Копьё Маары - Кретова Евгения - Страница 18

– Его нет. – Она его словно не слышала.

– Не паникуй, Магда, ты всегда была разумной женщиной, – спокойно попросил Сергей Александрович.

– Его не-е-ет! – заорала она. От крика дрогнула свечка перед иконой. – Ты что, не понимаешь, что это уже все не важно – его просто нет! И мы никогда! Слышишь? Ни-ког-да! Его не увидим! – У нее началась истерика.

Магда била его кулаками по спине, рукам, голове. В ее маленьком, убитом горем теле откуда-то взялось столько силы, что Сергей Александрович не мог с ней справиться, не мог удержать.

– Да с чего ты взялась его хоронить! – в ответ ей проорал Сергей Александрович. Он перестал ее успокаивать, удерживать. – Не смей хоронить моего сына! Слышишь? – Он тряс ее за плечи, словно стараясь, чтобы эта непреложная истина впечаталась в ее несчастную голову.

Магда внезапно стихла. Посмотрела жалобно. Она сидела по-прежнему на полу, поджав под себя ноги и уставившись невидящими глазами в пол.

Потом она подняла на него бледное лицо с глазами затравленного охотниками зверька.

– Сережа, – прошептала она его имя совсем как ТОГДА, когда они не были друг другу чужими, – так ты считаешь, есть надежда? Хоть какая-то?

Сергей Александрович сел рядом с ней, устало прислонившись спиной к стене.

– Пока я не найду его тело, я не поверю, что его нет…

Магда молча смотрела на него. Потом слегка передвинулась так, чтобы оказаться рядом с ним, положила голову на плечо.

– Я тоже так думаю… И вот что… Я завтра с тобой поеду. Я не могу больше здесь одна… Можно? Я не буду тебе мешать.

Сергей Александрович с облегчением выдохнул и обнял жену за плечи, как тогда, в их маленькой двушке на окраине Красноярска.

– Конечно, можно. Так мы его найдем гораздо быстрее.

Глава 9

Побег

Узкая полоска света падала на пыльную площадь. Ветер чуть приподнимал полог шатра, из-за чего золотой луч внутри то расширялся, то почти исчезал. Катя и Ярушка по очереди осторожно заглядывали внутрь.

– Ну точно, – прошептала Катя, – Аякчаана здесь, со старухой.

Ярушка кивнула – тень за ее спиной, будто марево над свечой, качнулась и снова замерла.

Полупрозрачный сгусток скользнул змейкой по траве, прильнул к Ярушкиной ноге – это вернулся посланный на разведку морок.

– Бабушка на том же месте, их никуда не перевели, – прошептала подруга Кате.

Та кивнула в ответ.

Ярушка достала из-за пазухи слепленную из травы и глины куропатку, поставила ее на землю рядом с узкой полоской света, лежащей на траве.

Чучело, едва коснувшись земли, встрепенулось и… ожило.

В это же мгновение Катя тихонько стукнула посохом о землю и прошептала:

– Невидимы!

Их и без того едва заметные в темноте силуэты растаяли в воздухе.

Куропатка пискнула и сделала несколько неверных шагов по яркой полоске света. Но этого было достаточно, чтобы старуха, сторожившая Аякчаану, ее заметила. Куропатка истошно запищала и прыгнула в сторону от старухи, выманивая ее за собой. Старуха осторожно приоткрыла полог и выскользнула наружу.

Невидимая Катя сразу же приподняла ткань шатра, шагнула внутрь и практически нос к носу столкнулась с Аякчааной – та как раз рванула, надеясь сбежать.

– Ая! – застонала невидимая Катя, судя по звуку, потирая ушибленный нос. Девочка подпрыгнула от неожиданности и замерла, оглядываясь по сторонам. – Ая, это я, Катя.

– Ты где?

– Прямо напротив тебя, ты меня только что чуть с ног не сбила… У тебя, видимо, такая привычка дурацкая – врезаться в людей…

– Мне просто раньше не попадались невидимки, – в сердцах огрызнулась Ая.

– Иди уже на голос, только быстро. – Катя потянула ее за рукав, Аякчаана вскрикнула и едва не снесла медные горшки, стоявшие стопкой на земляном полу. – Да тихо, горе ты мое! – всплеснула невидимыми руками Катя.

Она вытащила из кармана заговоренный Ярушкой комочек грязи, оставшийся после лепки «куропатки». Он, словно сказочный колобок, сразу ожил и покатился к выходу.

– Иди за колобком, никуда не сворачивай! Жди нас там, где он остановится.

Аякчаана кивнула в пустоту, выскользнула из шатра прежде, чем появилась старуха, и, громко шурша своим лыжным костюмом, побежала к опушке. Катя поморщилась ей вслед. Насчет тихо, кажется, она погорячилась – эта опция у ее новой знакомой, видимо, отсутствовала. Даже отбежав на сто метров в сторону окраины стоянки, туда, где томились Могиня и ребята, Катя слышала в ночной тишине характерное скрып-скрып. А от того, что девочка торопилась и старалась не шуметь, выходило скрып-скры-ы-ып.

«Уж лучше бы не таилась!» – подумала Катя.

Словно прочитав ее мысли, Ярушка пробормотала:

– Так ее точно засекут…

– Надеюсь, она успеет, – вздохнула Катя.

План продуман, уж какой есть. И теперь оставалось ему следовать и надеяться, что удача не отвернется от них. Стоянка джунгар засыпа́ла, только стражники лениво прохаживались между шатрами и посматривали за периметром.

Девочки подкрались к стражникам, охранявшим бабушку, Истра и Аскольда. Джунгарские воины, устроившись у костра, переговаривались между собой и неспешно ужинали – перед каждым стоял котелок, от которого поднимался аромат жаренного с луком мяса. Иногда над их компанией разносился оглушительный хохот.

Катя и Ярушка крались к пленникам, но чем ближе они подбирались к Могине, тем меньше слушался их темный морок. Идти становилось все сложнее – ноги вязли в траве, как в зыбучих песках, на плечи давило с невероятной силой, при каждом новом шаге перехватывало дыхание.

– Я духов не могу вызвать, – жалобно призналась Ярушка.

Катя замерла. По плану Ярушка должна была вызвать духов темного морока, которые и убрали бы с дороги вооруженных до зубов стражников. А что теперь делать? И что с того, что они обе невидимы?

– Думаешь, здесь чары какие-то наложены? – Катя посмотрела на собственные руки – странным образом игнорируя заклятье, они то исчезали, то появлялись вновь.

Ярослава вздохнула:

– И сомневаться нечего! Ясно же, что тут какой-то черный маг замешан, не то бабушка Могиня высвободилась бы уже.

– Выходит, он знает, что Могиня волшбой владеет?

– Выходит, что так. – Ярослава с сомнением качнулась, тень от нее уплотнилась, проскользнув по траве.

Один из стражников насторожился, выпрямился, вглядываясь в полумрак. Девочки замерли.

Кочевник привстал неуклюже, задел свой котелок, тот перевернулся. Джунгар, что сидел рядом с ним, засмеялся, отпустил шуточку – все трое загоготали так, что спугнули с ближайших сосен сов. Вставший смутился, вернулся на свое место и махнул рукой на испорченный ужин.

– Что делать-то будем? – еще тише прошептала Катя, посматривая на джунгар.

– Ты ж богиня удачи, давай, наколдуй что-нибудь, что ли! Надо с этой чьей-то непонятной тайной волшбой что-то делать. Вдруг сработает, как раньше бывало?

Катя кивнула. Когда она впервые призвала светлый морок во время битвы в подвале Александрии, он ей повиновался, пришел на помощь. Она просто попросила его об этом, как сумела. Вот и сейчас, сосредоточившись, она приподняла над землей посох и ударила им о землю.

– Сними оковы! – скомандовала светлому мороку.

Из-под ее сомкнутых на посохе рук проскользнуло несколько сине-белых искр. Они проникли в него и будто растворились внутри. Но спустя мгновение снова появились на его поверхности, стали быстро стекать к основанию, затем спрыгнули в траву, растекаясь вокруг хозяйки по спирали и расширяясь вихрем. Сразу стало легче дышать и будто посветлело вокруг, сосны стали приветливее, а луна – ярче.

Воздух вокруг Кати и Ярушки подернулся рябью, словно отражение на озерной глади, и все вокруг замерло.

В этот же момент с Ярушкиных рук спрыгнуло четыре серых облака. Коснувшись земли, они подросли, превратившись в четырех богатырей. Они не выглядели как тени, скорее – как отражения. Только плотные, осязаемые духи темного морока.