Триумвират (СИ) - Корнелий Луций - Страница 81

Мы высадились в Шепчущей Гавани на северо-западной оконечности острова. Она относилась к Белому Городу и была обнесена мощной стеной. Древние башни окружали её со всех сторон, а восточнее виднелись грандиозные дворцы-зиккураты, именуемые Царствующими Близнецами. Они тоже относились к Белому Городу.

Белый, красный, серый, черный. На словах всё звучало логично и просто. Однако по факту кварталы Канртега шли вперемешку. Город напоминал лоскутное одеяло, в котором чья-то небрежная рука сшила куски старой, но ещё блистающей парчи с грубыми лохмотьями.

И даже в рамках одного белого квартала рядом с обжитым особняком могла стоять какая-нибудь заброшка. Жилищная проблема это вообще не про Канртег. Свободных площадей здесь хватало с избытком. Причём это были не только разваливающиеся дома, но и вполне приличные, за которыми продолжали ухаживать в надежде когда-нибудь продать или заселить подходящими людьми. Хватало и пустующих древних башен, крепостей, дворцов, храмов. Именно в подобных помещениях Шепчущей Гавани мы собирались размещать бойцов. Посреди старинных залов вставали ряды лагерных палаток. Схожим образом поступил и я, разместив под крышей гигантского бастиона свой шатер стратега. Место это ранее было полузаброшенным. Стража сюда захаживала, но проживать предпочитала в более легко отапливаемых помещениях.

Ко мне подошла Айкари, раны которой уже зажили благодаря магии. На смену сгоревшему вместе с кораблем или пострадавшему от ударов клинка гардеробу, ей подобрали красно-зеленое одеяние на ти-шадайский манер.

— Этот город будто построен богами. — с уважением произнесла Айкари, смотря через узкое окно на башни и храмы Канртега.

— И побежден людьми. — ответил ей Гинд. — Бог, который вынужден опираться на физическую оболочку — слаб.

— Я не совсем понимаю вас. Разве эти дворцы и башни не настоящее чудо?

В отличие от имперцев Айкари не питала к Канртегу особой неприязни. Древних хозяев города её острова не интересовали. Слишком уж дикими они тогда были.

— У народов Империи есть давняя обида на это место. — пояснил я. — Вы, к примеру, не любите сатори — обезьянолюдей. Представьте, что это место когда-то было их столицей. Отсюда враги наносили удары по вашим землям, чтобы угонять пленных и захватывать города.

— Тогда прошу прощения. — с вежливым поклоном произнесла Айкари. — Я сожалею об утратах ваших предков.

— Да… Не стоит. Главное, что мы победили. — слегка смутился Гинд, привыкший что женщины в лице Децималы с ним обычно спорят.

Орина тоже находилась рядом. Жила теперь под охраной людей, которых когда-то считала врагами и направляла против них войска.

— Это ведь она? — спросил меня недавно Ган. — Та самая пигалица с Севера?

— Да, но сейчас она наш союзник. Не самый надёжный, не самый преданный, но относится к ней следует именно как к союзнику.

— Мы то да. Но что она? Краем глаза её видел. Вредная девчонка. Кончит как Элама, который Аргет оказался. Помяните мое слово.

— Надеюсь, что нет.

Аргет был бешеным псом, готовым сражаться до последней капли крови и последнего осколка чести. Орина же несостоявшаяся героиня. И сейчас на горизонте есть Гастос, гораздо более подходящий на роль антагониста для нее чем я. Кстати, пора бы ее вызвать и пообщаться на тему обороны города.

«Можешь подойти ко мне?» — спросил я у бывшей принцессы Севера. — «И мой тебе совет: как будет возможность возьми себе улучшенный командный голос. Очень сильно упрощает жизнь. А в некоторых случаях даже может тебе её продлить».

Мне поначалу сильно не хватало наставничества другого стратега. Я оказался на Севере один в окружении врагов, тогда как остальная Империя сражалась на Востоке с Шаддом или отвлеклась на внутреннюю грызню. Мои первые месяцы в этом мире выдались особенно напряженными. Я шел по пути стратега, опираясь лишь на свои легионы и немногих товарищей за их пределами. Теперь же стою во главе огромной армии, но враги нынче тоже иного калибра.

Орина появилась в просторном зале, сопровождаемая двумя превенторами. Такой эскорт ее явно напрягал, но оружие мы у нее не забирали.

Вся моя охрана находилась на отдалении или в разных секциях шатра. Я сам стоял только рядом с Айкари. Превенторы остались на почтительном расстоянии, давая Орине спокойно приблизиться ко мне. На фоне меня и Айкари она выглядела довольно мрачной в серой накидке без украшений, наполовину скрывавшей темно-зеленые штаны. Орина внимательно посмотрела на нас.

— Доброго дня, уважаемая госпожа. — с легким поклоном поприветствовала ее Айкари.

— Да. Вам тоже. — сдержанно ответила она. — Заметила своим даром трёх стратегов в ваших рядах. Значит двое имперцев, а вы, полагаю, из числа наемных союзников.

— Наемный союзник? О нет. Я была спасена господином Михаиром и его сыном.

— Спасена? Сыном? — невозмутимость на лице Орины сменило удивление.

— Да. Все так. Я сам тоже только недавно узнал, что у меня есть сын. Это долгая и странная история. Орина, пойдём уже. У меня есть много вопросов. Ты пока свободна, Айкари.

Посвящать новую знакомую в подробные военные планы я сейчас не собираюсь. Надо ещё к ней присмотреться, да и мотивация сражаться с Гастосом у неё не шибко мощная. Айкари хочет защитить родные острова. Наши разборки для неё это склоки каких-то непонятных иностранцев.

На большом столе шатра у которго обычной проходили совещания центурионов лежала карта Канртега, а в углу сидела Итка, пустым сонным взглядом созерцающая стену.

— Знакомься. — указал я на неё Орине. — Ближайшие дни твой телохранитель. Есть подавление, а ещё… Впрочем, ты сама можешь глянуть.

Несколько минут Орина стояла, слегка прикрыв глаза, а затем лицо ее снова выразило удивление, но на этот раз с оттенок сочувствия и возмущения.

— Боги, что с этой девушкой?

— Тоже долгая история. Но сразу говорю: это не я. Она мне такой уже досталась.

— Мне ее добавить? — спросила Орина.

— Пока нет. Она все же мой человек тем более в статусе героя. Ладно. А теперь давай посмотрим сверху на славный город Канртег. Насладимся его особым могильным шармом.

Обычно наблюдая карту города ты видишь его как большой живой организм со своим мыслительным центром в виде дворца управителя, системой пищеварения, которая начинается от поглощения поступающей провизии через ворота, до сброса объедков в выгребные ямы самых бедных кварталов. Однако наблюдая план Канртега, я ощущал себя скорее патологоанатомом. Ну или хирургом, которому на стол вывалили полусгнившую тушу запойного бомжа. Одну ногу уже едят черви, на руке прогрессирует некроз, а какие паразиты поселились в кишках — одному богу известно.

Рядом с более-менее сохранившимся Белым городом соседствовали другие кварталы, где вперемешку шли новостройные дома и древние руины. Как и в Сейд-Нираме здесь было полно внутренних стен, отделяющих разные части города. Не только бедных от богатых, но и живых от мертвых. По крайней мере живым Канртега так казалось. Они старались отгородиться от заброшенных чёрных кварталов и шахт, не подозревая, что тени давно усопших бродят прямо по улицам, а весь город стоит на гигантском кладбище душ.