Галактика Алфавит - дом лысых обезьян (СИ) - Никитин Петр - Страница 22

— Специалисты по жизнедеятельности, генетики, биохимии и эмбриологии амфибий работают у нас несколько десятилетий. — сказала Летиция — Так получилось, что они работают практически автономно. Но при необходимости мы можем вовлечь их в деятельность парка.

— Герпетологи.

— Что вы сказали сударыня?

— Учёный посвятивший себя изучению амфибий называется герпетолог.

— Такой должности нет в нашей системе административного учёта — сказала Летиция — возможно такое определение использовали раньше, в прежней редакции, но для простоты…

— Учёт ведёт Искусственный интеллект — прервала её Лада — для ИИ упрощение лишь очередная задача, не ведущая к облегчению работы.

— Это важно? Простите сударыня я не понимаю что вы хотите этим сказать. Удобнее всего, для начала, ввести этот термин «герпетолог», в устном общении между сотрудниками. а потом…

— Нет — сказала Лада — пускай это слово сначала появится в системе административного учёта, а потом войдёт в обиход. Так лучше.

— Не уверена, что подобное возможно. Во всяком случае в ближайшее время.

— Изменение системы учёта произойдет в ближайшие минуты. Мои слова, произнесённые даже здесь в горах, принимаются и анализируются.

— Это как же! Гордыня в вас горит! Тщеславие! — усмехнулся Силуси. Горный инженер распробовал крепкое вино, и теперь его нос сиял как редис — Лада вы утверждаете что административная система анализирует каждое ваше слово?! Это вы серьёзно?! А мои слова тоже анализируются? А мяуканье Летиции? И каким образом нас слышат? Тут нет ни порталов связи ни автономных систем. Чем выполняется слежение? Чем? И зачем? На административную систему невозможно повлиять.

— Через вашу эгосферу уважаемый гном нас слышит вся галактика — сказала Лада — И это по вашему недосмотру. Напоминаю я просила её потушить.

Инженер вздрогнул, и смущённо повёл рукой. Действительно он не выключил, как его просили эгосферу. Но в этой забывчивости не было ничего криминального. Ведь о том работает она или нет, мог судить только один человек. А именно её носитель.

— Административная система фундамент нашего общества. Она не меняется просто так — проворчал он.

— И что? — сказала Лада — По моему каждый в галактике ребёнок знает, что кто строит фундамент тот его и ремонтирует…

— Хррр — сказал Силуси — А ихтиолог то, познал толк в вине, хороша водица…

Безымянные герпетологи проделали скрупулёзную, титаническую работу. Ледяной ручей они разделили на пять рукавов, и создали пять небольших водохранилищ. В каждом водохранилище стояла автономная установка по поддержании индивидуального кислородно-минерального состава близкого к природным показателям. Настройки этих установок результат многолетней работы. За образец были взяты исторические данные по нескольким отдалённым регионам Азии. Каждый вид саламандры мог размножаться только в определённых условиях.

— Почему они не использовали инкубаторы? — спросила Лада — Я конечно понимаю, что это личное дело каждого сотрудника, и мне не положено вникать в суть некоторых работ. Но если их не оскорбят мои вопросы, я бы хотела знать на них ответы. Почему они не использовали инкубаторы? Ведь намного проще выращивать амфибий где-нибудь в бассейне агроэдема, в комфорте и спокойствии, чем здесь в горах, вдыхая искусственную морось.

— Это противно природе — сказал Силуси — Несколько лет назад, герпетологи читали лекции по своей работе. И я был один из немногих, кто иногда к ним заходил.

— Они именно так и говорили? Это дословно? — Лада нервно засмеялась — Противно природе? Это они про экосистемы современной Земли говорили или практиковали занимательную философию?

— Директор, я не помню деталей нашего общения.

— Противно природе. Тоже мне знатоки природы — Лада презрительно фыркнула — не хочу их знать. Летиция, избавьте меня от общения с этими людьми. Фу… Герпетологи…

— Хорошо. Все ваши вопросы исчезли.

По берегам водохранилищ были построены мостки и домики наблюдения. Около мостков стояли аквариумы с раками. Лада одела перчатки и взяла одного усатого, грозного членистоногого в руки. Рак агрессивно ощетинил клешни.

— Пока милый — сказала Лада и бросила рачка с мостка.

Пухлые саламандры дежурили около мостков, прямо под настилом. Появление еды несколько их не смутило, они привыкли к внезапным дарам с небес. Неспешно двигая трёхпалыми лапами и мясистыми хвостами, они потянулись к добыче.

Лада села на доски и долгое время наблюдала за животными. Силуси скинул ещё полдюжины раков. Впрочем, возможно внимание сударыни привлекла не безобразная трапеза амфибий, хищники разорвали раков на куски щедро разметав клешни и хитиновые членики по каменистому дну, а отражённые в ледяной воде исполинские горные пики, лазурное небо и яркое, жгучее Солнце.

— Герпетологи правы — сказала Лада, по пути домой в Ласточкины соты — инкубатор он противен природе.

Быстро стемнело. Троицу путешественников сопровождал фаэтон освящая путь своими фарами. Камни и обломки скал, в свете белых пучков света, казались упавшими на Землю маленькими лунами.

Лада принципиально хотела дойти до дома пешком и пренебрегла транспортом. Она молча шла позади всех. Иногда она вдруг как бы замирала, ёжилась словно от ледяного ветра и говорила:

— Это противно природе, это действительно противно природе. Боже мой, как же холодно, как же мне теперь холодно.

Но только когда, молчаливый инженер Силуси оставил их вдвоём. Летиция осмелилась утешить и обогреть свою озябшую начальницу.

Лишь через несколько дней после горной прогулки, Лада собралась с духом и провела "радушные личные встречи" с начальниками отделов. Возможно большого смысла в них не было но административная система справедливо предписывала — «для комфортного существования рабочего коллектива необходимо развивать между коллегами тёплое, человеческое общение».

От уровня человечности в общении внутри рабочего коллектива зависели показатели эмоционального покоя, то есть карьерного потенциала.

Встречи состоялись на одной из террас кулинарного отдела. В парке была своя кухня и пункты питания. Джим Конпол был ревностным сторонником культа еды. Хотя он сам питался пилюлями и бесконечными м-огразмами, но гостей в Каменном Молоке наполняли от донышка до горла и выше самыми изысканными, в том числе заморскими питательными веществами. Именно с подачи бывшего директора обычная кухня преобразовалась в целый отдел. В штате которого были люди, дроиды и автоматоны.

Терраса располагалась на скальном склоне. Покрытый искусственной соломой чертог нависал над пропастью. Все стены состояли из зарослей девичьего винограда. Кушанье подавалось из люка в полу. Мебель представляла собой низкие столы и тюки сухого тростника.

Лада и Летиция пришли заранее. Доктора Крогофф они ожидали около двадцати минут. Летицию всё ещё тошнило от тесных контактов, поэтому коллеги сидели на расстоянии друг от друга.

Валерия появилась тихо. Словно она не шла, а как кошка кралась по аллеям. Её наряд можно было посчитать оскорбительным. Вместо уместной в таких случаях туники она облачилась в юбку и жакет, более подходящим для дипломатов или сенаторов чем историкам. Но начальник отдела «По изучению периода древнего, бессознательного, антропогенеза» могла себе позволить некоторые вольности. Разговор она тоже вела в неуместном ключе.

— Вы я так понимаю продолжите порочную практику ваших предшественников — сказала мадам строго — искажение истории, искажение окружающей среды, танцы с поварёшкой перед каждым прыщом возомнившем себя человеком и гостем парка.

— Если для прогресса общества и социума требуются искажения, то будем искажать — сухо сказала Лада — будем искажать пока искажение не станет истинной правдой.

— Политика работы парка всегда была не определена — тихо сказала Летиция.

Валерия с усмешкой взглянула на свою младшую коллегу: — Не сложно догадаться, почему не определена. Никто не знает для кого мы здесь находимся и для чего создано наше учреждение.