Змей - искуситель для Неприступной (СИ) - Иноземцева Карина - Страница 4

В ее глазах плясало медовое пламя, выдавая в ней древнюю кровь Иных. Но ее супруг не видел этого. Лишь усмешка на лице нищего говорила, о том что он знал куда и к кому шел. Он чувствовал родственную душу, а Она была «слепа» с рождения.

— Анабель? — Франциск с нескрываемым шоком наблюдал за своей дерганной супругой. — Этот, тебе что-то сделал? — сапог пнул бок «песика».

Хитрая усмешка исчезла с лица Иного. Заплясало смертельно опасное пламя в его взгляде.

— Франциск, — женщина схватила супруга за руку. — Это дикость с твоей стороны! Разве не ты вырос в гуманном обществе? Прекращай вести себя как плебей!

Поморщившись, граф сделал вид что оглох, но ноги с тела убрал. А Анабель только заметила что осталась без мокрых шерстяных чулков. Зато ее ножки теперь покоились в сухих ботиночках. Иной не только освободил ее от мокрого белья, но и смог высушить обувь. Кто еще знает на что способен ее невольник?

Недовольно покачав головой, графиня подсознательно готовилась к неприятностям. Такой мощный Иной просто так не позволит с собой обращаться, как с рабом.

Что-то невероятное ждет впереди слабую леди с сильной душой.

4

Родной дом встретил супружескую пару тишиной и перепуганной служанкой.

Жанна стояла в коридоре и старалась слиться со стеной. Лишь при появлении хозяев она решилась выйти и подскочила к Франциску.

— Господин, там... Иные, — тихо, опасаясь мужской реакции, зашептала девушка. — Они сами ворвались в дом.

— Торговец? — улыбнулся мужчина и схватил свою супругу за плечо, выводя в просвет коридора. — Как вовремя. Поучись у них пунктуальности, Анабель.

Девушка не могла предположить что ее ждет в гостинной комнате, но такого хамского поведения мужа не желала терпеть. Он ее как козочку на ярмарке, чуть ли не за «рога» потащил.

Выдернув свою многострадальную руку и ощутив, как ногти супруга расцарапали ее бледную кожу, графиня надела непоколебимую маску на лицо.

— Франциск, мне надо принять подобающий вид для встречи гостей, — она пожелала откланяться.

Но мужчина сурово сдвинул брови и пожелал заново схватить свою жертву. Ему не нравилось когда супруга перечила, хоть и было это редко. — Мне надо переодеться! — властно сообщила серая маленькая фигурка Анабель, смотря прямо в глаза графу.

В ее взгляде появилось что-то опасное. Именно это заставило супруга замереть с вытянутой рукой и задержать дыхание. На секунду, он словно окаменел, а когда смог вдохнуть, то увидел как женщина торопливо поднимается по лестнице. Франциск не посмел ее окрикнуть. Вслед за ней шел невольник, но ни одна цепь на его теле не звякнула, а его шаги были неслышны.

Схватив себя за голову, граф сам направился в гостинную, отдавая приказ Жанне. Служанка сама недавно только отошла от властного голоса госпожи и принялась за свою работу.

В комнате графини было темно. Она не обращала внимание ни на сумрак, ни на солнце. Ей не нужен был свет и тому подобные человеческие приспособления. Сейчас она споро вытаскивала из обычного пучка волос шпильки и пыталась освободиться от прилипшего и чешущегося платья. Зуд раздирал ее нежную кожу, а влажная ткань не давала согреться. Но ни перед кем она не могла проявить свою слабость и выставить себя в неудобном свете. Только за плотно закрытыми дверями своей комнаты Анабель позволила себе зашипеть и почесать озябшие ноги и руки.

Скидывая на ходу ткань – пытку, она подошла к двери в ванную комнату и хотела освободиться от пеньюара и нижней одежды. Но в этот момент немного резкий порыв ветра коснулся ее чувствительной кожи. Женщина замерла, так и оставшись возле двери.

— Что вам нужно от меня? — резче чем хотела бы выкрикнула девушка и замерла вглядываясь в темноту комнаты. Сейчас сумрак был не привычным и родным. Он не прятал маленькую графиню от посторонних, а словно наоборот, открывал ее нежную душу чужаку. В этом пространстве Иной был хозяином и позволял остаться Анабель.

— Мне надо принять ванну, — ощущая себя как в ловушке, девушка почти умоляла выполнить ее «последнюю волю». — А иначе, я не сделаю того, что вы попросите, — внезапно осипшим голосом произнесла она, понимая что торговля с Этим Иным может плохо кончиться.

Темнота перестала дышать ей в затылок и ощущение колючих иголочек исчезло с ее спины. Отчаянно рванув дверь ванной, женщина заскочила внутрь и закрылась на замок. Графиня понимала что это слабая преграда для того кто остался Там. Но это давало хоть какую-то гарантию уединения.

Когда Анабель покинула свое убежище, в ее спальне уже стояли свечи, а услужливая Жанна приготовила ей одежду. На маленьком столе ждали горячий напиток и пара дымящихся пирожков.

Тепло улыбнувшись, женщина отпила чай и ощутила негу.

Вот она и дома.

Жанна хоть и спит с ее супругом, но она очень услужливая и не пытается чинить козни госпоже. Поэтому Анабель ее терпит и даже награждает иногда.

Вспомнив про важную новость, женщина бросилась к секретеру и достала любимое перо для письма. Пока волосы сохнут, можно сделать пару очерков и набросать план... Она совсем забыла про своего невольника и раба, который ждет ее внизу.

А вот нищий не забыл. Он смотрел на свою находку в мире людей и лукаво улыбался своим мыслям. Но не нежный стан и упругая грудь спрятанные под легким халатом привлекали его внимание, а глаза задумчивой графини. Сейчас, когда она полностью растворилась в любимом деле ее радужка отливала золотом и свет будто оживлял лицо.

В образе обычной женщины она была серой неприметной мышкой, которая только мозолила своим видом глаза. Мышиный пучок волос, неприментое лицо, бледная кожа, тонкие губы. Но сейчас, перед ним сидела женщина на которую хотелось смотреть постоянно. Ярко-медовый взгляд, чуть вздернутый носик, заостренные черты лица и отчего-то ярко-алые губы. Ее серые волосы отливали благородной рыжиной, будто сверкали изнутри, а белая кожа лишь подчеркивала все детали ее лика. Если бы не аромат ее тела, то он бы прошел мимо как всегда. Но запах вел в этот город и не раз он встречал на своей дороге эту «бледную немощь» пока не смог сопоставить свои выводы и наблюдения.

— Так, что вам надо? — женщина оторвала взгляд от письма и случайно натолкнулась на хищный профиль нищего. — И как вас зовут? — тихо прошептала она, боясь делать резкие движения.

— Моя дочь, — грубый голос коснулся слуха и от него захотелось спряться, скрыться.

— Дочь? — подавившись воздухом она закашлялась.

Мужчина подошел к ней ближе, но она быстро пришла в себя и вновь повторила свой вопрос.

— Ей около четырех лет, — скрипучий голос выдавал лишь сухие факты. Иной будто не хотел посвящать стороннего человека в свое прошлое. — Я чувствую ее существование.

— Как вас зовут?

Тяжелое молчание повисло в пространстве. Казалось, что пришедший гость не желает говорить больше чем надо для дела.

— Можно мне вас назвать?

Он не ответил, лишь склонил голову к плечу, ощущая мимолетную заинтересованность.

— Раф, нравится?

Нищий прикрыл глаза, привыкая к своему временному прозвищу.

— Так вот, Раф, откуда вы обо мне узнали?

Он посмотрел на нее как на величайшую дурочку. Словно она спросила о том, что известно всем, тем самым выдав свою недальновидность.

— Я конечно посредник в торговле между Иными и людьми, но не способна найти что-то вроде иголки в стоге сена, — графиня попыталась объяснить все. Но пришедшему это было не интересно. — Мне нужно больше данных, — уже не надеясь на нормальный разговор она почти молила его об ответе. — Кем была ваша пассия? Где работала? Как звали?

Мужчина покривился, когда ошейник надавил. Сняв неудобное украшение с шеи, он потянулся и подошел к шокированной, но не сломленной леди.

— Роза, — он взглядывался в лицо своей маленькой надежде и говорил о том, что давно грызло его нервы. — Она была учительницей в интернате для девочек в городе... Его уже нет.

Услышав название, женщина вздрогнула. Того города теперь действительно нет на карте. Его разрушила некая аномалия, которую пытались сдержать маги, но сделали лишь хуже. Так, по крайней мере, писали в газете.