще на седьмом небе от счастья.

Три дня подряд по ящику крутили «За кулисами». С детальным разбором, как мы блатных мордой возили. Как из дешевых компонентов гранаты мастерили, как пращой пользовалась, как мины-ловушки взрывали. Ряд технических деталей цензура не пропустила, но и так смачно получилось.

Одновременно — демонстрировали, как народ читерил, как флотские коптеры над островом мотались и пытались нас в зарослях срисовать. Еще объяснили, почему на спутники все команды жаловались и похвалили за проявленную смекалку. Заодно протоколы поменяли, чтобы других не вводить в искушение.