Змей - искуситель для Неприступной (СИ) - Иноземцева Карина - Страница 21

После дороги Анабель выглядела помятой и сердитой. Поэтому ее не признали дети. Тем более что она здесь была довольно давно. Но как только она проникла во двор, за ней стали наблюдать все детские глазки. Даже из окон второго этажа выглянули любопытные лица.

— Она здесь, — тихо выдохнул Раф и пошел впереди графини.

Обошел вышедшую их встречать рабочую и двинулся в главный холл. Там он увидел девочку с огромными синими глазами и двумя светлыми косичками. Она сидела на диване и рассматривала книгу. В сереньком приютском платье с белыми оборками. Курносым носиком и алыми губками. Она была похожа на картинку.

Они замерли разглядывая друг друга. Иной был уверен, что дитя чувствует то же что и он. Но ребенок спрыгнул и побежал прочь.

— Ты куда? — бросился он за ней и едва не влетел в мать настоятельницу, за которую спряталась дочь.

— Кто вы такой и что вам нужно от моих детей?! — строгий голос старушки отразился от высоких потолков и задел зверя.

С ним в таком тоне может говорить лишь один человек!

— Миссис Робери, — раздался певчий напев Анабель за спиной женщины. — Он пришел со мной.

Графиня увидела обескураженное лицо своего раба и страх в детских глазах. Присела, так чтобы быть на одном уровне с глазами ребенка и протянула той рыжего кота. Оборотень сам виноват, что кататься изволил, вот теперь пусть терпит.

— Вы же знаете, что животных в приюте держать нельзя, Анабель, — строгость настоятельницы не пропала, но смягчилась. — Когда вы это запомните?

Ребенок аккуратно притронулся к пушистой головке хитрого питомца и испытала восторг, когда услышала ритмичное мурлыканье.

— Мое? — тонюсенький писклявый голосок дитя привел в восторг, мечтающую о ребенке госпожу.

— Хочешь? Твоим будет, если со мной пойдешь, — голос графини задрожал, а ее глаза запылали ярко - янтарным.

— Нет, — неуверенно ответила малышка и спряталась в подоле платья Матушки.

— Опять ты за свое, — вздохнула настоятельница, смотря на свою бывшую ученицу. — Учила ведь, прячь эмоции. Не надо пугать народ своими метаморфозами.

— Простите, миссис Робери, — за улыбкой госпожи скрылось разочарование.

Ей стало больно от того, что ее настоящая сущность пугает дорогих ей людей. Раф так старался раскрыть эмоции, но совсем не знал отчего их надо было прятать. Девушка выпрямилась, ощущая холод внутри. Дитя ей понравилась. Нежная, светлая, глазки умные, голосочек, как у котеночка. Тоненькая, как тростиночка. А вот ростом явно в отца пошла. Ей около четырех, а макушкой уже до пояса Анабель достает и выглядит старше.

— Домой приехала? Навестить могилу родителей? — заулыбалась Матушка, ожидая объяснений. — Ты ведь сюда совсем перестала приходить.

Анабель для нее была всего-лишь ребенком. Да, выросла, вышла замуж, стала писательницей, но все еще малышка в глазах умудренной жизнью женщины.

— А иной тебе зачем? — она взглянула на Рафа, который впервые растерялся и не знал что делать.

Мужчина никогда не имел дел с детьми. Он их даже в руках не держал, не то что разговаривал. Зверь думал, что кровь все решит. Девочка сама должна была броситься на отца и ждать его повелений, но... Она испугалась.

— Я приехала выбрать себе ребенка. Хочу удочерить, — улыбнулась Анабель и подмигнула выглядывающей заинтересованной мордашке.

— Ох, дитя, — оживленно произнесла настоятельница. Желая поддержать, она сжала холодную ладонь ученицы. — У нас все получится. Я помогу. Это Алисия, — представила она девочку. — Она тут около двух лет. Весьма любопытная особа, — улыбнулась женщина. — Но для начала тебе надо привести себя в порядок! А то ребенок из детдома выглядит лучше, чем графиня, — усмехнулась миссис Робери.

— Я не против, — поддержала ее Анабель. — У тебя красивое имя, Алисия, — новая попытка подружиться с малышкой ничего не дала.

Девочка испуганно замерла, а потом убежала вглубь здания.

Пока госпожа шла на свою половину имения, раб решил спросить:

— Ты тоже с детьми обращаться не умеешь?

— Когда была ребенком то ладила с малышами, но сейчас... Наверное, разучилась.

Тяжело выдохнула графиня и вспомнила большие голубые глазки девочки. На ее лице появились слезинки. Именно такую доченьку она просила у всех богов, которые есть в этом мире. Но ей не позволили иметь малыша. Руки Анабель задрожали. Хорошо что рыжий кот давно убежал в неизвестном направлении.

— Она милая. Не понимаю как детей можно бросать, — тихий шёпот пронесся по коридору. — Ты ужасный отец, Раф.

— Я ее защищал, — внезапно жестко ответил иной.

Анабель будто задела какие-то внутренние струны мужчины. Его взгляд был холодным и... отчаянным.

— Я удочерю ее, если договорюсь с Францем. Позволишь?

Иной смотрел перед собой и видел отчаявшуюся женщину. Она мечтала о ребенке, но все еще одна. Поэтому она молит взглядом подарить ей, то от чего Раф не готов пока отказаться.

— Нужно безопасное место в котором не найдут... Алисию.

Мягкие нотки скользнули в его голос.

21

Комната Анабель была слишком детской и светлой. Здесь ничего не изменилось с момента ее ухода. Старый смотритель давно не заходил на хозяйскую сторону и выполнял роль садовника. Детей сюда не пускали, а Матушка не могла попасть, потому что стояла массивная дверь. Попав в свои покои, девушка замерла на пороге. Ей показалось что не было памятного разговора с отцом и всех тех лет тихого прозябания в одиночестве.

Несмело двинувшись вперед, она ступила на свой любимый ковер с длинным ворсом, на котором было удобно спать. Стопки книг на разных языках стояли на прикроватной тумбочке, а лампа из кости крупного животного ожидала магического импульса. Тонкий перезвон колокольчиков тронул слух Анабель. Это сквозняк залетел вслед за хозяйкой и задел бубенцы над кроватью.

— Ничего не изменилось с тех пор, — тихо прошептала девушка, —... Кроме меня.

Она быстро развернулась и пошла к Матушке. Ей надо было попросить девушек для уборки с последующей оплатой. Сироты как раз научатся прислуживать высокородной даме и заимеют нужные навыки.

В коридоре она столкнулась с Рафом который пристально разглядывал каменную фигуру птицы, стоящей в портьере.

— Здесь много скульптур разного назначения, — заметил он графиню.

— Мама любила работы из камня. Отец ей даже сад камней обустроил на заднем дворе, — отозвалась госпожа. — Она рассказывала сказки о том, что каждая сотверенная статуя имеет душу ремесленника и истинный Мастер Камней способен "позвать" частичку души и оживить творение. Мама даже сказки писала об этом. Наверное, я из-за нее стала писательницей.

Но последние слова уже не интересовали зверя. В этом доме он ощутил нечто другое. То, от чего хотел уйти и забыть... НАДЕЖДУ!

Он взглянул на тонкий силуэт госпожи и тряхнул головой, отгоняя наваждение. Спустя столько лет войн, предательств и переворотов в его мире Теней не осталось места для света. А о надежде не вспоминают даже самые наивные дети.

— Я иду в приют. Пойдешь со мной? — отвлек его тонкий голосок. — Рыжего тоже надо найти. Он сбежал и неизвестно, вернется ли?

— Туда ему и дорога, — передернул плечами Раф и глубоко вдохнул, ощущая вперемешку с запахом пыли еще и новый аромат.

Анабель стала раскрывать свою природу и ее тело меняется, повинуясь законам Горгулов. Неужели кто-то из его солдат сотворил ребенка земной женщине и до сих пор не пришел за ним? Ведь единственное чем можно убить Бессмертных это их род. Или того воина нет в живых. Но как его убили? Анабель об этом ничего не скажет, ведь уверена что ее отец человек.

— Никому вокруг не доверяй, — еще больше нахмурился раб.

— Даже тебе? — решила подшутить госпожа, но жесткий ответ мужчины охладил ее прыть.

— Мне - в первую очередь.

Девушка раздраженно передернула плечами и недовольно взглянула в сторону Рафа. Но ее эмоции мало волновали раба. Сейчас он пытался сопоставить действительность и ту реальность в которой привык жить.