Игрушка Плюшевых мишек (СИ) - Чернышова Оксана - Страница 19

Пальцы Артёма заработали сильнее. Он ласкал, тер, кусал мою шею, пальцами терзал мой сосок. А мне было мало. Я хотела большего. Но это всё позже, не сейчас. Сейчас же только его руки, только мужские губы.

— Чёрт! Как же я хочу тебя трахнуть. Скажи, тебя кто-нибудь имел в попку? — хриплый голос Артёма на некоторое время вывел меня из сладкого забытья.

— М-м-м? Нет! — простонал я, не имея ни желания, ни возможности возмущаться.

— Отлично. Тогда я хочу быть первым. Хочу лишить тебя анальной девственности. Прибережешь сладкую дырочку для меня? Не отдашь никому?

— Никому, — эхом повторила за ним.

— Скажи, что ты хочешь меня. Что ты хочешь, чтобы я был твоим первым мужчиной. Чтобы отодрал тебя во все дыры.

Артём, не доведя меня до пика, резко остановился. Я же протестующе замычала. Он повернул мою голову к себе, и я впервые увидела не смешливые глаза, а глаза дикого жестокого хищника.

— Скажи, что ты хочешь, чтобы я был первым. Кто тебя трахнет в девственную попку. Скажи. И я обещаю продолжить.

У меня внутри все горело и кололо. Мне нужна была разрядка. Так как застой крови в половых губах мне причинял дикий дискомфорт.

— Чёртов манипулятор! Да, хочу. Хочу. Только доведи меня.

Я в этот момент была на всё согласна, даже на то, чтобы достать ему луну с неба. Глаза Артёма потеплели, и я вновь увидела того же смешливого и колкого мужчину. Кажется, его злость на Бориса мне привиделась?

Но мои неспокойные мысли смысла волна обрушившегося на меня оргазма. Я выгнулась дугой, сливаясь воедино с его пальцами. Я хотела передать ему всю свою энергию, поделиться с Артёмом теми чувствами, которые выплескивались из меня через край. Я желала разделить в этот миг небо и звёзды. Я была на всё готова, лишь бы доставить и ему удовольствие.

Артем, подхватив меня под попу, встал вместе со мной и положил моё тело на кровать. Так, чтобы моя голова чуть свисала с матраца. Не спрашивая моего согласия, расстегнул ширинку и, вытащив наружу свой пенис. Пристроил налившуюся желанием бордовую головку к моим губам. На сей раз я не возражала против такого овладения. Мужчина, как и обещал, был крайне осторожен. Давал дышать, если мне это было нужно, и раз за разом вводил пенис всё дальше и дальше в горло.

Я хотела попробовать позу, ту, которая только для сильных мужских рук. Подняв ноги, зацепилась ими за его шею. И он понял, чего я хочу. Артём, несмотря на уступающий рост и габариты Бориса, был не менее тренирован и силен. И он поднял меня на одних лишь руках. Я повисла вниз головой, делая то, что мне самой нравилось. Долго, конечно, это действие не продолжалось. Артём с тихим всхлипом кончил мне в широко открытый рот. На сей раз у меня не было ни слез, ни истерик. На сей раз всё было идеальным.

— Чёрт! Лиза, давай я тебя просто одену, и мы отправимся в клуб? Ты из меня уже все соки высосала.

Я лишь пожала плечами, довольно потягиваясь. Я лежала на спине и снизу вверх смотрела на желанного мужчину.

Глава 24

Артем, взяв в гардеробе подготовленную заранее одежду и бросив её на кровать, сказал:

— Одевайся, Лиза. Мы уже опаздываем, — с лица Артёма исчезла улыбка, и он стал невероятно серьёзен.

Видимо последнее сообщение, пришедшее от Бориса, ему не особо понравилось. Время шалостей прошло. И я вновь почувствовала себя не в своей тарелке.

Оделась минут за пять. Умею же, когда прижмёт. А что там было надевать? Откровенный бюстгальтер, майку, чуть прикрывающую грудь. Тёмные джинсы, носки, кроссы да куртку. Щеткой провела по волосам и бросила быстрый взгляд в зеркало. А ничего, так я выглядела. На щеках лёгкий румянец, припухшие после яростных поцелуев губы. Лихорадочно блестевшие глаза. Чуть грустный взгляд, который придавал мне некоторую загадочность.

Девочка — тайна, девочка — мечта. Возможно, чья-то, но не моя. Чем ни слова из песни?

Спускались на первый этаж мы вместе. Артём шёл быстро, совершенно не заботясь о том, иду я за ним следом или нет. Хотя, чего это я? Конечно, иду. Другого выбора у меня всё равно не было. Закатывать истерики совершенно бесполезно. Да и, честно говоря, не горела желанием. Хотелось в клуб, где музыка, алкоголь и развлечения. Где я могла погрузиться в атмосферу вечного праздника, вечного драйва.

У дома уже стояла припаркованная машина. Я даже поначалу не узнала Валентина. Мужчина был одет, как и мы, во всё черное. В тёмных очках, в ухе гарнитура. Ему не хватало только кобуры с пистолетом. Хотя, может она у него и была, да я не заметила.

Как только мы спустились по лестнице, Валентин передо мной тут же открыл заднюю дверь. Я, поблагодарив парня, юркнула на место. И полной грудью вдохнула запах кожи, сигарет и дорого парфюма. Артём сел впереди. А на водительское сиденье опустился Валентин.

— Валентин, ты тоже едешь в клуб?— с моей стороны был задан глупый вопрос.

Ведь и так было понятно, что раз сел в машину, значит едет. Но Валентин, как обычно, ответил в своей неизменной манере.

— Конечно, там столько голых баб, и все ждут, когда я им присуну.

— И как ты не боишься того, что одна из баб тебя наградит чем-нибудь нехорошим? — после того, как он поведал мне историю своего детства, я стала к нему гораздо лучше относиться.

— А резинки на что? Я же не совсем дурак. Член в рот сую только проверенным цыпочкам.

Артём лишь хмыкнул, выражая явное недоверие по этому поводу.

— А ты, Лизка, резинки с каким вкусом предпочитаешь? — поинтересовался у меня Валек.

— В смысле, жевательные резинки? — я смотрела в окно, за которым проносились деревья, поля и небольшие посёлки.

— Ну, типа того, — пошленько хохотнул Валентин.

Артём всё также молчал. Уткнувшись в телефон, мужчина просматривал сообщения и, кажется, даже не слышал Валькин трёп.

— Я, Валек, предпочитаю сосать конфеты, а не жевать резинки, — парень громко заржал. Я же опять нахмурилась. И что смешного сказала. Не понимаю.

— Теперь я, Лиза, знаю, что с собой таскать в кармане, — весело сказал Валентин. — А что любишь петушка на палочке или что посерьёзнее?

— А что тебя так стали интересовать мои предпочтения? — Валентин не ответил. Увидела в зеркале заднего вида, как он подмигнул и, вытянув губы, громко чмокнул. Парень таким образом посылал мне воздушный поцелуй. — Дебил, — беззлобно сообщила ему и попросила включить музыку.

Но через пять минут прослушивания матерных песен и раздражающий слух басов попросила всё выключить. Тяжёлый рок меня угнетал. Всегда предпочитала лёгкую музыку.

— Лиза, — Валентин не оставлял меня в покое, — а что ты любишь из музыки? Оперу, небось? — я поморщилась.

— Нет. Люблю музыку без слов. В основном релакс. Люблю классику в современной обработке. Очень люблю слушать флейту и скрипку.

— Понятно. Скучная ты, Лизка. Скучная.

— Зато ты у нас весёлый, Валек.

Так, переругиваясь, мы и добрались до элитного клуба с большой парковой и четырёхметровым забором с вышками по периметру. Я с удивлением смотрела на строения, напоминающие мне военную зону.

— Эм-м-м, — промычала я. — Это мы куда приехали?

Столько байков и дорогих спортивных машин я в жизни своей не видела.

— Куда и планировали, — Артём оторвался от телефона и посмотрел в окно, указывая Валентину, где можно припарковаться. — В клуб к Савелию.

— Сюда всех пускают?

— С чего ты это взяла?

— Никто на въезде не проверял документы.

— Нас просто каждая собака знает. Ну а на въезжающих с сопровождением девчонок внимания никто не обращает. Это же не тайная организация, а обычный клуб. Только с охраной.

Я с интересом осматривала большое четырехэтажное здание. И с нетерпением ждала того момента, когда попаду внутрь помещения. На входе нас всё-таки проверили. Мы прошли через рамку металлоискателя и Валентину пришлось сдать своё оружие. Я искоса посмотрела на парня. Тот лишь пожал плечами.

Клуб меня не разочаровал. Здесь было несколько залов, так сказать, на любой вкус и предпочтения. Артём повёл меня в тот, в котором на втором открытом этаже стояли удобные диванчики со столиками. На первом же этаже находилась большая сцена и танцпол. Пока мы шли, Артём встречал много знакомых. Крепкие пожатия, невинные женские поцелуи. Я себя чувствовала сжато и сконфуженно. У меня всегда так, когда находишься где-то в первый раз, возникает не восторженность, а чувство неловкости. Я улыбалась, но меня никто не представлял и особо не замечал. Я, как и Валек, были лишь сопровождающими Артёма и не более того. Валек — охранник, а я, видимо, очередная девочка на вечер.