Потаповы&Potapoffs (СИ) - Кралькина Елена - Страница 27

– Знаешь, вполне можно и развлечься, и все разузнать. Главное, болтать поменьше, особенно правды, а больше слушать. Смотри, я только один дурацкий вопрос задал – почему я не Ньюмен – и сразу столько инфы. Пойдем скорее на ланч, а то похудеешь.

41. Ланч

Перед отъездом Джонни с курьером получил флешку, на которую мать записала слайд-шоу о себе. Парень, конечно, не удосужился, посмотреть, что же записано на флешке, а сейчас, сидя на ланче с только что обретенными родственниками и глядя на громадный монитор, установленный в столовой, в режиме нон-стоп произносил про себя все известные ему ненормативные выражения, что, впрочем, не мешало ему внешне лучезарно улыбаться. Мать превзошла себя в своей тупости и эгоизме. Сначала шли фотографии шикарного дома, где жила мать с Павлом. Ширли, простая душа, пожалела Клару, которой приходится убирать такой огромный дом. Джонни рассмеялся:

– Ни разу не видел мать с веником. Дом убирает клинерша, которую мать вечно третирует за мифические недостатки в уборке. Сразу скажу, чтобы не было вопросов: специальная прислуга меняет и стирает постельное белье, отвозит грязные вещи в стирку и т д. и т п. Если нужно что-то приготовить, мать зовет кухарку. Отец дома только пьет кофе по утрам, завтракает он в кафе, ланчует и обедает в ресторане, так что бытовых проблем у матери нет.

– Что же Клара целый день делает? – удивилась Ширли.

– Как что? Торчит на фитнесе, слоняется по магазинам (ей же вечно нечего надеть), общается с дурами-подружками. Мы с отцом их не переносим.

– Все ясно, дурой была, дурой и осталась, – подвела итог Элеонора, – давайте смотреть дальше.

Дальше шла череда слайдов, где Клара позировала в разных нарядах, шубах и драгоценностях. На всех фотографиях была только Клара, никаких следов мужа и сына. Джонни заметил, что Ширли и Луис радуются, глядя на мать, а Элеонора с каждым слайдом мрачнеет:

– Так, Клару я увидела и сзаду, и спереду, но хотелось бы еще глянуть на твоего отчима, Джонни, да и на тебя вместе с матерью. Вы хоть иногда видитесь?

– Случается, – пожал плечами Джонни, – два раза в год у Потапофф бывают корпоративные вечеринки. Вот там мы точно пересекаемся с матерью.

– Джонни работает в юридической конторе, которую возглавляет его отчим, Павел Потапофф. У шефа много родственников, их целый клан, – пришла на помощь Джонни Нора, – с отчимом Джонни общается каждый день, а с матерью от случая к случаю. Сейчас я вам покажу фотки, где Джонни, шеф и Клара вместе.

На фотографии Павел и Джонни в смокингах, а Клара в вечернем платье стояли с бокалами шампанского и улыбались.

– Ничего себе! – с восторгом произнес Луис. – Ширли, тебе бы такое же платье, как на Кларе. Джонни, у нас в отеле в ресторане летом каждую пятницу вечеринка. Ширли у нас за хозяйку. Попроси Клару, пусть подберет что-то для Ширли. Я заплачу.

– Сами купим, – отрезала Элеонора. – Платье, по всему, Павел выбирал, видный мужчина и со вкусом. Все, Луис, засиделись мы, Ширли, иди покажи племянникам дорогу на побережье, Джонни уже давно размяться хочется.

42. Прогулка с Ширли

Ширли всю дорогу болтала: в основном несла всякую чепуху. Например, обсуждала с Норой, не сделать ли ей такую же стрижку, как у Клары, или, где продаются такие шмотки, которые носит Клара. Однако кое-что в разглагольствованиях Ширли заставило Джонни внутренне собраться. Оказывается, самый лучший пляж на побережье принадлежал суперотелю «Аркадия», расположенному на первой линии и являющемуся объектом восхищения и зависти Ширли. Лет двадцать назад Элеонора договорилась с хозяевами суперотеля что постояльцы ее отеля могут бесплатно пользоваться пляжем и пляжной инфраструктурой «Аркадии». За это семейство Элеоноры платило приличную сумму, но оно того стоило. Летом все номера в более скромном и дешевом отеле Элеоноры были заняты, не в последнюю очередь благодаря комфортабельному пляжу и развлечениям, которые предоставляла постояльцам «Аркадия». Так вот, примерно два месяца назад вроде бы появился персонаж, изъявивший желание приобрести суперотель. Ширли опасалась, что новый хозяин может запретить их постояльцам пользоваться пляжем. Джонни переглянулся с Норой. Это могло быть совпадением, а могло и нет. Персонаж, требовавший у Павла миллион долларов за то, чтобы Клара провела остаток своих дней в собственном отеле на побережье, побывал в конторе где-то полтора месяца назад. Неужели Джонни с Норой нащупали ниточку, которая может привести к разгадке целого клубка тайн? Джонни только хотел поинтересоваться, сколько может стоить «Аркадия» и что известно о покупателе, как у Ширли зазвонил телефон. Ширли выслушала звонившего и, смущенно улыбаясь, передала Джонни просьбу друзей его биологического отца навестить их в автомастерской, которая когда-то принадлежала Дику Ньюмену.

43. В мастерской

Приключения продолжались, и Джонни с Норой отправились в мастерскую. Она, надо сказать, соответствовала захолустью, в котором располагалась. Нормальных тачек не наблюдалось, сплошной металлолом. Однако Джонни все очень понравилось. В мастерской витал настоящий мужской дух: пахло бензином, машинным маслом и потом. На полу в углу была свалена целая гора банок из-под пива, именно того сорта, который предпочитал Джонни, а у стены стояли мотоциклы, не новые, конечно, но все равно очень крутые. Видно было, что на них не только много ездили, но за ними любовно ухаживали. Байки были в отличном состоянии. Джонни обожал погонять на мотоцикле и почти каждую неделю ездил на сборища байкеров. Вот где бушевал адреналин! Ни с чем не сравнимое удовольствие. Джонни прямиком направился к байкам.

– Да, сразу видно, что ты действительно сын Дика, даже на физиономию смотреть не надо, – к Джонни подошли двое начинающих седеть мужчин.

– Крис, – мужчина пожал Джонни руку.

– Грег, – второй мужчина обнял Джонни. – Хочешь прокатиться?

– Не то слово, – Джонни загорелся, жизнь заиграла яркими красками.

– Только уговор: Крис едет первым, ты – вторым, а я – третьим. Едем нормально, никаких гонок. Идет?

– По рукам, – Джонни выкатил из мастерской байк, который ему глянулся больше всего и погнал вслед за Крисом… И, если это была не гонка, то Джонни не знает, как это называется. Полный кайф! Весь переполненный чувствами, раскрасневшийся Джонни вместе с Крисом и Грегом вернулся в мастерскую и увидел, что их ждут не только Ширли и Нора, но и Элеонора с Луисом. Элеонора была похожа на чайник, в котором закипела вода и вот-вот пар снесет крышку. Крис и Грег опустили глаза и быстро ретировались. Элеонора успела только испепелить их взглядом. Луис постарался сгладить ситуацию: переключил Элеонору на разгрузку пикапа, в котором они привезли угощенье, и гроза прошла стороной.

– Твой отец не просто умер, он разбился на мотоцикле прямо перед свадьбой с Кларой, – шепнула Нора Джонни. – Элеонора страшно зла, что тебя потащили кататься на байке, боится за тебя.

44. Завещание

Когда по телу Джонни разлилась приятная сытость, он твердо решил, что поездка удалась. В голове зашевелились приятные мечты, как он приедет сюда попозже, может быть, без Норы и оторвется на байке с Крисом и Грегом. Ясное дело, сегодня они просто проверяли, на что он способен. В следующий раз он покажет им класс. За размышлениями Джонни не заметил, как Крис принес какую-то бумагу и они с Грегом переглянулись.

– Джонни, тут такое дело, не очень простое. Касается тебя.

Джонни с некоторым неудовольствия отвлекся от своих мыслей и сконцентрировал внимание на Крисе.

– Видишь ли, – продолжил Крис, – Дик оставил завещание. На самом деле мастерская – твоя. Вот прочитай.

– Читай вслух, – попросила Элеонора.

Ошеломленный Джонни взял в руки копию документа, на котором от руки было написано «Завещание». Дик Ньюмен, находящийся в здравом уме и твердой памяти, после своей смерти оставлял свое недвижимое имущество, а именно автомастерскую, своему сыну Джону, которого должна была родить его невеста Клара Гомес. До достижения совершеннолетия Джона управлять его мастерской должны были друзья Ньюмена Крис и Грег с обременением перечислять 30% прибыли Кларе на воспитание сына. По достижении совершеннолетия Джона последний должен был поступить с Крисом и Грегом так, как ему подскажет совесть честного человека. В конце, как полагается, шли подписи свидетелей и нотариуса.