Голубая кровь (СИ) - Гордиенко Татьяна Васильевна - Страница 139

— Спасибо, Нейман, — благодарно улыбнулась Стелла. — Знаешь, сегодня один из Группы Риска сказал, что ко мне благоволят все териане. И, похоже, это так. Скажи, почему вы помогаете мне, даже толком меня не зная? Ведь я такая же инопланетянка, как и другие. Вы предлагаете мне сотрудничество и поддержку, но наотрез отказываетесь помогать Группе Риска, хоть они заняты тем же, чем и я. Почему?

— Они мне не нравятся.

— Это не ответ!

— Стелла, ты задаёшь много вопросов. Любопытство до добра не доводит, — уклончиво ответила Нейман.

— Не будь я любопытна, судьба бы не привела меня в Королевский Город, и я бы ничего не узнала. Пока что моя любознательность работает на меня. А вот ты, Нейман, кто ты на самом деле? Мы знакомы всего несколько дней, а у меня такое ощущение, что ты появилась на свет исключительно для того, чтобы помогать мне. В моей жизни ты нечто большее, чем случай. Что ты скрываешь? Ты говоришь, что я могу доверять тебе, но, как и все здесь, ничего не хочешь объяснять. Все вокруг меня говорят загадками, у всех таинственный вид, даже у того призрака-воина, который явился мне. Он назвал меня Луифидели Тера.

— Луифидели Тера? — переспросила Нейман. — Что это означает?

— На терианском языке это звучит, как Звезда Теры. Почему он меня так назвал?

— Не знаю, — быстро бросила Нейман, и якобы невзначай тут же отвернулась, чтобы скрыть своё выражение лица.

Терианка сразу же всё поняла и ещё раз убедилась, что Стелла именно та, приход которой предсказали древние. Но пока не настало время рассказать об этом самой Стелле.

— У меня в голове целый водоворот каких-то обрывков фраз, догадок, тайн, картин прошлого, и я никак не могу привести их в порядок, — пожаловалась юная сверхисследовательница, запустив пальцы в волосы, будто пытаясь остановить хоровод мыслей. — Мои мысли слишком хаотичны и запутаны, наверное, я до сих пор не могу переварить ту информацию, которую обрушил на меня «Копирон». Ощущения от всего этого, честно говоря, не наилучшие. Но оставим мои проблемы, Нейман, и поговорим о твоих. Ты хочешь помочь мне, но ведь сама ты в очень сложном положении. Я знаю, что убийц твоей семьи так и не призвали к ответу. Давай попытаемся сделать это вместе, я помогу тебе, ведь я наделена некоторой властью, хотя об этом пока никто не знает.

— Нет, Стелла, это невозможно.

— Почему?

— Мою семью убили Красные Вампиры, и призвать их к ответу опасно в первую очередь для нас самих. А если ты потревожишь это осиное гнездо, то накличешь беду на собственную голову.

— Красные Вампиры?! — ужаснулась Стелла. — Но как ты об этом узнала? Их ведь давно уже нет, все так считают.

— И ошибаются. Убийце Ноэми моя собака отгрызла руку, на которой была татуировка в виде кинжала. Я и сама не подозревала, что убийца — Вампир, пока мне об этом не сказала Эсфирь. Семью Эсфири, как и мою, тоже убили эти нелюди. Вот только она не смирилась, как я, хотя и была тогда маленькой девочкой. Она узнала, что у её врагов есть общая черта: татуировка на пальцах и кинжалы, которые у всех одинаковы. Будучи ещё ребёнком, Эсфирь стала искать их и убивать.

— Убивать?!

— Да. Эсфирь делала это весьма осторожно и стала тем, кого называют Одиноким Убийцей.

— Этого не может быть, — произнесла потрясённая Стелла. — Ребёнок не может совершить убийство!

— Может, — раздался чей-то бесстрастный и ледяной голос.

Стелла и Нейман обернулись: в нескольких шагах от них стояла Эсфирь.

— Я — Одинокий Убийца. Нейман сказала правду, — произнесла Эсфирь, медленно идя вперёд и глядя Стелле в глаза.

Она внимательно изучала взглядом ту, о которой прежде ей рассказала Эриндо. Никому не доверять — это было кредо всей её жизни, и вот его приходилось теперь ломать. И ей хотелось знать, ради кого она изменяет своим принципам.

— Эсфирь, я рада тебя видеть, — с улыбкой сказала Нейман.

— А вот она, похоже, не очень, — промолвила Эсфирь, изучающе взирая на Стеллу.

— Ну что за привычка видеть в каждом человеке врага? — покачала головой Нейман. — Это Стелла. Я тебе о ней говорила.

— Я уже догадалась, — ответила Эсфирь.

Увидев Эсфирь, Тибо недовольно заворчал, но на этом его возмущения кончились, и он сел возле беседки, так как почувствовал, что Эсфирь неопасна.

Все трое прошли в беседку. Терианки рассказали Стелле о себе, но умолчали о том, кем является Стелла для них и для всей планеты. Им казалось, что они бесконечно долго знают друг друга, и это позволило им быстро найти общий язык.

— Эсфирь, если Вампиры ищут тебя, ты должна остаться здесь и затаиться, пока тебя ещё не нашли, — посоветовала Стелла. — Я могу спрятать тебя в своём доме, там тебя точно никто не найдёт, ибо я подданная другой планеты и, следовательно, здесь неприкосновенна.

— Я согласна со Стеллой, — отозвалась Нейман. — Тебе нужно остаться у неё, Эсфирь. За последние дни в городе, при таинственных обстоятельствах, погибло несколько десятков девушек в возрасте от четырнадцати до двадцати пяти лет. Все они были худощавы, среднего роста и имели длинные тёмные волосы. Тебе это ни о чём не говорит? А я сразу поняла, что Вампиры решили перестраховаться и стали уничтожать всех, кто похож на тебя, Эсфирь. В Ауленте паника в связи с этими событиями, а женщины обрезают волосы, чтобы не стать очередными жертвами, так как никто не сомневается в том, что это именно убийства. Полиция уже с ног сбилась, ища виновных. А некоторые считают, что это дело рук Одинокого Убийцы, потому что только он убивал, не оставляя следов.

Нейман выглядела всерьёз обеспокоенной, но, казалось, Эсфирь это только позабавило:

— Да, весело будет, если меня убьют и меня же осудят за это убийство. До чего мир дошёл!

— Это не смешно, Эсфирь! — возмутилась Нейман. — Тебя действительно могут убить.

— Я знаю это, — ответила Эсфирь, — но мне поздно уже отступать. Через четыре дня я уничтожу всех Вампиров. Мне удалось сделать небольшой сюрприз для них.

— Что ты ещё выдумала? — с тревогой спросила Нейман.

— Все эти дни я не сидела сложа руки в ожидании смерти, — Эсфирь выглядела целеустремлённой. — Я почти не училась, но зато прошла хорошую школу жизни. Сейчас в моём убежище в лесу лежит одно устройство, сделанное мной. Оно представляет собой баллон жидкого газа. Его нужно установить в катакомбах. Когда Вампиры все соберутся, то они не будут подозревать, что катакомбы наполняются газом, не имеющим цвета и запаха. Это терианский газ. Нехитрое устройство в нужное время высечет искру и тогда воздух в катакомбах вспыхнет ярким пламенем. Произойдёт взрыв, и Вампиры дружно отправятся на тот свет. Главное, чтобы они все туда пришли. Чудесный план, не так ли?

— Но ведь это будет преднамеренное убийство! — ужаснулась Стелла.

— А разве Красные Вампиры мало убивали и убивают? — отпарировала Эсфирь. — В конце концов, я этим занималась девять лет, и отступать не собираюсь. Тайная война между мной и этой бандой стала явной. Мы знаем почти в лицо друг друга и теперь другого выхода у меня нет. На этой планете должны жить или Красные Вампиры, или я, но вместе мы не уживёмся. Многолетняя война подходит к концу, и через четыре дня я дам свой последний бой. Только твоя подружка, Нейман, может остановить меня, но она, как я понимаю, больше не намерена вмешиваться в дела людей. Лэс-Теру до сих пор считают мёртвой. Не так ли?

— Эсфирь опомнись! — воскликнула Нейман. — Не ходи никуда, ведь тебя ищут.

— Я должна довести начатое до конца, только бы эти убийцы не изменили место своего собрания. Не пытайтесь остановить меня. Скоро произойдёт то, о чём я мечтала девять лет! Девять долгих лет я вела поиск и, наконец, он увенчался успехом. Я ещё приду к вам. Я ухожу, но вернусь, — пообещав это, Эсфирь быстро убежала.

— Это же самоубийство, Эсфирь! — крикнула Стелла ей вслед.

— Оставь её! — остановила Нейман Стеллу. — Она сделает то, что требует справедливость. Если бы я не дала обещания не мстить, то поступила бы так же. Поэтому пусть правосудие свершится. Тем более, что убивать Эсфири не привыкать.