Мама, не плачь (СИ) - Борисов Олег Николаевич - Страница 26

— Хорошо стреляет. Сама учила?

Фрау Лаубе стоит рядом с грузным мужчиной и недовольно кривит рот:

— Кто мне даст в кадрах набирать что-то приличное? Мы же “мордой торгуем”, профессионалов другие отделы выгребают… Стойка дурацкая, кривая. Но вроде попадает.

— Значит, самоучка.

— Девочка из депортантов, сирота. Я на нее документы подавала, ты сам читал.

— Именно поэтому и заинтересовался. Я тебя, Эльза, не первый год знаю. Детей крестить не позову, но спину прикрывать доверю. Зачем тебе эта пигалица?

— Потому что мне уже сорок семь, Мориц. И матку мне после ранения выдрали не в переносном смысле, а на самом деле. И пусть я старая дева, но хочу, чтобы старой развалине кто-то подал стакан воды. Пикси же умеет быть благодарной. Я ее прикрою от возможных неприятностей по учебе, ты бумаги подпишешь. По нашим делам ее никто цеплять не станет, но две внутренние проверки уже прошла. Я у нее отторжения не вызываю. Очень надеюсь, что все сложится.

Начальник службы внутренних расследований увеличил на экране внешний вид мишеней и замерил пальцами разброс пулевых отверстий.

— А неплохо. Нет, даже отсюда вижу, где у нее пробелы. Но главное твоя протеже умеет. Отшлифовать бы, но раз “глубинники” отказались, то я даже предлагать ей другую карьеру не стану.

— Не ломай ей судьбу, Мориц. Пикси индустриальные дисциплины грызет, руки куда надо приделаны. Диплом получит, мы ее к тому времени по внутренним регламентам поднатаскаем и можно погоны вручать. Флот закончил сокращения, у нас кадров не хватает по всем техническим позициям и брать больше негде. Времена, когда на вакансию по десть человек приходило, в далеком прошлом. Поэтому — учится, старается, пусть так и будет.

— Я не против… Но у меня маленькая проблема, Эльза. Крохотная… Не бьется у меня описанный психологический портрет и записи в личном деле. Девочка должна периодически в истерику слетать, а она демонстрирует чудеса самообладания.

Посмотрев, как кандидат на удочерение закончила стрельбу из компактного карабина, лейтенант вызверилась:

— Истерику тебе надо? А ты в самом деле все отчеты по ней прочел? Точно?.. Два мозголома три месяца с ней возились, приводили к нормальному знаменателю. Ее заново учили среди людей жить, вести себя адекватно и не шарахаться от любого резкого звука… На ее глазах мать в концлагере охрана насиловала несколько часов, а потом на куски порубила. И ты считаешь, что психиатрический профиль кривой?.. Мудак ты, Мориц, прости меня за прямоту. Подозреваешь всех и каждого, даже меня. Хотя именно я твою жопу тогда из-под обстрела вытащила. В итоге тебе медаль и новое звание, а мне матку вырезали и навсегда семейного счастья лишили…

Шагнув назад, мужчина примирительно выставил руки перед собой:

— Все-все, не кричи… Давай так. Пусть она себя на тесте по рукопашке проявит, и я отцеплюсь. И все нужные подписи тебе дам. Но я хочу увидеть человека, который умудрился три года в джунглях глотки кромсать и два концлагеря прошел. Покажи мне…

Концовка тестов меня удивила. Фрау Лаубе была в ярости, когда перехватила после тира. К счастью, слюной брызгала в другую сторону.

— Пикси, сейчас у тебя будет схватка. Одна. С новым инструктором по рукопашке. Редкостная гнида, сразу предупреждаю. Потому можешь валить его “наглухо”. Разрешаю. Тебе за это благодарность будет.

— В смысле — совсем-совсем?

— Да. Но предупреждаю, он жалеть не станет. Как понимаю, постарается покалечить, выслужиться перед начальством хочет… Заигрались суки в теплых креслах, все никак угомониться не могут. И то, что я за тебя хлопочу, для них словно красная тряпка для быка.

— Фрау Эльза, вы не волнуйтесь так сильно. Если меня не накажут, то я разберусь с этим идиотом.

— Разберись. Считай, что капо встретила на узкой дорожке.

О как… Тогда мне же проще.

Поединок проводили в небольшой комнате с зеркальной стеной. Кто там меня с другой стороны разглядывал — без понятия. Лаубе замерла у входа. Я же посмотрела на мужчину перед собой и пошла по матам, даже не сняв обувь. Модная прическа, рожа смазливая. Наверняка пользуется популярностью среди баб. И не удивлюсь, если специально мотается по ночным клубам, чтобы полученными навыками мордобоя бравировать. Если где перестарается — корочками прикроется. Почему-то я думаю, что все именно так, а не иначе. Но — уже не важно.

Поднырнула под чужой джеб, пропустила правый боковой и вогнала нож тычком в шею. Рукоять уперта в основание ладони, сталь перерубила позвоночник. Инструктор нелепо выгнулся и рухнул на бок. Выдернула клинок, вытерла об одежду, вернула подарок на место.

Довольная Лаубе продемонстрировала средний палец зеркальной стене и рявкнула:

— Доволен? Еще вопросы есть? Нет? Тогда чтобы документы подписанные завтра у меня на столе были. И обещанная бронь для Пикси от любых уродов. Или в гости мы уже на пару придем. С наглядной демонстрацией психологического портрета…

Мобиль покатил в центр. Я покосилась в сторону Лаубе, та фыркнула:

— В гости заедешь. А то мне в одиночку надираться уже достало.

— Я не пью, фрау Эльза.

— Тебе соки, чай или смузи какой-нибудь сделаешь. Морозилка ягодами забита.

В гости — так в гости. Заодно хоть посмотрю, как куратор поживает. Я пока только ее халат успела запомнить. Главное — не похоже, что мне очередную маску демонстрируют. Похоже, в самом деле текучка и корпоративные игры до печенок “гренадершу” достали. Надо дать ей возможность пар выпустить. Может, и меня меньше дергать будет.

Квартира шикарная — предпоследний этаж в небольшой высотке с видом на ближайший парк. Из окна можно разглядеть, как утки в пруду за кусок хлеба дерутся. Наверняка департамент часть оплаты на себя взял, потому что ценник за жилплощадь должен зашкаливать, а в списках миллионеров фамилия Лаубе не мелькала.

Спальня с кроватью у дальней стены. На противоположной цепочка капсул модного навороченного голоцентра. Колонки под потолок. Но запылилось все чуть-чуть, явно давно не пользовались.

В гостиной у круглого стола аркой мягкий диван. Барная стойка отгораживает кухонный уголок. Там два монстрообразных холодильника и сбоку еще морозильная камера мне по грудь. Индукционная плита, рядом стойка с разнокалиберными кастрюлями и сковородками. Посудой явно пользуются. Похоже, любит куратор готовить.

— Ягоды там, молоко и прочее в правой железяке. Хочешь мяса — стейки в левом.

— Стейки с овощами хорошо.

— Овощи в подсобке, вон там. Лампочку пошевели, не всегда сразу загорается.

— Понятно… На вас мясо делать?

— Мясо?.. Делай. Можно с кровью. Я пока переоденусь и выпить достану.

Я выдернула кусок бумажного полотенца, протерла полированную столешницу. Под левую руку добыла разделочную доску, выбрав из трех товарок. Придирчиво проинспектировала ножи. В мелких магазинах такие не видела, что-то из специальных коллекций. Но все бритвенной заточки, берем.

Пока возилась с посудой и доставала затянутое в пленку мясо, будущий капитан поставила на стойку два высоких бокала, рядом водрузила литровую бутылку с желтым содержимым. Постучала пальцем по моей таре:

— Какой сок? Есть: апельсиновый, яблочный, ягодный.

— Яблочный. После апельсина у меня обычно изжога.

В кладовке пришлось лампочку пошерудить, не хотела включаться сразу. Насыпав в большую миску кучу овощей, выключила свет и вернулась на кухню. Плита уже греется, можно начинать готовить.

Ужинали рядом со стойкой. Стулья удобные, накладывали прямо со сковородок, которые цепочкой расставили. Таскать все на стол было лень. Да и удобнее так — все под руками. Что-то не хватает — руку протяни к холодильникам или с плиты добавку сгребай. Пока мясо доели, Эльза два бокала уговорила и вроде как чуть-чуть успокоилась.