Черный пес замка Кронк - Черненькая Яна - Страница 28

– А вы сами были знакомы с предыдущими владелицами «Дома на скале»?

– Разумеется.

– Насколько хорошо?

– К чему вы клоните? – удивился мистер Фишер.

– Мне сказали, будто предыдущие девушки пропали. Разумеется, я волнуюсь за мисс Мюррей, – пояснил сыщик.

– Думаю, о предыдущих владелицах «Дома на скале» вам может рассказать практически любой житель Пилхолда. А меня увольте от того, чтобы распространять сплетни, – поморщился Марк Фишер. – К чему вообще эти странные расспросы?

– Как я уже говорил, чувствую ответственность за дочь своего незабвенного друга. Что в этом такого? – пожал плечами сыщик.

– Вы очень странно проявляете эту ответственность, – заметил мистер Фишер. – Мисс Мюррей, что передать Кэролайн? Вы составите нам компанию?

Предложение было очень заманчивым, но в «Доме на скале» Радж ждал ее возвращения с кисеей, травами, лекарствами. Кроме того, Сильвии нужно было время, чтобы сшить одежду для «служанки из Фарси». Следовало торопиться, учитывая обстоятельства. Одного раненого спрятать еще можно, но куда спрячешь собаку, которая горазда и побегать, и повыть?

– Простите, мистер Фишер, – покачала головой девушка. – Передайте Кэролайн мою благодарность и наилучшие пожелания. Увы, сегодня я не смогу составить вам компанию. Слишком много дел. Мистер Стрикленд, – она повернулась к сыщику, – я благодарю вас за заботу. Увы, домашние дела вынуждают меня оставить вас. Надеюсь, в ближайшее время мистер Макгрегор найдет подходящую компаньонку, и я смогу принять вас в «Доме на скале».

Оставив мужчин, Сильвия поспешила к лавке с тканями. Ей было очень досадно, что пришлось отказаться от предложения мистера Фишера. И похоже, он тоже расстроился из-за ее ответа. Во всяком случае, мисс Мюррей так показалось, но что поделать?

Исполнившись решимости довести начатое дело до победного конца, Сильвия купила десять футов кисеи и нитки разных цветов, потом зашла в аптеку, а после – в «Майсурские пряности». Оставив в магазинах почти целый кинг, девушка вернулась домой в сопровождении мальчишки-посыльного, который помог донести ее покупки.

Внизу Раджа не оказалось, как и остальных обитателей дома. Оставив у порога свои покупки, Сильвия немедленно отправилась наверх, мучимая дурными предчувствиями, которые всецело оправдались, стоило лишь заглянуть в комнату к раненому.

С момента ее ухода Горди, похоже, даже не подумал переменить позу – он так и лежал рядом с хозяином, рука которого теперь покоилась на холке верного пса. Майсурец с потерянным видом сидел неподалеку. Взглянув в лицо раненого, мисс Мюррей испугалась, что он уже умер: до того бледной была его кожа, а немигающий взгляд смотрел, казалось, в недостижимые обычному зрению выси.

– Он… – Страшное слово едва не сорвалось с ее губ, но тут веки больного закрылись. – Как он? – спросила Сильвия.

Слуга сокрушенно покачал головой.

– Ты смог его покормить?

– Нет, госпожа, – тихо произнес Радж, и было в его лице что-то до такой степени безнадежное, что мисс Мюррей поняла – их усилия ни к чему не привели.

– Может, нам нужны еще одеяла? Или разжечь камин? Или… Я принесла из аптеки разные микстуры… и все, что ты велел… Он ведь… он ведь не может вот так… – зашептала Сильвия, не в силах поверить в происходящее.

А перед глазами стояло точно такое же бледное лицо отца. И его хриплое дыхание. Все тише, все тяжелее. Приглашенный на последние деньги врач только развел руками. Пневмония. Ни одно лекарство не в силах было помочь. Всего несколько дней, и… Сильвия осталась одна. Она до последней секунды сидела у постели отца. Она видела его последний вздох… а сейчас… сейчас все повторялось. Так страшно. Так неотвратимо.

– Но ведь должен же быть какой-нибудь выход? – Девушка с надеждой посмотрела на слугу, но тот только сжал губы. – Неужели ничего нельзя сделать? Ты уже поменял повязку? Что с раной? Радж! Мы не можем дать ему умереть! Я сейчас же иду за доктором! Это… это глупо, в конце концов!

– Нет! – Майсурец тут же вскочил с табурета и бросился к двери. – Господин запретил. Он хочет умереть на свободе. Любой врач, увидев его рану, сообщит о нас в полицию и… Мисс, моему господину нельзя в полицию…

Сильвия уже хотела возмутиться, как со стороны кровати прозвучал тихий срывающийся шепот:

– Кто… здесь? Это ты… Эмили?

Радж тихонько толкнул девушку в плечо и жестом попросил ответить.

– Я… – растерялась мисс Мюррей. – Меня зовут… – Но она не успела произнести свое имя, потому что Радж зажал ей рот.

– Это Эмили, господин. – Майсурец подтолкнул девушку к кровати и шепнул ей на ухо: – Говорите с ним, ну!

Сильвия села на табурет. Осторожно коснулась руки раненого.

– Как вы себя чувствуете? – спросила она, ощущая крайнюю неловкость и не зная, о чем говорить.

– Брат… сказал… ты умерла… – Горячие пальцы коснулись ладони Сильвии.

Радж так старательно замотал головой, что у мисс Мюррей появились опасения, не свернет ли он себе шею.

– Нет. Конечно нет, – ответила Сильвия, встретив настороженный взгляд блестящих от жара темно-серых глаз.

Судя по всему, в бреду раненый видел перед собой вовсе не лицо мисс Мюррей, а какое-то другое. Его губы дрогнули в попытке улыбнуться.

– Эмили… – почти неслышно произнес он.

Радж вложил в свободную руку Сильвии стакан с травяным настоем и жестами указал на своего хозяина.

– Пейте, – велела девушка таким тоном, каким раньше уговаривала своих воспитанников съесть что-нибудь полезное, но невкусное. – Вам нужно поправляться.

Слуга осторожно приподнял голову раненого, и Сильвия поднесла стакан к его потрескавшимся губам. Мужчина с трудом сделал глоток. Потом еще. И еще. А после закрыл глаза и опять потерял сознание или, может, просто заснул. Некоторое время его пальцы все еще держали руку мисс Мюррей, но потом бессильно разжались, и девушка смогла встать.

Радж вывел ее из спальни.

– Говорите ему, что вы Эмили! – сказал он требовательно. – Что вы живы! Так он слушается вас.

– Кто такая Эмили?

– Это неважно. Главное, что он выпил настой из ваших рук. Я столько пытался его напоить – только постель намочил. Он зубы сжимает и пытается оттолкнуть… А вас сразу послушался. Пусть теперь немного отдохнет. Потом мы ему поесть дадим. – Радж явно воспрянул духом. – Я такой бульон сварил… Вдруг еще и… – Он сделал какой-то жест, должно быть, охранительный.

– Хорошо. Позовешь, когда понадоблюсь. Сейчас мне нужно пообедать, а потом пойду шить. Надо как можно быстрее представить вас с Горди в городе. К этому дому в последнее время приковано слишком много внимания. К вечеру я доделаю твой костюм. Этой ночью отправляешься в Далиш. Выйдешь затемно, за три-четыре часа дойдешь. Обратно буду ждать тебя… вас с Горди днем. Первый пароход приходит утром в одиннадцать тридцать. Вот только не знаю, как спрятать Горди до этого времени. Ты в обычной одежде особого внимания не привлечешь, а вот он…

– Я смогу спрятать его, мисс, но мне не нравится, что вы останетесь одна. Господин очень болен. А ночью…

– Я посижу с ним. Не буду спать. Прослежу, чтобы масло и куркума в твоей волшебной лампе не заканчивались. Мне тоже страшно, Радж, но гостей можно ждать в любую минуту. И будет сложно объяснить, откуда взялись вы с Горди. Ты еще мог бы посидеть тихо, но кто знает, что взбредет в голову псу… Кстати, ты не видел моего кота?

– Нет, мисс.

Сильвия бросила взгляд в приоткрытую дверь комнаты.

– Как ты думаешь… Твой хозяин… Он будет жить? – спросила она у майсурца.

– Не знаю, мисс. Сейчас боги играют с ним. Перетягивают с одной стороны на другую, и кто знает, на какой он останется. Господин сильный. Мог бы выжить. Но сейчас у него нет причин, чтобы остаться на этой стороне. Так вечно случается с вами, белыми людьми. Вы кажетесь несокрушимыми, но не умеете принимать судьбу, не знаете, что такое карма, не способны мириться с ее последствиями. В этом ваша слабость и ваша сила. Иногда ваш неукротимый дух помогает тогда, когда любой из майсурцев смирился бы и признал свое поражение. Но иногда, когда судьба отбирает у вас все, что дорого, вы не находите сил встать и жить дальше, даже если тело ваше еще способно дышать и двигаться. Пусть господин думает, что вы Эмили. Может, это придаст ему сил.