Не время для героев. Том 6 (СИ) - Соломенный Илья - Страница 51

БАХ!

Мощный взрыв грохает так, что закладывает уши. Во мне не осталось ни капли энергии — я был настолько сконцентрирован, чтобы нанести этот, последний удар, что выжал из себя и Арканума всю энергию, до крупицы.

Я опустошён — настолько, что даже не способен возвести простейший щит и закрыться от взрывной волны…

Но вместо меня это с лёгкостью делает Творец.

Его высокий и мощный силуэт, состоящий из бурлящей энергии, покрыт кристаллическими наростами, местами — постоянно трансформирующейся стихией. А пси-поле, которое окружает Его, настолько сильное, что я мгновенно начинаю чувствовать вину за содеянное…

Тот, кто создал этот мир, перехватывает дикую энергию, уничтожившую его первого сына. Он превращает её в закручивающийся столб, направляет в небо и с лёгкостью рассеивает.

А затем поворачивается и подходит ко мне.

Он склоняется, проводит рукой над обгорелым телом, обожжёным лицом, вызывая страшную боль своим магическим воздействием на мою искалеченную энергосистему.

— Ты не должен быть здесь… Тебя и твои вид ещё не создали… — тихо «произносит» он.

— З-з-знаю, — тяжело ворочаю я обгорелым языком. — Н-но ты-ы… Пой…мёшь… Он бы… Всё… Уничтожил…

Мне становится всё труднее удерживать себя в сознании и говорить осмысленно. Перед глазами мелькают образы людей, которых я любил, и которые любили меня. Жена, сын, друзья. Братья… Отец и мать…

Я вдруг вспоминаю всё — абсолютно каждую минуту, каждое мгновение своей жизни. И понимаю, что мне было, за что сражаться.

А затем приходит осознание того, что я умираю. Но также я уверен — всё, что было сделано — не зря… Я дал тем, ради кого стоит жить, новый шанс. И надеюсь — у них всё будет хорошо…

От Творца исходит целый спектр чувств — замешательство, недоверие, удивление.

— Почему ты убил моего первенца?

— В нём… Был… Изъян… — выдыхаю я, чувствуя, что это мои последние слова. — Не допус-с-с-скай… Ош-ш-ш-ши…бок… Ис-с-с-спользуй… Второй… Шанс.

Новая волна энергии, исходящая от Творца — но на этот раз мягкая и тёплая. Почувствовав её, я ощущаю, как боль отступает, а сознание становится таким лёгким, что я больше не могу его удерживать…

Последнее, что я вижу — как пеплом рассыпает моё изуродованное и обожжённое тело.

А потом всё затапливает яркий свет.

Я раскрываю глаза резко — словно от оплеухи. В первые мгновения не получается понять, что происходит, где я нахожусь, и как сюда попал…

Вокруг меня — изысканно отделанная комната. Спальня, если быть точным. Я на кровати, накрытой балдахином, у стен — шкафы и стеллажи с книгами. На полу дорогие ковры, под потолком — магическая люстра. Рядом с кроватью пара тумб, и…

— Ты чего? — раздаётся справа насмешливый голос. — Плохой сон?

Услышав эти слова, я резко поворачиваюсь на кровати — и молча смотрю на Айрилен, сидящую перед огромным зеркалом в шёлковом пеньюаре.

Айрилен! Это моя магесса! И она… В своём собственном теле⁈ И даже оба глаза на месте — вон как сияют знакомым фиолетовым оттенком!

Не отводя от неё взгляда, я смотрю на жену — боясь даже моргнуть, потому что думаю, что в этот момент она просто исчезнет, развеется как дым или грёзы…

— Хэл? — фыркает она. — Язык проглотил?

— Я… Ты…

Несколько мгновений я лежу всё также неподвижно, затем встаю с кровати, осторожно подхожу к жене и обнимаю сзади. Нос щекочет её жасминовый запах.

— Это правда ты… — с трудом сдерживая эмоции, произношу я, зарываясь в чёрные волосы своей магессы. — Как же я скучал!

— Во сне скучал? — улыбаясь, она разворачивается и целует меня. — Что же тебе там такое приснилось?

Она выскальзывает из объятий, накидывает на себя длинный халат, кидает мне брюки с рубашкой.

— Оденься, пожалуйста, слуги ждут.

Я выполняю её просьбу и едва натягиваю одежду, как Айрилен звонит в колокольчик, стоящий на прикроватной тумбочке. Двери в спальню распахиваются, и прежде чем я успеваю подобраться, готовый к нападению, в комнату вбегает синеглазый, черноволосый мальчуган пяти лет. За ним следуют две няньки, улыбающиеся и поклонившиеся при входе.

— Папа!

Он бросается на меня, и единственное, что остаётся — подхватить малыша.

О Боги! Это же…

Это мой сын⁈ Я видел его! Зеал-Тор, прикидывающийся Аулэ, показывал его мне в том «карманном» измерении!

Неужели… Неужели всё это — мои посмертные грёзы?..

— Доброе утро, Кэлхар, — улыбается Айрилен, подходя к нам и целуя мальчишку в лоб, а затем взъерошивает его непослушные волосы. — Хорошо спал?

— Не, — морщится тот. — Плохие сны снились…

— Ну точно — второй отец, — картинно вздыхает жена.

— Пап, — мальчишка заглядывает мне прямо в глаза, — А ты возьмёшь меня в главный дворец сегодня⁈

— К-куда? — запнувшись, переспрашиваю я.

— Ну… К Нему! — чуть понизив голос спрашивает Кэлхар. — Когда уже можно будет с Ним встретиться⁈

— У тебя вся жизнь впереди, — заявляет Айрилен. — Рано тебе ещё представать перед Творцом — сначала научись искру контролировать!

— Ну ма-а-ам!

— Никаких споров! — сверкнув глазами, заявляет Айрилен. — Подожди меня на террасе несколько минут, хорошо? И отлепись от отца хоть на мгновение! Хэл, если не хочешь опоздать — тебе пора собираться.

Я передаю ей мальчишку, всё ещё не веря, что всё происходящее — реальность. Но всё же следую совету жены и начинаю одеваться в уже приготовленный молчаливыми слугами костюм.

Более того — в сознании потихоньку начинает пробуждаться память. Не о том, что творилось буквально несколько часов назад. Нет, об этих ужасах я помню прекрасно, но вместе с тем, есть будто ещё один пласт моей жизни.

Тот, в котором я не пытался обуздать тёмную магию, не бежал из дома в Академию Верлиона, не вступал в имперское войско и не становился тёмным властелином, не вёл войну со своей родиной, не управлял Арканумом, не сражался с Порождениями Этерниума, не переносился на Западный континент, не участвовал в войне Анклавов и не сражался с Зеал-Тором…

Этот «второй» я даже не представлял, о чём думает «первый»…

Так странно…

Закончив с гардеробом, я касаюсь Источника и понимаю, что мой магический резерв просто невероятен — куда больше, чем был раньше, даже когда я пользовался Арканумом…

В памяти пробегает «вторая» жизнь — и я слегка хмурюсь, не зная, как реагировать на такие разрозненные воспоминания.

— Нервничаешь? — спрашивает переодевшаяся в белоснежное платье, перевязанное алым поясом, Айрилен.

— С чего бы? — я стараюсь казаться невозмутимым, боясь разрушить эту хрупкую иллюзию счастья…

— Ой, мне можешь не врать, — вполголоса фыркает она. — Я же вижу, ты весь как на иголках.

— От тебя ничего не скрыть.

— И не надо — я всегда готова тебя поддержать, — жена целует меня в щёку. — Не стоит переживать, дорогой — Он явно собирается наградить тебя за союз с Восточным материком. Только подумать — ты единственный, кому удалось объединить такие разные страны в Анклав и достичь настолько высокого уровня договорённостей! Ладно Империя — но кочевники, северяне и халифат!

— Хмф… — не знаю, что на это ответить.

Она критически осматривает меня, поправляет камзол на плечах и удовлетворительно кивает:

— Не эталон стиля, но… Думаю, вполне достойно.

Она бросает взгляд на настенные часы и хмурится:

— Пора выдвигаться, Хэлгар. Не стоит опаздывать на такие важные встречи.

— Да… Хорошо. Где… Где мне потом вас искать?

— Что за странные вопросы? — смеётся Айрилен. — Мы будем тут, размещать твоих гостей.

Бросив взгляд на сына, гоняющегося по просторной террасе за хвостом Хама, удирающего от мальчишки, я вздрагиваю. И этот здесь⁈

Словно почуяв моё внимание, зверь подмигивает мне, и снова с лёгкостью уворачивается от хохочущего Кэлхара.

— Я люблю тебя, Айрилен, — поворачиваюсь я к жене. — Больше жизни.

— И я люблю тебя, Хэл, — улыбается она, и я вижу, как на щеках жены проступает румянец. — Возвращайся поскорее. Может быть, закончив с делами пораньше, мы улизнём на островной домик, как тебе такое предложение?