Град разбитых надежд (СИ) - "Сумеречный Эльф" - Страница 150

— Какую? Старуху нет, а вот прекрасную даму видел, и прямо рядом с тобой, — сально улыбаясь, ухмыльнулся Биф, подходя ближе. Джоэл и Джолин инстинктивно отступили, уклоняясь от возможных объятий нежданного «друга».

— Старуху, пьяная твоя башка! В черной шали! Вылетела из шатра. Только что! Только что! — нервно гаркнул Джоэл. Покой безмятежного дня был порушен до основания.

— Мало ли старух вылетает… села в ступу и улетела, — понес полную околесицу Биф. К счастью, он понял, что ему не рады. Но чтобы отделаться от внимания «приятеля», пришлось кинуть ему пару мелких монет. Большего он и не просил, довольно крякнул и удалился к ближайшему шатру, где разливали медовуху. Правда, вскоре его погнали солдаты гарнизона, возмутившись, что какие-то бродяги нагло шатаются посреди бела дня в приличном квартале.

— Убирайся в трущобы, тварь! — отвешивая пинки пьянице, кричал молодой солдат. Джоэлу сделалось даже немного жаль Бифа, впрочем, все его мысли занимала пропавшая старуха в черной шали. И почему-то пугала именно шаль, в такую же была облачена и погибшая за стеной Грета, как будто эта деталь объединяла их. Но чем? Такая же шаль была и у Джолин. Возможно, она служила каким-то символом для революционеров, о котором никто не подозревал.

— Джолин, мы же оба видели старуху? — спросил Джоэл, уже не первый раз сомневаясь в собственной нормальности. Он чувствовал, что именно так и закончится их визит к гадалке и испортит приятное впечатление от ярмарки.

— Оба, — кивнула Джолин.

— Странно, очень странно.

— Может, все это трюк? На ярмарке много ловкачей. Может, у нее там люк был, — пыталась объяснить Джолин.

— И в чем веселье этого трюка? Что за развлечение? — недоумевал Джоэл. — Если это трюк, то у этой старухи он затянулся. Она как будто преследует меня.

— Может быть, она пытается предупредить тебя о чем-то? — забеспокоилась Джолин. Похоже, она верила в различные суеверия и полузапрещенные бредни.

— Старая шарлатанка? Скорее уж, свести с ума. По чьему-нибудь заказу, — искал логические доводы Джоэл. Разумеется, в бесследное исчезновение он не верил, а вот сопоставленные факты насчет шалей натолкнули на мысли, что так ему мстят уцелевшие революционеры. Значит, старуха наверняка представляла опасность. Или же просто стремилась пошатнуть и без того нестабильную с некоторых пор психику Джоэла. Так или иначе, она исчезла, сбежала, испарилась — кто ее разберет. Джоэл всегда носил с собой короткий нож и в случае опасности сумел бы защитить Джолин, поэтому они оба попытались забыть о происшествии.

— Хочешь яблоки? Первый урожай, только собрали, — предложил Джоэл через некоторое время, подходя к одному из шатров.

— Да, конечно, — куда тише, чем недавно, ответила Джолин. Она дрожала и хмурилась, словно безуспешно стремясь отогнать от себя мрачную тень. Но ведь гадалка ничего ей не сказала! И только это успокаивало Джоэла. Теперь он считал, что обязан приложить все усилия, чтобы любимая забыла странное происшествие.

Вскоре они уже спокойной наслаждались вкусом и ароматом яблок, запивая их свежим виноградным соком. Светлая мякоть окислялась и темнела на воздухе, освобожденная от защиты тугой кожуры.

— Джолин, может быть, пойдем в яблоневые сады? Подальше от этого балагана, — предложил Джоэл, когда они в неловком молчании стояли на берегу озера Осентро. Прозрачная гладь больше не поражала своей чистотой, а солнечные искры заставляли вспомнить, что вместо древнего светила Вермело озаряет лишь Желтый Глаз проклятого Змея.

— Мы пойдем в Квартал Садов? — спросила Джолин, глядя на мелких рыбок, которые носились у поверхности.

— А хочешь… дальше? В самые фруктовые рощи! — предложил Джоэл, как изначально и хотел. — Возьмем рикшу или упряжку. И понесемся быстрее ветра.

— Что ты задумал, Джо, — вновь заулыбалась Джолин. — Но я верю тебе. Пойдем. Я пойду с тобой, куда угодно.

Джоэл считал, что не заслужил такого доверия, ведь Джолин помогла Цитадели не меньше него, когда наконец-то решилась рассказать всю правду. И наградой ей стали вечные допросы, а вместо долгожданной свободы — один сладкий день новых впечатлений. И тот едва не испортила безумная гадалка.

Из-за нее ярмарка потеряла все цвета, поэтом они ушли, поймав охочего до выгоды рикшу. Джоэл даже удивился, что не их окосевшего рыжего знакомого. Но, похоже, парнишка в этот день возил других клиентов. Они же с Джолин понеслись по спокойным улицам в прекрасном черном лакированном экипаже на двоих, как настоящие господа.

— Никогда не каталась на таких повозках, — гладя округлый подлокотник, продолжала удивляться Джолин. И вновь потекли их умиротворяющие разговоры ни о чем. Если кто-то и намеревался испортить им этот день гадкими выходками, он бы ни за что не догадался, куда отправился Джоэл со своей избранницей.

— Ты правда привел меня в сады? — удивилась Джолин, когда они остановились у высокой витой решетки, за которой простирались чарующие кущи плодовых деревьев.

Мягко шелестела листва, и никто не тревожил ее покой в этот день. Стояли наполненные корзины, но работники в честь праздника покинули сады. Фруктовые рощи примыкали к стене, тянулись вдоль нее на юге Вермело, но при этом оставались величайшим сокровищем, которое уцелело от прошлого мира. Без горных пастбищ и садов город просто не выжил бы. Потому рощу оберегали, как драгоценность, не допуская посторонних без необходимости. За деревьями трепетно ухаживали садовники, но и они теперь веселились где-то на ярмарке. Меж яблонь прозрачной вуалью колыхалась тишина.

— Да, как и обещал, — кивнул Джоэл.

— Обычным людям сюда запрещено входить, — поежилась Джолин, глядя на будку сторожа у ворот. — Только для сбора урожая по распоряжению властей.

— Охотникам можно. Нас часто убивают, поэтому дают некоторые привилегии, — вполголоса отозвался Джоэл. И они вошли, приоткрывая скрипучую калитку и затворяя ее за собой. Сторож даже не спросил, кто идет, Джоэл предупредил его заранее.

Джолин медленно шествовала по мягкой траве, вскоре она сняла обувь и с блаженной улыбкой ступила на землю босыми ногами.

«И здесь шрамы! Неужели все это дело рук Зерефа?» — ужаснулся Джоэл, глядя на маленькие стопы и тонкие лодыжки Джолин. Их исполосовали отметины, словно от хлыста, и пятна старых ожогов, будто кто-то прикладывал к бледной тонкой коже раскаленную кочергу.

— Яблоки! Настоящие! На ветках! — подбежала к одному из деревьев Джолин.

— Что же тебя так удивляет? — вскинул брови Джоэл. — Вы разве в пирожки их не добавляли?

— Добавляли. Но я не ела никогда… мне не давали, — потупилась Джолин. — И я не видела, как они растут. Так много, рядом… Я пробовала несколько раз контрабандные. И вот сегодня на ярмарке. А еще… в детстве.

Она запнулась, ссутулилась, и в глазах ее блеснули слезы. Джоэл опешил, ощущая, как мягкая трава под подошвами сапог превращается в бездонную пропасть. Земля разверзалась, предупреждения и факты сливались черным смерчем новых сомнений. Джолин до сих пор слишком мало рассказала о себе.

— Ты выросла в богатых районах. Не в трущобах, — глухо констатировал Джоэл, застыв немного поодаль. Джолин же прильнула к яблоне и словно бы искала под сенью ветвей защиты от горькой правды.

— Все в прошлом. Я та, кто я есть, — прошептала она, отворачиваясь.

— Джолин… Знала бы ты, как пугаешь меня этими тайнами, — подошел к ней Джоэл и взял ее руку в свою, умоляя не прятаться, не скрываться снова, чтобы не посеять губительного непонимания.

— Я сама их боюсь. Но… пока не могу рассказать. Это слишком… больно!

«Хватит, Джо, ты не на задании, — заглушил профессиональное любопытство Джоэл. — Она и так пережила слишком много унижений и страданий. Со временем она все расскажет. Да, время еще есть. Все время вечности».

— Джо! Заставь меня забыть о боли! Пожалуйста! — воскликнула Джолин и потянулась к нему всем телом, трепетная, жаждущая успокоения и любви. А что изменила бы горькая правда? Заставила бы вскрыть старые раны души? Для чего? С какой целью? Все цели терялись под сенью яблонь в этот солнечный день, все плыло в неге сладкого аромата, и из звуков мира остались лишь глухие удары о землю переспелых плодов.