Мраморный меч (СИ) - Коновалова Анастасия - Страница 75

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Его горячая рука легла на плечо Ары, несильно сжимая. От такого простого действия он невольно вздрогнул, посмотрел на Папу, который уверенно улыбался. Аре бы его уверенность. Слухи про этого монстра были не так кровавы, как те, что рассказали ему сейчас. Быть героем пророчества ему расхотелось. Ара ценил свою жизнь и тело, над которым могли надругаться. Если верить слухам, то Акокантера красивая женщина, экзотичная и он бы с ней провел несколько ночей. Однако хотелось бы выжить после, а не превратиться в чужой ужин.

Словно видя его сомнения и страхи, Папа ободряюще похлопал по плечу.

− Мы верим в тебя, ведь ты избран Богом. С его помощью и поддержкой ты одолеешь монстра, вернешь в мир спокойствие. О тебе будут слагать легенды, напишут баллады.

Чем больше говорил Папа, тем радостнее становился Ара. Конечно, он все сделает, потому что достоин славы, легенд, баллад и внимания. Отец всегда говорил, что известными станут старшие братья и просчитался. Ара принесет славу семье, его имя будут знать все. Его всегда недооценивали и поступали неправильно. Глупцы. Ара всегда был выше их всех.

− Я готов к испытаниям, которые приготовил для меня Бог. Обещаю, я одержу победу над монстром, принесу ее голову к дверям церкви, во славу вашу и нашего общего отца.

− Я верю тебе, Ара Маккей, − довольно отозвался Папа и медленно встал. Даже так он оказался ниже Ары, что немного забавляло. – Мы обучим тебя всему, что должен знать герой. С нашей поддержкой и благословением Господа ты станешь великим.

33

Яма представлялась ему по-другому. Не такой удручающей, ветхой и пустынной, словно неживой. Вымершей. То ли потому, что неподалеку жил монстр, то ли так было всегда. Если второе, то Илзе жалел всех этих людей, которые жили от рассвета до заката, работали, зная друг друга в лицо. Он бы не удивился кровосмешению в деревне, лишь бы уроды не рождались.

Сбитые небольшие домики, ходящие неподалеку коровы с массивными колокольчиками на шеях. Однако ему нравилась природа и виды, потому что густой лес сейчас золотисто алый, плавно переходил в высокие, неровные горы. Высокие настолько, что дух захватывало, с тонкой щелью, ведущей в королевство фей. Едва заметное движение привлекло его внимание. Илзе сощурился, смотря на острые пики и невольно отпрянул, заметив дракона.

Легенды не врали. Драконы жили, существовали так близко, что он отсюда слышал его дыхание, недовольный рык. По спине заструился холодный пот.

Как в таком опасном месте жили люди? Он бы давно поседел и сбежал, еще несколько лет просыпаясь от кошмаров.

Илзе осмотрелся, поправил плотный плащ, ощущая дрожь в теле от холодного ветра. Как здесь не вымерли люди не только от страха, но и от холода? Он не понимал людей, которые сейчас смотрели на него с интересом, но проходили мимо, проживая собственную жизнь. Илзе стал небольшой деталькой в этом механизме, которая не дополняла, но и не препятствовала работе.

Мимо него прошли два торговца с большими мешками наперевес. Илзе смотрел на их уверенные движения, на людей, которые не останавливались, словно его не существовало, и поспешил за ними. Если они знали, куда шли, то ему следовало их придерживаться. Про Яму он никогда раньше не слышал, а если и слышал, то забыл, как забывал всю ненужную информацию. С появлением Акокантеры про эту деревушку узнали все, про людей, приютивших ее знали немногие. Илзе про них не знал, но был интерес, поэтому рассматривал прохожих с интересом.

Подошли они к новому дому в два этажа быстро. Илзе осмотрелся, невольно подумав, что деревню он обойдет не больше чем за час или два. На первом этаже, на кухне сидел долговязый, седовласый мужчина, которого торговцы назвали старостой и похлопали по плечу. Тот им натянуто улыбнулся, посмотрел на Илзе.

− Вы раньше здесь не бывали. С какой целью вы приехали? – поинтересовался он, смотря цепко. Под его взглядом Илзе повел плечом, перевесил сумку на другое плечо, осматривая дом. Хороший, добротный с деревянной мебелью, коврами и приятным запахом. Тепло.

− В писках спокойной жизни, − все же ответил он, слышал фырканье в ответ. Ему не поверили. На самом деле в таких обстоятельствах Илзе сам себе не поверил бы. Только глупец ехал в Яму для спокойной жизни. Его мысли озвучил и староста.

− Яма не то место, где спокойно, особенно с появлением поселения.

Староста явно говорил про монстра, но не упоминал его имя. Неужели эта история была так близка ему? Скорее всего близка, потому что появление Акокантеры полностью изменило их жизни, поставило их безопасность под удар. От этих мыслей появился страх. Илзе и сам может оказаться одни из тех несчастных. Думать об этом не хотелось, но мысли в голове вспыхивали, пуская по телу волны паники.

Илзе молчал, не видел смысла в ответе, потому что любые уверения были неприкрытой ложью. Конечно, не искал он в Яме спокойную жизнь, скорее бежал, скрывался и велся на собственное любопытство. Акокантера всколыхнула их застоявшийся мир, стала той, о ком говорили и боялись. Рядом с ней ему было бы спокойно, потому что к таким не подходили. Да, она была удобной, опасной и важной. Важнее Господина, который не говорил прямо, но тоже опасался.

Ему бы хотелось на нее посмотреть.

− Дело твое, но запомни несколько правил. В лес не ходи, после сумерек из дома не выходи. Имя монстра в Яме под запретом. Деньги за ночлег вперед, − четко сказал он и протянул ладонь. Такие люди Илзе не нравились, слишком самонадеянные и искали выгоду. Вздохнув тяжело, он достал из сумки мешок и высыпал на ладонь пять золотых. Не успел возмутиться, как пронырливый староста взял их все, посчитал и похлопал свободной рукой по плечу. – Добро пожаловать в Яму! Ваша комната последняя, ключ в двери. Вы оплатили четыре дня.

Пять золотых монет за четыре дня непомерно много, но возмутиться он не успел. Староста уже вышел, а в тишине дома слышался чужой храп. Стены тонкие. Радовало лишь то, что здесь не так громко, как над тавернами, в которых не только песни пели и дрались, но за стенами занимались сексом. Последнее раздражало его сильнее всего, потому что чужие стоны пробуждали воспоминания о дворце Господина и его играх. Очень жестоких играх. Дернул плечом, отбрасывая ненужные воспоминания. Перехватил удобнее сумку и пошел наверх, все равно деньги не вернуть, а он устал после дороги.

***

Лес и правда выглядел жутко. Илзе не заходил глубоко не только из-за наставлений, но и собственного страха. Деревья стояли близко друг к другу, пышная листва переплеталась между собой, заслоняя вид. Поэтому любой шорох его пугал, отчего он отступал и всматривался более пристально. Илзе не считал Акокантеру глупой женщиной, которая подходила бы так близко к границе без причины и днем, но страх все равно присутствовал. Потому что про нее пусть и запрещалось говорить, людей это не волновало. Они тихо, пока никто не видел, обсуждали ее и происходящее.

Илзе приходил к лесу каждый день, иногда заходил на несколько метров, находил кусты, которые видел в саду Катарины и уходил, заслышав шорохи. На глаза не попадался, потому что понимал реакцию, которая могла последовать. В Яме ее ненавидели. Ему же проблем не нужно и так много.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Происходящее вызывало в нем противоречивые чувства. С одной стороны, ему бы хотелось встретиться с Акокантерой, чтобы это была случайность, в которой его бы не обвинили. С другой стороны, рассказывали о ней страшное, отчего было не только жутко, но и до тошноты противно. На самом деле в Яме к нему хорошо относились, даже несколько девиц сватали, на что тот вежливо отказывался. Они считали его уже взрослым, почти состоявшимся мужчиной, не зная того, что происходило с ним раньше. Оно и к лучшему. Своего прошлого Илзе стыдился.

Благодаря тому, что его принимали за взрослого, ему предлагали алкоголь. Не то чтобы это было чем-то запрещенным, но детям его старались не давать, опасаясь вызвать привычку. Поэтому и сегодня, когда он пришел в дом вечером, сразу застал полупьяных мужиков у камина. Среди них было двое новых, скорее всего местных, потому что торговцы одевались опрятнее.