Оборотни. Медвежья услада (СИ) - Мун Эми - Страница 30

— Нет, любимая, — ответил быстрее Бьёрга.

— Мы знали, что тебя не обманешь, — улыбнулся брат. — Однако по обычаю должны были прийти к жене в одинаковых одеждах.

А потом склонился и первым украл поцелуй с губ невесты. Бьярг прижался сзади, нетерпеливыми пальцами воюя со шнуровкой.

— Так вкусно пахнешь, сладенькая наша, — пробормотал, стряхивая с точеных плечиков ненужную ткань.

И ленты с кос тоже долой! А теперь за хорошую работу и поцелуй можно! Брат уступил без сопротивления, передавая уже законную жену ему в руки.

— Очень вкусно пахнешь, — пробормотал Бьёрг, нетерпеливо оглаживая истинную. — Твое тело очень скоро будет готово зачать дитя…

Пташка вздрогнула, отзываясь тихим стоном. А по комнате уже плыл густой запах их желания. И по томному вздоху Бьёрг понял: любимой нравятся его слова!

Бьярг оторвался от нежных губ и повел по ним большим пальцем.

— Одари и ты нас, сладенькая. Нет ничего желаннее, чем видеть, как ты носишь наших детей…

Нежные щеки вспыхнули румянцем.

— Негоже жене перечить мужьям, — выдохнула, ластясь к их рукам.

Переглянувшись, братья повели любимую к сготовленному ложу. Эта ночь будет долгой. Да и следующая тоже.

А через положенное время Пташка подарит им дитя. Бесконечно любимое и дорогое. И никогда не пожалеет, что согласилась стать их женой. В этом они могли поклясться.

Эпилог

Ветер тихонько шумел в лесных кронах, устилая мягкий мох ковром из багряных и желтых листьев. Осень… Эви любила эту пору года, богатую на грибы, ягоды и золото деревьев. Полюбоваться бы, но сейчас она нетерпеливо всматривалась лесную чащу, гадая: придет или нет?

Но вот в отдалении хрустнула ветка, потом еще, и…

— Бэлла!

Эви бы кинулась обнимать сестру, но лишь крепче стиснула меховую накидку, пряча под ней уже заметно округлившийся живот.

Там легонько толкалась их с Бьёргом дочка. Оказывается, оборотни могут чуять пол будущего ребенка и от кого он зачат.

— Уф, ну и глушь, — ворчала Бэлла, с помощью Густава перешагивая через поваленные бревна. — Сестра! Вот так встреча.

Но на сонном девичьем личике едва ли можно было разглядеть удивление. Скорее Бэлла лишь слегка обрадовалась, а может, просто играла. И все равно Эви со всей нежностью и любовью обняла девочку, искренне наслаждаясь встречей одного из немногих близких ей людей.

— Как ты добралась? Все хорошо?

— Надоело по кустам бегать. Давай присядем. Это твои мужчины? — кивнула в сторону стоявших неподалеку братьев.

— Мужья.

Бэлла хохотнула, расправляя темные юбки.

— Неплохо, неплохо. Должна была стать второй женой, а обзавелась двумя мужиками… Не обижают?

Эви едва сдержалась, чтобы не шмыгнуть носом. Все же Бэлла не так равнодушна, как хотела казаться.

— Я их люблю, — призналась тихо. — А они меня.

— Да уж ясно, что любят. И ребенка прытко заделали.

Как увидела⁈ А впрочем, неважно! Эви хотела говорить совсем о другом.

— Послушай, Бэлла. Если хочешь, то…

— Нет, никуда не поеду, — девочка тряхнула копной темно-русых локонов. — Теперь замок мой. Тебе ведь не нужен? — нахмурила темные бровки.

— Не нужен. Забирай. Только отец…

Но Бэлла тихонько фыркнула.

— Об этом можешь не беспокоиться. Он ничего не сделает. К тому же здоровье шалит…

Эви тихонько охнула. Неужели Бэлла постаралась?

—… из-за развратного образа жизни, — невозмутимо закончила сестра. — Присцилла наградила. Ее, кстати, знатно выпороли, а затем сослали в монастырь… Да и герцог отцу нервы помотал.

Губы тронула злорадная усмешка.

— На герцога можешь больше не рассчитывать.

Не далее как десять дней назад высокородный мерзавец пропал на охоте. Нашли только окровавленный кафтан, сапог с оторванной ступней и лошадь, слегка подранную зверем. Егеря опознали медвежьи когти. А многочисленные родственники быстро организовали похороны и принялись делить наследство. Никто не сомневался, что мужчину уволок медведь.

Правда, это был не один зверь, а двое оборотней. Герцогу свернули шею, а затем прикопали под одной из сосен. Это был еще один свадебный подарок Эви.

Бэлла понимающе хмыкнула.

— Неудачно поохотился, знаю… А, это тебе, — и достала из бокового кармашка сложенный вчетверо лист.

Письмо от Ульриха!

Эви жадно пробежалась взглядом по строчкам и опять шмыгнула носом.

Ее дорогой друг тоже отказывался перебраться в селение варваров! Выразил желание дождаться, когда замок перейдет в «юные, но очень крепкие ручки», и хвалил Бэллу за способность к обучению.

— Он уже стар, сестра, — кивнула девочка. — Его дом среди книг, в тишине библиотеки. Но Ульрих рад, что ты жива и счастлива.

— Тогда передай ему это… — Эви вытащила из стоявшей рядом корзинки плотный льняной мешочек со свитками.

Она переписала несколько сказаний варваров и объяснила значение рун и для чего они нужны. Ульриху понравится. И несколько золотых самородков тоже…

—… А вот подарок для тебя, — передала еще сверток.

Бэлла быстренько сунула нос во второй мешок и довольно заулыбалась.

— Какая красота! — вытянула сверкавшие драгоценными камнями бусы и браслеты. — Спасибо, Эви!

— Не за что. И если тебе нужна будет помощь — просто навести в столице книжную лавку Джейкоба. Скажи, что тебе нужна книга «Притчи дикого народа». И я найду способ с тобой связаться.

— Я запомню. Но не беспокойся, сестра. Замок уже мой, — и Бэлла опять хихикнула. — Кстати, от известий о кончине герцога мать слегла. Ну и глупая… Придумала себе великую любовь, а герцог только пользовался.

— Так они еще и любовниками были⁈

Бэлла важно кивнула.

— Вроде того. Сложно назвать ее любовницей, скорее одноразовой грелкой. Не все же отцу развлекаться… Одна из моих служанок донесла. Они у меня почти все прикормлены.

Что ж… Похоже, замок остался в надежных руках.

— Сестра, только я прошу тебя — позаботься о селянах. Не дави их поборами.

— Я не сумасшедшая — гробить тех, кто меня кормит, — Бэлла поднялась на ноги, — Мне пора. Скоро начнут искать, не хотелось бы выслушивать нотации папаши. Ужасно занудно.

И, обняв ее, Бэлла пошла к Густаву. Сестра не оборачивалась. Эви знала — эта встреча не произвела на нее огромного впечатления. Прагматичная и целеустремленная, в большей степени она радовалась отсутствию конкурентки на наследство.

Пусть так.

Все равно Эви получила гораздо больше.

Вокруг шеи сжался воротник из тепла. А в следующее мгновение на плечи легли две огромные и нежные ладони.

— Идем, Пташка, — тихонько прогудел Бьёрг.

— В этой роще слишком много народа топчется, нас могут заметить.

Да, им пришлось рискнуть и подобраться очень близко к замку. А Густав вывел сестру на «прогулку». А сегодня ночью мужчина исчезнет из замка, не дожидаясь вольной. Братья разрешили ему жить в селении как равному. Густав заслужил.

Протянув руки мужьям, Эви поднялась с бревна и, как и сестра — не оглядываясь, поспешила прочь. Теперь ее действительно больше ничего не тревожило. Бэлла себя в обиду не даст, Ульрих знает, что его ученица жива, а родители… Может, это жестоко, но на них Эви было особенно плевать.

Они никогда не узнают ни о ней, ни о самых замечательных мужчинах, ставших Эви мужьями, ни о внучке… И всех остальных внуках.

Шею вновь окутало теплом. Любимые целиком и полностью разделяли ее чувства. А это самое главное.

(Десять лет спустя)

В бане витал приятный запах хвои. Мягкое тепло ласкало кожу, рядом стояла полная бадья чистой воды и ароматные мыльные притирки, но Эви едва ли замечала окружавшую ее обстановку.

Куда больше ее волновали тугие комки под кожей, вот уже который день не дававшие жить спокойно.

Развязав горловину сорочки, Эви стряхнула ткань с плеч.

— Чтоб тебя, — зашипела, двумя ладонями обнимая переполненную молоком грудь.