Триумвират (СИ) - Корнелий Луций - Страница 39

— Давай. — согласился я, сидя за столом рядом с Иткой.

Тело адепта пронзила судорога, лицо сначала побледнело, потом побагровело. Наконец, маг рухнул на пол каюты и тут же медленно встал. Выражение его лица изменилось на мне уже хорошо знакомую ухмылку. Такую я видел у Тевригена и мертвого превентора когда-то давно на Севере.

— Некоторые разговоры не стоит доверять даже ушам безумца. — усмехнулся демон, глянув в сторону Итки.

— Полагаю, ты знаешь языки, ей неизвестные. — ответил я.

— Конечно. Но кто знает, чьи уши и глаза могут наблюдать за нами через нее.

Временно мертвый адепт, ставший сосудом для демона, подошёл к девушке и пристальным взглядом окинул бывшую смертницу.

— Над ее телом кто-то хорошо поработал. Глубокие разрезы, татуировки, даже специальные повреждения мозга. Не модификация Алхимией Плоти, но тоже весьма любопытное вмешательство. Думаешь, она попала к тебе случайно?

«Я могу говорить через командный голос. Так будет надежнее. Нам скоро предстоит серьезная битва, если враг таки примет бой. У меня есть информация, что противник применит некое особое средство для достижения победы. Что конкретно не могу сказать. Чудовище, погодная магия, какой-то артефакт Великого Пламени. Пока неизвестно. Однако я хочу, чтобы ты подстраховал нас».

— Так тому и быть, но учти стратег — мои силы не безграничны. Ты сам видел на что подобные мне способны. Убивать, возвращать мертвых к подобию жизни, выплавлять и вылепливать из их плоти новые инструменты. Но за погодной магией тебе лучше обратиться к своему союзнику Фальвусу.

«Ты нам нужен для страховки от каких-то особо лютых чудовищ. Плюс… Если хаос боя закипит и будет шанс — убей Гастоса Тарквидия. Это уже работа по вашему профилю. Предполагаю, что без него остальные пираты перегрызутся или попрячутся, потеряв всякую веру в победу над Империей».

— Принято. Мне нужно описание корабля, на котором он находится.

Думаю, что кораблей у Гастоса несколько и, если он не дурак, то меняет их время от времени. Однако как только моя система его засечет, гад уже не отвертится. Не знаю что за подавители у него в охране, но на море демону достаточно повредить корабль. Даже если сам Гастос как-то умеет дышать под водой, то его телохранители очень вряд ли.

«Информация о кораблях скоро будет. Также по возможности стоит уничтожить или обезвредить наемного стратега Тайкано. Вражеская погодная магия во многом держится на его силах».

— Может быть, мне всех утопить, а победу запишут вам? — усмехнулось существо.

«Было бы идеально». — без капли иронии ответил я. — «Но в такие чудеса не верю. На всякий случай еще раз подчеркну, что и Гастос, и Тайкано это дополнительные цели. Главное обеспечить безопасность нашего флота».

— Стратег… — с некоторым недовольством произнесло существо. — Мне подробные инструкции не требуются и разъяснения уж точно не нужны. Только цели. Все, что возможно будет сделано. А потом я исчезну, оставив после себя лишь мертвецов и страшные истории.

Так закончились мое общение с силами зла. Ну точнее с одной из сил зла этого прекрасного мира.

Наш флот продолжал гнать пиратов вдоль побережья Терионы. Мы прошли мимо Стайгара — еще одного древнего канртегского города. Гавань его была хорошо защищена, но не вместила бы и половины пиратского флота. Поэтому наши враги продолжили путь. Они прокладывали курс к Проливу Пропавших между островами Большой Змей и Наконечник.

Погода портилась, а от жестокого, холодного ветра уже страдали оба флота. Скорость перемещения замедлилась. Гребцы уставали и выбивались из сил. Однако нам это даже пошло на пользу. Рабов в командах военного флота не было. Фальвусь специально раскошелился на свободных, хорошо подготовленных и дисциплинированных моряков. Сменяя друг друга, они работали максимально эффективно. Хорошее питание, хорошая выносливость и отличная физическая форма. У пиратов же флот был очень разношерстным. Где-то гребцами были рабы, где-то младший состав головорезов. Они привыкли к стремительным погоням по южным морям. Но тяжелая регата в постоянной борьбе с холодным ветром быстро выматывала их силы. Походный порядок флота Гастоса сломался. Некоторые корабли начали критически отставать. Их команды выдыхались, совершали ошибки одну за другой и паниковали, чувствуя, как мы их настигаем.

Пора было начинать охоту.

Фальвус выделил из основного порядка флота три группы по пять унирем с отборными командами. Эти корабли-гончие носили имена в честь охотничьих собак легендарных героев и богов. Легкие, проворные, с вытянутым тонким корпусом. Они были неспособны нести серьезный груз. Их главная задача — нагонять врага.

Первой целью стал пиратский корабль, когда-то принадлежавший торговцам. Это было небольшое, но достаточно вместительное для своих размеров судно. Один ряд весел, палуба без надстроек кроме шатра, даже таран имелся. Полагаю, когда-то пиратский капитан захватил этот корабль и решил заменить им своё более мелкое суденышко. Больше вместительность, больше команда, больше добычи. Однако сейчас, очень вероятно, капитан тоскует по своему старому кораблю, такому легкому и быстрому.

(Иллюстрация униремы — небольшого античного корабля с одним рядом весел)

Абордажники Фальвуса зашли с двух сторон. Под свинцовыми небесами завязался бой, озаряемый вспышками молний. Разогнавшись на полной скорости, одна из гончих Фальвуса прошлась вдоль вражеского корпуса, ломая неприятельские весла. Взметнулись крюки на веревках, полетели стрелы и болты, затем в ход пошли длинные багры и дротики. Загнанные в угол пираты дрались отчаянно, однако имперские абордажники не собирались давать им даже шанс на славную смерть в бою. Нанеся серьёзные потери дальнобойным оружием и сломав вёсла, головорезы Фальвуса закинули на вражеский корабль сразу несколько десятков зажигательных снарядов. Многие пираты были ранены, остальные прижаты обстрелом. Им было совсем не до противопожарных мер. Огонь быстро разгорался, а имперцы подкидывали все новые снаряды. Вскоре корабль запылал. Абордажники отталкивались баграми от гибнущей жертвы и уходили в разные стороны. Стремительная расправа без всякой пощады. Пока еще живые пираты попрыгали за борт, но земля далеко, а погода очень неспокойная стараниями Тайкано.

Через три часа похожую судьбу разделил еще один пиратский корабль. На этот раз попалось судно покрупнее. Красивая брирема, явно принадлежавшая какому-то успешному джентльмену удачи. Два ряда весел, несколько скорпионов, целая картинная галерея по каждому борту, много меди, золота и рабы вместо свободных гребцов. Бандитская роскошь сгубила экипаж. Нахапали денег, ресурсов и вместо того, чтобы самим грести или нанять кого-то свободного, решили не марать руки и съэкономить. Использовали невольников. Теперь пираты были вынуждены экстренно выкидывать за борт обессиливших рабов и самостоятельно садиться за весла. Однако время было потеряно, многие головорезы уже отвыкли грести, а имперские гончие настигали.

Против более крупной цели абордажники Фальвуса действовали осторожнее. Сели на хвост четырьмя кораблями, зашли с обеих сторон, начали обстрел. Затем вынудили втянуть весла, чтобы они не были сломаны. Гончие тянули время, пока подходили основные силы флота. Из общего строя выделилась одна трирема, заметно ускорившая ход.