Игрушка Плюшевых мишек (СИ) - Чернышова Оксана - Страница 23

Борис, подойдя к моей двери, открыл её. И я вышла.

— Лиза, это Роман, он тебя осмотрит.

— Со мной всё в порядке, — поспешила уверить мужчин в своём удовлетворительном состоянии.

— И всё же позвольте вас осмотреть.

— Что с Валентином? — спросила у доктора.

Роман смотрел на меня с долей интереса. Видимо, всё-таки Борис не каждый день привозит в больницу избитых девиц.

— О нём не беспокойтесь. Не в первый раз к нам попадает. На Валентине всё заживает, как на собаке, — слова Романа меня нисколько не успокоили. За Валентина я искренне переживала.

Пока мы шли,Роману постоянно кто-то звонил. Войдя в кабинет, доктора расположились в креслах. Роман, осмотрев меня и Бориса, вызвал медсестру.

— С вами всё в порядке. А вот у Валентина сотрясение мозга, трещины в двух рёбрах. Сломано пару пальцев. Ну и так по мелочи. Ему крупно повезло, что так легко отделался. Что опять участвовал в боях без правил?

— Угу. Идиот. Ты же помнишь, как его год назад чуть живого доставили в больницу. А он опять решил себя попробовать на ринге.

— Самолюбие взыграло.

— Я же и говорю идиот. Ник-Мясорубка его тогда жёстко отделал.

— Ну, под чей вы удар попали, спрашивать не буду. Ты бы завязывал кулаки чесать. Вроде бы взрослый, серьезный мужик. Занимаешься легальным бизнесом. А ведёшь себя порой как малолетка с гормональным сбоем.

— Так получилось. Нужно было зарвавшегося братца поучить уму разуму.

— О как. Так мне что, Артёма ждать в гости?

— Не думаю. Обратится наверняка в другое место. Боюсь, сюда он приезжать не рискнет. Побоится того, что ты его невзначай отравишь. Или ты с ним уже помирился?

— Нет. С ним я не помирился. Но если бы он обратился в больницу, первую медицинскую помощь ему бы оказали. Тут и без меня врачей хватает.

Раздавшийся очередной звонок прервал разговор двух приятелей. Пока доктор разговаривал по телефону. Борис поманил меня к себе. Я, не раздумывая над тем, как это будет выглядеть, встала с кресла и опустилась на Борисовы колени.

— Не так я планировал провести свой отпуск. Ты уж прости, родная, что всё так вышло. Не думал, что…,— я не дала Борису договорить.

Как можно нежнее поцеловала его в губы. Он потянулся ко мне, забыв о том, что у меня разбитая губа. От боли и желания застонала. А любимый, вспомнив о моих побоях, резко отстранился.

— Прости. Прости. Совсем забыл. Я сделал тебе больно? — я прижалась лбом к его лбу и прошептала:

— Всё в порядке. Я в порядке.

— Так, голубки, — прервал нашу идиллию доктор. — Там Валентин очнулся, желает вас видеть. Идёте?

Глава 29

В больнице долго мы не задержались. Валентин был слаб, да и мы изрядно устали, поэтому сразу же поехали домой. Борис всю дорогу молчал, я же, прикрыв глаза, слушала тихую музыку, льющуюся из динамиков магнитолы. В голове было пусто, а на душе скребли кошки. Я не знала, как поступит Борис после того, что устроил в клубе Артём. Но что-то мне подсказывало, что долгая дружба и родственные отношения не проходят за один день. Кто я для Бориса? Всего лишь игрушка. А Артём ему брат и друг. Поэтому-то и было на душе так паршиво.

Рука Бориса дотронулась до моего плеча, и я вздрогнула. Как оказалось, мы уже вернулись домой, а я и не заметила.

— Ты как? — с беспокойством спросил любимый.

— Нормально, — повернув голову к Борису, вымученно улыбнулась.

— Всё будет хорошо, — уверил меня Борис и, наклонившись, нежно поцеловал в кончик моего носа.

Мне очень хотелось поцеловать его в ответ, но ноющая от боли щека и разбитая губа меня остановили.

— Уверена, что так и будет. Ты утром поедешь на работу?

— На работу мне, конечно, нужно будет поехать. Но сделаю это ближе к обеду.

— Это хорошо, значит, позавтракаем утром вместе?

— Да. С завтрашнего дня начинаются твои занятия. Ты перестанешь хандрить. Да и мне будет спокойнее, когда ты будешь занята делом и не будешь слоняться по дому, не зная, чем себя занять.

Спорить совершенно не хотелось. Да и Борис был прав. Это дома я знала, чем себя занять, здесь же я была в чужом доме. Где полно прислуги. Нет телефона и доступа к социальным сетям.

— Ты вернёшь телефон? Мне нужно позвонить маме. Несмотря на сообщения, уверена, она беспокоится. Я обычно так себя не веду, и это может навести её на ненужные мысли и подозрения.

— Твоей маме сейчас не до тебя. Уверен, она сейчас думает о разводе. Добрые люди сообщили ей о проделках твоего отца. Так что она рада, что тебя нет дома.

— Развод? Что именно мама узнала об отце?

— То, что он поставил видеокамеру в твоей комнате.

— Ты донёс до неё эту информацию?

Мой мир окончательно рухнул. Мама не смотря ни на что, всё-таки любила моего отца. И его предательство больно по ней ударит. Дорогой мне человек находится в нашей квартире наедине со своими мыслями, а я здесь отрабатываю отцовские долги.

— Не я. Но знаю, кто это сделал.

— И кто?

— Артём. Но знаешь, Лиза, это правильно. Твоя мама должна знать, с кем живёт под одной крышей. Ты бы не решилась ей поведать правду об отце. Разве я не прав?

Он был прав в своих суждениях. И всё же его брат не имел права так поступать. И когда только успел? Хотя возможности у него были. Не всё же время Артём находился подле меня.

— Ты думаешь, твой брат сделал это из-за благородства? — я не на шутку разозлилась. — Это, по-твоему, благородно? — я дотронулась до своей щеки и разбитой губы. — Знаешь что? Требуй долг с моего отца, а не с меня! Я ничего у вас не брала с братом и отдавать ничего не собираюсь. Я возвращаюсь домой. Сегодня же!

Руки мои дрожали, и я некоторое время не могла справиться с ремнем безопасности. Борис мне не спешил помогать, он лишь хмуро смотрел на мои нервные потуги. Наконец, справившись с ремнем, попыталась открыть дверь, но она оказалась заблокированной.

— Лиза, не принимай поспешных решений.

Во мне бушевала горечь, гнев и злость.

— Выпусти меня сейчас же! — на удивление я говорила ровным твёрдым голосом.

— Как ты маме объяснишь опухшую щеку и разбитую губу?

— Скажу, что взбиралась на гору и, неудачно поскользнувшись, ударилась.

— Допустим, — согласился Борис. — Но пока ты находишь под моей крышей. Твоей семье ничего не угрожает. Да, пусть они и переживают тяжёлые времена. Но, как мне кажется, твоей маме будет спокойнее, что ты сейчас находишься на горном курорте. И не участвуешь в семейных разборках.

— Я там не нахожусь.

— Это можно исправить.

— Ты издеваешься? Они там с сестрой переживают. А я в это время буду отдыхать и наслаждаться жизнью?

— А лучше будет, если вы втроем будете сидеть в двухкомнатной квартире и биться головой о стену?

— Лучше так.

— Нет, Лиза. Не лучше. Хочешь, я сделаю так, чтобы и мама и сестра уехали на две недели из города. Например, в Кисловодск?

Не задумываясь, ответила:

— Хочу.

Мама давно уже не отдыхала. Да и сестре неплохо было бы съездить на курорт, попить воды, подышать чистым воздухом.

— Отлично. Тогда я позабочусь о том, чтобы маме твоей на работе выделили горящую путёвку на двоих. Всё? Успокоилась?

— Мне всё равно нужно позвонить.

— Давай ты сделаешь это уже после того, как они получат путевку?

— Почему? — спросила я.

— Почему что?

— Почему ты это делаешь?

— Может, потому, что могу? Считай, что это меценатство. Почему бы и нет?

А что я ожидала услышать? Что он признается мне в своих чувствах и скажет, что без ума от меня? Почему люди совершают те или иные поступки? Некоторые из-за того что должны, другие потому что могут.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Бориса.

— Пожалуйста, — ответил Борис и криво улыбнулся.

Кровоподтёк под глазом, видимо, ему причинял немалую боль.

— Идём? Нужно выпить обезболивающие. Тебе же наверняка больно.

— Дело привычное. Но ты права. Пойдём. Вечер был насыщенным.