Великий фетиш - де Камп Лайон Спрэг - Страница 51

Бакминстер медленно зашагал вдоль ряда тележек, на которых лежали большие квадраты бумаги. Он подавил крик, когда нашёл то, что искал: кипу напечатанных листов, на каждом листе помещалось сорок восемь страниц текста, а на первой странице виднелся заголовок:

«Некромантия Том 2.

Контроль над Сагане»

Бакминстер пробежал глазами этот лист, но столкнулся с трудностью. Страницы размещались на листе не в том порядке, в котором их можно было бы читать, а так, чтобы страницы расположились в нужной последовательности после того, как лист положат в фальцевальную машину, сложат, обрежут, сошьют и снова подрежут.

Тем не менее Бакминстер быстро прочитал страницы, не обращая внимания на тот факт, то половина из них оказалась на верхней стороне листа, а другая половина на нижней. Конечно, ему на глаза попался подзаголовок:

«12. Контроль над Трифертами (Огненными Духами). Саламандра, будучи трифертом относительно низкого интеллекта, достаточно легко управляема…»

— Извините, — прозвучал голос позади него. — Но получили ли вы, джентльмены, разрешение из офиса на осмотр типографии?

Бакминстер почувствовал себя виноватым, а потом узнал мастера из типографии. Он сказал:

— Здравствуй, Джим; помнишь меня? Клем Бакминстер из Нью-Йоркского офиса.

— П-привет, — сказал мастер растерянно. — Время идёт к закрытию, понимаешь, и вам придётся…

— Можешь дать мне карандаш, Джим? — быстро спросил Бакминстер.

Мастер протянул ему карандаш, и Бакминстер, вернувшись к напечатанному листу, начал рисовать фигуры на полу.

— Хо! — внезапно пробормотал Пламен. — Что ты делаешь, негодяй?

Мастер в первый раз повнимательнее взглянул на духа и отшатнулся в тревоге, когда заметил оранжевый свет лица Салдина, сильно бросавшийся в глаза в помещении.

— Эй! — сказал он. — Кто это?

— Мистер Пламен, познакомьтесь с мистером Слезаком, — пробормотал Бакминстер.

— Но… что с ним такое?

— Он загорел на солнце, на пляже Джонса, — пояснил продавец, хмурясь, так как понял, что ему придётся вернуться к листу, чтобы получить информацию для завершения ритуала.

— Я бы сказал, сгорел, — заметил Слезак. — Вам надо быть осторожнее. У меня есть хорошее масло от загара, которое…

— Понял! — взревел Пламен. — Ты готовишь заклинание для меня, да? Ба! — Дух стащил перчатки, зажал их в зубах и начал хватать стопки бумаги пылающими руками. Верхние листы тотчас же загорелись. Пламен сбрасывал их огромными горстями, мял и бросал горящие листы направо и налево.

Крики тревоги разнеслись по типографии, когда повалил дым и куски горящей бумаги начали разлетаться во все стороны. В этот момент прозвенел пятичасовой звонок. Типографы выключили прессы и бросились к дверям. Бакминстер и Гринниг были среди них. Всю середину типографии теперь занимала масса пылающей бумаги, в центре которой демонически хохотал невидимый Пламен.

Бакминстер ухватился сзади за ремень Гриннига, чтобы не потеряться в толпе. Когда они оказались на достаточном расстоянии от дымящегося здания, то оглянулись. Рабочие рассеялись по прилегающей территории; служащие и преподаватели высыпали из здания школы. Среди них Бакминстер рассмотрел маленькую группу мужчин в галстуках; это была администрация института.

— Пойдём, — сказал он Гриннигу. — Если я смогу найти Сертла, может быть, мы сумеем уничтожить Пламена.

Полицейский расчищал путь для пожарных машин. Бакминстер и Гринниг проложили дорогу в обход очищенной территории — туда, где стояли администраторы. Продавец сказал:

— О, мистер Сертл!

Джулиан Сертл, декан Школы Профессиональной Практики Института домашнего обучения Меркьюри, выглядел в точности как шимпанзе с белыми усами, если вообще человек может быть похож на шимпанзе с усами. Но это был мудрый старый преподаватель технических наук, чьи курсы (тексты ко многим из них он написал сам) поднимались выше уровня стандартов колледжа и действительно помогли многим амбициозным молодым людям на пути к успеху. По крайней мере, так гласили объявления.

Он разговаривал с вице-президентом по продажам, который замечал:

— … конечно, всё застраховано, но это отразится на нашем расписании выпуска продукции, не говоря уже о перерыве во множестве курсов. В Институте Повсеместного Образования обрадуются, когда услышат о случившемся.

Сертл вздохнул:

— Да, да. Боже мой! Может быть, нам удастся убедить Международную торговую палату помочь нам; они довольно порядочные ребята… — Он увидел Бакминстера и сказал: — Да? Да? Вы… постойте… Бакмастер из офиса в Филадельфии, не так ли?

Продавец поправил его и сказал:

— Могу я отнять у вас минуту времени…

— Не сейчас, не сейчас, мой дорогой друг. Это очень важно. Продолжайте, тяните шланги в здание, вы… лентяи! — Последняя фраза, произнесённая тихим голосом, относилось к работавшим вдалеке пожарным.

Появился полицейский с блокнотом в руке. Он сказал:

— О, мистер Сертл…

— Да? Да? О, здравствуй, Билл. Что…

— Был послан сигнал тревоги о группе пироманов, которые терроризируют северную часть Нью-Джерси, — сказал коп. — Они сожгли грузовик и пару домов и ударили копа так, что он потерял сознание на мосту Джорджа Вашингтона. Я хочу выяснить, не могли ли они сделать что-то здесь…

— Да. Нет. Господи, я не знаю! Я слишком расстроен, офицер.

— Хорошо, мистер Сертл, — сказал коп и отошел.

Затем из толпы внезапно послышались крики. Пожарный расчёт продвигался ко входу со шлангом; наконец они просунули шланг в дверной проём. И тут огромная фигура в бесформенных серых одеждах вышла из горящего здания. Струя воды из шланга ударила прямо в фигуру, но вместо того, чтобы отлететь назад в здание, существо, издав пронзительное шипение, превратилось в обильное облако пара. Некоторые свидетели этого, включая Клема Бакминстера, увидели, как серая фигура вылетает из клубов пара, и исчезает за углом здания.

— О Боже! — воскликнул Сертл. — Что…

Бакминстер закричал:

— По этому поводу я и хотел с вами поговорить, мистер Сертл! Это Карл Гринниг, который получил первый урок вашего нового курса!

— О, — понимание блеснуло в глазах Сертла, и он без колебаний последовал за продавцом.

Когда они отошли на достаточное расстояние от толпы, Бакминстер быстро рассказал о случившемся.

— Это ужасно! — произнёс Сертл. — Вы не должны были использовать заклинание, прежде чем…

— Откуда я мог знать, — возразил Гринниг.

— Вы не могли; это и моя вина тоже. Я не должен был выпускать этот курс. Единственная причина, почему я это сделал: я не мог видеть, как великие научные знания пропадают зря; а я действительно хотел выпустить курс раньше конкурентов. Я достал копию «Ех Libris de Nymphis, Sylvanis etc.» Парацельса, не в сокращённом варианте, опубликованном в 1566 году Ниссенсом из Данцига, в котором пропущены все подлинные заклинания, а оригинал… Что ж, это всё дело прошлое; вопрос в том, что нам делать?

— Я об этом и хотел вас спросить, — заявил Бакминстер.

— Да, да, полагаю, так… Это сложная задача. Из того, что вы мне рассказали, я понял, что Роламандера нельзя уничтожить физическими средствами; вода и пули совсем не причинят ему вреда.

— Может быть, заморозить его? — спросил Гринниг.

— Не знаю; думаю, вам придётся полностью превратить его в айсберг. Он получает энергию из огненного мира.

Здесь Бакминстер предположил:

— Может быть, мы сможем заманить его в большой холодильник и закрыть дверь!

— Невозможно, он слишком хитёр.

— Мы можем вызвать армию, — с надеждой сказал Гринниг. — Они сбросят на него бомбу.

— Возможно; но пока мы их убеждаем, он найдёт способ привести в этот мир своих собратьев-шалунов.

Бакминстер спросил:

— Зачем ему это?

— Чтобы сжечь всё горючее, полагаю. И не спрашивайте меня, почему они хотят всё сжечь. Они просто хотят…

— Безрассудные ребята, — сказал продавец.