Цена времени. Книга 2 (СИ) - Шайх Роман - Страница 5

— С каждой попыткой всё лучше и лучше! Если вспомнить, как было в начале…

— Да, все мы помним изначальную судьбу вашего участка. И кстати, почему вы до сих пор в старческом обличии?

— Ах да, конечно, — Он снова провёл пальцем по виску, разом скинув лет тридцать. — Пытались предотвратить покушение в одной из симуляций. — Виновато извинился он.

— Хорошо. Так вот. Реальность Б-24 находится на временном карантине. Как вы помните, это одна из самых отдалённых и неточных относительно исходника реальностей, а потому её потеря не вызовет больших проблем.

— Вы планируете её уничтожить? — Спросил мужчина с бакенбардами.

— Что вы, агент АЛ, откуда такая жестокость?

— Ох, прошу меня простить, я только что с гражданской войны… Кстати, в этот раз она закончилась на три дня раньше!

— Да? — С сомнением спросил главный в разговоре, — А потери?

— Незначительная разница, — Со скрипом ответил он, — Да и покушение, гады, снова готовят.

— Не надоело умирать? — С усмешкой спросила девушка.

— Ну, хоть не на костре, — Съязвил в ответ он.

— Пф, — Обиженно отвернулась она, — В этот раз я почти сбежала!

— Довольно! Отвечая на ваш вопрос, агент АЛ, скажу, что реальность будет существовать до тех пор, пока последний гость из будущего не умрёт.

— А если он не последний?

— Мы не уверены в том, что карантинная зона спасёт от преступного проникновения. Во всяком случае, путём симуляции почти найден был идеальный вариант уничтожения последнего аппарата, способного на такие разрывы.

— Он один?

— Вообще их было несколько, но… Прошлое таково, что один был потерян под завалами Берлина в сорок пятом. Агент ИС, ваш участок. Один стоит где-то, пропитанный насквозь радиационным фоном близ Чернобыля, а один совсем недавно был превращён в решето в ходе контртеррористической операции в первой половине двадцать первого столетия. Последний образец мы отслеживаем. Думаю, ещё недельку симуляций и можно будет действовать без опаски. Это дело я возьму на себя. Все свободны, можете возвращаться к своим непосредственным обязанностям. — Вся группа синхронно развернулась и, вновь принимая свой изначальный облик, последовала в обратном направлении.

— Вперёд, на спасение мира! — Шепнул им в след мужчина, вновь наклонясь над какой-то трёхмерной проекцией.

Глава 3. «Операция «Ы»»

Пять силуэтов стояли передо мной, вытянувшись в струнку. Слабо потрескивающий костёр тёплым но тусклым светом освещал их лица. Густой туман стелился по земле, грозясь дотянуться до горизонта. Лейтенант Иван, два сержанта — Фёдор и Елисей и ещё двое абсолютно не похожих друг на друга рядовых стояли, словно оловянные солдатики, ожидая моей команды. Один из рядовых был светловолосым, высоким и весьма сильным. Он по национальности то ли норвежец, то ли финн, я так и не понял. Второй же, как будто его диаметральная противоположность: низенький татарин с раскосыми очами, словно сбежавший из поэмы Блока об ускоглазых и отважных скифах. Он не отличался большой силой, но зато в выносливости и скорости ему не было равных. К тому же он оказался единственным из всех гвардейцев, с самого начала уверенно севшим в седло. Ох и проклинал же он своего схожего собрата по нации из другой пятёрки, что не отличался подобными навыками. Похоже, у степняков стыдно не знать седла и не уметь в нём держаться.

Меж тем первые проблески солнца стали показываться из-за горизонта. Пока ещё почти незаметное, в ближайший час оно грозило осветить громадную стоянку русской армии, оповестив всех о продолжении похода.

— Ну, пора, ребята! Перед рассветом самый сладкий сон, сейчас и начнём действовать. Все помнят свои задачи? — Я провёл взглядом по их серьёзным лицам.

— Так точно! — Многоголосный шёпот послужил мне ответом.

— Бьёрн, повтори цели операции, — Обратился я к светловолосому здоровяку, что уже почти догнал меня по росту.

— Ну, значится, провести разведывательно-диверсионную вылазку с целью сокращения численности состава потенциального неприятеля, — С трудом для себя выпалил он, нещадно коверкая незнакомые не только для него самого, но и для всей эпохи, слова.

— И всё? — Вопросительно поднял бровь я.

— А, ещё это, — Он нахмурился, вспоминая заученные термины, — Устранить высокопоставленного офицера противника, — На выдохе, уже почти задыхаясь, произнёс скандинавец.

— Добре, рядовой. Ты молодец, — Я выразил лояльность его стараниям, — Всего с восьмой попытки. В целом, неплохо, — Тот в ответ на похвалу засиял от радости. Да-а, падки местные рабы на лесть, им падающую сверху. Ну, в смысле, бывшие рабы, конечно.

— Операции присваиваю название «Ы», — Процитировал я никому здесь неизвестную фразу.

— Командир, — Подал голос любопытный Елисей, — А почему именно «Ы», — Словно подыгрывая мне спросил он. Вообще Елисей отличался от Фёдора некой игривой искоркой в глазах, которая, впрочем, могла легко смениться серьёзностью, если это потребуется.

— Чтобы никто не догадался, — С готовностью ответил ему я, чем вызвал на его лице лишь мечтательную задумчивость. — Действуем согласно установленному плану. Три направления, три пары. Как только увидите сигнал — бегом на конечную позицию, — Все пятеро кивнули и наша группа, выстроившись в колонну, медленным бегом рванула к цели.

Спускаясь с невысокого холмика, мы погружались в тот самый молочно-ватный туман, что приятно затягивал влагой ноздри, серьёзно ограничивая видимость. На подступах к лагерю мы разделились, как договаривались заранее. Я специально распределил пары таким образом, чтобы сержант не попадал со своим подчинённым. Сам же я взял в свою группу на первый взгляд неуклюжего татарина. Неопытный человек может увидеть в нём крупного кабана, отвыкшего от активной жизни и ничего не понимающего в военном деле. Но это лишь обманчивое впечатление. На самом же деле в большинстве занятий Мурат, именно так звали парня, на голову превосходил остальных в своей пятёрке. И это при том, что остальные тоже неплохо справлялись с поставленными задачами. Движения его тела, что совсем недавно казались неуклюжими, вдруг приобрели какую-то грациозность и плавность, стоило нам приблизиться к потенциальной опасности. Словно степной волк, он инстинктивно почуял неладное, пригибаясь и сгибая ноги, как будто готовился в любой момент кинуться вперёд или напротив — отпрянуть назад.

Как и ожидалось, ни одного, даже самого захудалого часового мы не встретили. Что ж, самоуверенность воеводы сейчас играла с ним злую шутку. Огромная поляна разношёрстных палаток раскинулась вдоль берега озера. Большинство же и вовсе предпочитало сон под открытым небом, согреваясь лишь затухающими к утру кострами. Правильно, ведь часовых нет и костёр заправлять некому. Я подобное единение с природой, конечно, не одобряю, но кто ж меня слушать станет? По-крайней мере пока.

Нашей целью была палатка, серьёзно выделяющаяся на фоне остальных. Большая и раскидистая, она возвышалась над меньшими собратьями, словно величественный дуб в молодом ельнике. И смотрелась она также неуместно. Вот подсветить её на фоне ночной темноты, пусть даже не поджигая, а простым факелом. После вывести поближе батарею из десятка орудий и отутюжить ориентир по полной. Ведь сразу понятно, что в таком, не побоюсь этого слова, шатре, далеко не последний холоп расположился. И всё, нет больше у армии гения-стратега. Правда, в нашем случае со смертью Михаила количество гениев в армии, пожалуй, всё же не изменится. Может, воевода и славный воин, и людей командирским голосом повести за собой может, но всё же не генерал он. Нет в нём какой-то такой жилки, что отвечает за холодность и ясность ума. Такому бы роты в атаку поднимать, да громогласное «Ур-р-а-а» кричать. А он тут, видишь, командующий армией. Тьфу!

Меж тем мы с Муратом уже вышли на стартовую позицию и стали медленно продвигаться в глубь бескрайнего лагеря. Как и было условлено, всех лежащих под открытым небом мы помечали особым образом. Ничего сложного в этом не было: просто брали кусочек угля и, смочив палец в воде и замарав его чернотой этого самого угля, проводили пальцем по лбу ничего не подозревающих, спящих, подобно младенцам, воинов. В самом полку таких любителей покормить комаров оказалось немного, однако уже спустя пятнадцать минут мы с ловким татарином «нейтрализовали» два десятка объектов на двоих. На первый взгляд — детская, ничего не значащая шалость. Вот только любому из моего отряда не составило бы ни физического ни духовного труда вот так же просто и быстро, как мы проводим пальцами по лбам, провести клинком по горлу мирно спящим воякам. Да и не пришло мне в голову более эффектной идеи.