Змей - искуситель для Неприступной (СИ) - Иноземцева Карина - Страница 17

— Разрешаю задать один вопрос, — прошипел надменный раб и аккуратно стал поглаживать незащищенные участки бледной кожи госпожи.

— Приступы удушья вдали от тебя были твоей игрой? Они повторятся?

Графиню волновало ее собственное здоровье. Чувство когда у нее не было воздуха было похоже на конец. Прощаться с жизнью вновь не было никакого желания.

— Да. Это сделал я, — горячии пальцы замерли на ложбинке над ключицей.

Ее холодная кожа незримо трепетала под кончиками пальцев опытного заклинателя змей. Он приучал ее тело к своим рукам и даже сам удивлялся зачем ему это. Но он все же не мог себе отказать в игре с мышкой. Она слишком трепетная, наивная и невинная. Ее хотелось схватить, завернуть в себя и вдыхать ее аромат свежести. А то как она сердиться, злиться - Пылает, хотелось впитывать всеми рецепторами. Анабель, как наркотик для иного. И это начинало пугать Рафа, но в тоже время... В жизни змея нет ничего за чтобы тот ценил эту чертову жизнь.

— Это повториться? — ее тихий голосок сорвался, когда горячие пальцы тронули ворот рубашки.

— Если будешь хорошо себя вести - нет, — нагло улыбнулся зверь и склонил голову на тоненькое женское плечо.

— Я тебя ненавижу, Раф, — тихо выдохнула девушка.

— Знаю, милая. Меня многие ненавидят, — он потерся носом о ее чувственную шейку и игриво дыхнул в бьющуюся жилку.

— Будь ты проклят, Иной, — дрожащий голос набирал силу и мощь.

— Я давно низвергнут в ад, — усмехнулся детским пожелания мужчина и сильнее прижался к женской груди.

Там, за тоненьким материалом рубашки, гулко билось человеческое сердце. Оно разносило жар и кровь по юнному женскому телу. Кровь бурлила и снабжала органы. В том числе, и язык. Если разорвать грудную клетку и вырвать суть всего тела, то ее острый язычок замолкнет навсегда...

— Зачем я тебе? — Анабель не бежала, не отталкивала. — Только правду. Я хочу знать! Скажи! — мощь древних существ прорвалась в ее голос и Иной победно улыбнулся.

Раф искал болванку для своего плана. Думал, что повеселиться и сможет насладиться жизнью среди людей. Но судьба, как всегда, подсунула ему загадку, которую нужно разгадать.

— Ты способна закрыть меня собой, — без подробностей, но все же ответил.

— А если я не хочу подчиняться?

— Я могу засссставить, — горячии губы прильнули к обнаженной коже, а язык почти ощутил как ритмично танцует венка.

Графиня Соундаль не вытерпела такого обращения и резко согнула ногу в колене. Ей хотелось сделать больно этому наглому, напыщенному гаду. Но в ответ лишь тихий смешок и полный предвкушения взгляд.

Девушка развернулась и пошла прочь из коридора, слушая довольные шаги за своей спиной. Мужчина не отставал от своей госпожи, но никто не видел цепь на самой Анабель.

У них были похожие условия. Отличие лишь в том, что Раф прекрасно себя чувствовал нося у всех на виду ошейник и изображая раба. А графиня ощущала как незвимая веревка сдавливает ее горло и при этом ни разу не поклонилась.

Когда в огромной молельне к паре присоединился Грегори, он ощутил как между двумя его спутниками будто молнии бегают. И кто кого сильнее уколет или ранит решит лишь время и дорога.

— Я иду в банк, а после в Эн, — дала указания графиня Соундаль.

— Госпожа, ваш адвокат выделил вам некоторую сумму на небольшое путешествие. Я взял эти деньги, как ваше доверенное лицо, — милая улыбка мужчины злила девушку.

Ведь даже в этом Раф смог обыграть Анабель. Когда она посылала за своим адвокатом, то забыла о том что ее ждет дорога. А раб помнил и сделал несколько шагов вперед. Оказался впереди.

— Как только мы окажемся у цели,... — янтарный взгляд вспыхнул, а губы налились алой кровью. —... Мы распрощаемся с тобой!

— Как прикажет моя госпожа, — изобразил повиновение Раф, а графиня ощутила будто ей не хватает воздуха.

Испугаться она не успела, но на своего раба посмотрела, как на ужасного паука, которого страшно даже давить.

— Побыстрей бы, — тихо шепнул оборотень.

Ему уже надоело смотреть как вокруг этой парочки сверкают искры.

17

— Нет, в таком виде мне нельзя представлять свое имя, — высказалась Анабель когда заметила свое отражение в холле при выходе.

На нее смотрела растрепанная, но чистая простая девка. Одежда послушников выглядела на тонкой фигуре, как простынь. Мятое, в складках, все свисает.

— Давайте купим что-нибудь для милой госпожи, — кот тут же подошел к девушке и стал сыпать комплименты, рассписывая какую одежду можно подобрать под эти ножки. — Здесь можно яркий красный бант и нежно-розовые рюшечки, — очертил он талию девушки. Его рука едва коснулась кожи госпожи, а Раф уже строго, громко и без права на раздумывание, заявил:

— Госпожа уже имеет свой... Спецефический вкус и думаю, что в обычных ателье на нее не найдут ничего подходящего, — иной подошел к зеркалу и ухмыльнулся, глядя в глаза отражению девушки. — Где вы заказываете одежду? Нам туда. Если конечно вы хотите сменить наряд.

— Хорошо, — Анабель отвернулась и сразу же почти впечаталась носом в довольного оборотня. — Грегори, а ты чего стоишь? Нам идти пора, — поторопила графиня.

Провожать дорогих гостей вышел священник вместе со своими послушниками. Для них это было впервые. Сама графиня ночевала в их обители. Дети еще долго будут судачить об увиденной ссоре между супругами Соундаль.

— Госпожа Соундаль, — привлек внимание миссис священник, — надеюсь вы трезво расцениваете свои возможности и ваше увлечение рабами не повлечет нежелательных последствий. — грузный мужчина вроде говорил нежным голосом, беспокоясь о своей подопечной, но в его словах была личная выгода. — У вас все еще есть супруг и со стороны церкви обещаю посодействовать в сохранении вашего брака. Только вы сами способны спасти себя или усугубить свое положение.

— Спасибо, святой, — девушка сделала приветственный жест. — Прошу прощения за предоставленные неудобства.

Она не была искренна, но хотела соблюсти незримые правила, которые поддержут ее репутацию. И намек на то что, если она забеременнеет от рабов, то потеряет поддержку церкви - поняла. Каждый взгляд священника просчитала и сделав выводы, попыталась сохранить лицо невинной послушницы.

— Наша обитель рада предоставить крышу тем кто нуждается в ней, — святой припомнил Анабель недавнюю сцену очищения.

Легкая улыбка тронула уголки губ девушки и та позволила себе поднять голову, посмотреть прямо в лицо собеседнику. Она задержала взгляд всего на секунду, но мужчина ощутил угрозу от этой нежной и тихой мышки. Всего один взгляд и его пробрал холод, а челюсть сжалась, будто ждала удара.

— Еще раз, благодарю, — она встала в позу молящегося и ждущего благославения прихожанина.

Ничем не выделяющаяся девчонка из ненастоящей семьи внезапно стала яркой и запоминающейся. От нее чувствовалось что-то незримое, холодное, опасно. А за ее спиной стояли иные, которые не выражали заинтересованности в происходящем, но стоит ей дать знак и оба "урода" разнесут здесь все.

— Благославляю на счастливую дорогу, дитя мое, — священник решил побыстрее проводить столь опасную личность.

А в ателье взгляд миссис Соундаль впервые зацепился за светлое платье которое стояло возле входа.

— Графиня, — вышла к клиентке модистка прекрасно зная вкус своей покупательницы. — Недавно нам привезли отличную ткань цвета мокрой древесины. Не ваш любимый серый, но очень привлекательный. Ткань будет сидеть как влитая!

— Готовое что-то есть? — девушка не спускала взгляда со светлого утепленного платья по рукавам которого цвели яркие цветы, а по подолу будто растекалась краска от капель разноцветного дождя.

— Да, — модистка легкой рукой поставила чашку горячего чая перед клиенткой. — Для вас есть теплый костюм из драпа темно-серого цвета. Кофточка прошита специальные стежком, делающим ткань немного блестящей, но это лишь добавит изысканную нотку в ваш образ.